Петров, к доске! Книга третья (СИ) - Ларин Павел - Страница 20

Кот же, впечатлённый произведённым эффектом и суматохой, которая вокруг него творилась, соизволил спрыгнул с Толкача, а затем достоинством удалился, оставив после себя полный разгром.

Витя стоял с расцарапанной физиономией, которая максимально точно передавала значение фразы «порвать на британский флаг». Приблизительно именно так в данный момент выглядело лицо Толкачева.

Наташка сначала с недоумением посмотрела на Витю, потом перевела взгляд на меня, потом снова повернулась к Толкачеву.

— Всё! Я передумала! — Зявила она вдруг громко и категорично.

Толкач растерянно спросил:

— Насчёт чего конкретно?

Видимо, речь шла о том, что было известно лишь им двоим. Потому как ни я, ни пацаны ни черта не поняли.

Деева молча покачала головой, развернулась и пошла прочь.

Толкач бросил на нас злобный взгляд и тоже ушёл, но в другую сторону. Чувствовалось, что в эту минуту я потерял недавно обретённого друга Витю. Судя по его выражению лица, виноват во всём был именно я. По крайней мере, Толкачев так решил.

Вот и делай после этого людям добро. Я вообще-то обеспечил ему свидание с Деевой. Чего уж они там не поделили, не знаю. А кот… Кто знал, что он решит сорвать свою агрессию именно на Витином лице.

— Петров! Идёшь на концерт или как? — крикнула вдруг Деева.

Она уже отошла на приличное расстояние, но остановилась и обернулась, глядя на меня с ожиданием.

— Я же говорил, что староста втюрилась в Петрова… — удовлетворённо пробормотал Макс.

Слава богу, произнёс он это тихо, и услышали его фразу только свои. Если бы Деева поняла, что говорит Макс, были бы разодраны ещё парочка лиц. Мне так кажется.

— Ну и чего ты? — дед хлопнул меня по спине. — Шуруй давай, красавица зовёт! Вот видишь? А ты говорил — день не задался!

Илюха, не дожидаясь остальных, рванул с места и подбежал к девчонке:

— Наташка! Ты знаешь, мой дед — разведчик!

— Ну чего встали? — Я покосился на друзей. — Идём всеми. Экспериментаторы, блин. Великие стратегии.

Уговаривать друзей не пришлось. Ныл только Строганов, потому что ему приходилось тащить торт.

— Вы же сказали, что мы поедим. Блин. Ну правда жрать охота. И таскать его надоело.

— Ой, кто таскал то. — Возмутился Макс. — Я его сам всю дорогу пёр. Если бы ты мамке не врал про день рождения, вообще бы не пришлось как дуракам носиться с «Наполеоном» по парку.

— Правда… А зачем у вас торт? — Спросила Наташка.

— Да так… — Сразу сменил пластинку Серега. — Случайно вышло.

Он явно не хотел рассказывать Наташке правду.

Концерт уже вот-вот должен был начаться, когда мы протиснулись в толпу. Гул голосов, смех, крики — всё сливалось в один шумный поток. Народу было тьма, «Клетка» едва вмещала всех желающих.

Многие подростки и молодые любители музыкальных тусовок, забрались на деревья, которые окружали площадку практически со всех сторон. Устроившись на ветках, они напоминали радостных обезьян.

Я шёл рядом с Наташкой, стараясь не потерять её в толпе. Дед Иван и Илюха топали впереди, озираясь по сторонам с одинаковым любопытством. Пацаны — Макс, Ермак и Демид — пробирались чуть сзади, периодически толкая друг друга и хихикая. Завершал нашу цепочку Серега с тортом в руках.

Судя по упрямому выражению лица Строганова, он уже из принципа решил не бросать «Наполеон». И дело конкретно на данном этапе было не в том, что продукты сейчас сложно достать. Тут скорее речь шла об упрямстве Строганова. Он должен был сесть этот чертов торт.

И тут я заметил Толкача. Совершенно случайно мой взгляд выцепил из толпы людей его недовольную, подранную физиономию.

Он стоял метрах в десяти от нас, окружённый своими дружками. Похоже, Витя успел за это время найти «монастырских» и ввести их в курс дела.

С трудом, конечно, представляю, какую версию озвучил им Толкач, вряд ли про кота, потому что судя по агрессивным, решительным лицам, они вовсе не на прослушивание песен Юры Клинских были настроены.

А Витя вообще выглядел крайне сосредоточенным. Он явно искал кого-то взглядом, и когда его глаза наконец нашли меня, в них вспыхнуло что-то злое.

— Опа… — пробормотал Макс, как и я, заметив «монастырских»— Толкач настроен на драку… Неожиданный поворот. Чего он так закусился не пойму…

— Да ладно, — махнул одной рукой Серега. Вторая по-преднему была у него занята. — Чего он сделает?

Однако Строганов недооценил гнев оскорблённого в лучших чувствах Вити. А я так понимаю, дело было именно в этом. Наверное, он расценил как оскорбление тот факт, что из-за нашего кота (который, конечно, вообще ни разу не наш) выглядел посмешищем в глазах Деевой.

Толкач сразу отреагировал на мое появление. Направился мне навстречу.

Он подошёл вплотную, его ребята встали полукругом сзади. Витя выглядел так, будто готов разорвать меня голыми руками. Однако… Странная реакция на бешеного кота. Похоже, дело все-таки в чем-то другом.

— Петров, — сквозь зубы произнёс Толкачев. — Надо поговорить.

— О чём? Виделись недавно. Вроде бы у нас не имелось тем для разговоров, как и недопонимания или разногласий.

Я нарочно сделал вид, будто не могу сообразить, в чём дело. Мне очень, очень, просто очень сильно именно сейчас не хотелось драться. И без того день выдался на удивление хреновый. Не считая, конечно, того факта, что с Деевой мы вроде как помирились, но один хрен не так, как мне нужно.

— Не прикидывайся идиотом, — Толкач бросил быстрый взгляд на Наташку, которая нахмурилась, но молчала. — Ты знаешь, о чём.

— Витя, хватит, — резко сказала Деева, — Я же тебе всё объяснила.

— Объяснила, — он усмехнулся. — Интересное объяснение — «Мне нравится другой». И кто же этот другой, а?

Наташка сжала губы, но не ответила.

— Ясно, — Толкач перевёл взгляд на меня. — Значит, так.

Он шагнул вперёд, сжав кулаки.

— Деремся до первой крови. Но не здесь. Идём в сторону, вон туда, где павильон шахматного клуба. Или зассал?

Вот пока Витя не произнёс последнюю фразу, еще была надежда решить все мирно. Толкачев приревновал Наташку ко мне. Вот в чем проблема, выходит.

Но как только он задал этот решающий ситуацию вопрос, стало понятно — драка неизбежна.

Глава 11

Витя Толкачев, с лицом, которое уже начинало опухать и пестреть свежими царапинами от кошачьих когтей, решительно двинулся прямо ко мне. Вид у него был воинственный. Можно даже сказать свирепый. Вот только отметины, оставленные котом, портили всю серьёзность момента.

Я просто физически не мог реагировать на Толкача так, как того требовала ситуация. Меня буквально распирало на «ха-ха». А это не самое лучшее развитие событий. Рассмеюсь Вите в лицо, он точно решит, будто я специально поиздевался. Надоумил его пригласить Наташку, чтоб потом выставить идиотом. Мне кажется, именно к такой версии Толкачев сейчас и склоняется.

Его дружки, кучка парней с одинаково неприятными выражениями лиц, шли чуть позади. Видимо, группа поддержки.

Редкий народец, задержавшийся у входа в «клетку», расступался, чувствуя напряжение. К счастью, или наоборот, к несчастью, большая часть зрителей уже сбилась кучей возле площадки, востороженно ожидая начала концерта.

Музыка со сцены еще не гремела на полную мощь, но на наше выяснения отношений уже никто особо не обращал внимания.

— Петров! — Голос Толкача был хриплым от злости. Он остановился в паре метров, сверля меня гневным взглядом. — Ты что, решил, самый умный тут? Думал, можно так просто девчонку увести, да еще и морду мне под кота подставить?

— Витя, успокойся, — попытался я воззвать к его разуму, хотя понимал, что это бесполезно. Толкачев несомненно уже перенёс меня из списка приятелей в список смертельных врагов. — Никто никого не уводил, и с котом… сам видел, случайно вышло.

— Случайно⁈ — Вызверился Толкач. Его лицо исказилось от злости, но на фоне того, как оно сейчас выглядело, со стороны казалось, будто Витя просто кривляется. — Ты мне тут сказки не рассказывай! Я все видел! Специально подстроили! И главное как все разыграл. Иди, говорит, к Наташке, пригласи ее на концерт.