Петров, к доске! Книга третья (СИ) - Ларин Павел - Страница 13

— Не ссыкуй. — Тихо сказал Илюша, когда мы под удивленные взгляды соседей, изучающих нас из окон, плелись к подъезду. — Мы ее измором возьмем. Выживем.

Я снова хотел отругать братца за то, что он начал использовать словечки деда Ивана, но… Плюнул на это неблагодарное дело. Пока родственники живут с нами, это бесполезно.

Естественно, в школу я зашёл хмурый и заведомо раздражённый.

В животе отвратительно «булькала» овсянка на воде, что усугубляло моральное состояние физическим. Выяснилось, Людмила Владленовна является сторонником ЗОЖ. Не знаю, чем ей не угодило, конечно, молоко. По мне — крайне полезный продукт. Однако, судя по всему, теперь нас ждали тяжелые времена.

Ужасно болела правая нога, потому что, нарезая трусцой круги возле дома под бдительным контролем бабули, которая внимательно следила за нами с Илюхой из окна, я ухитрился три раза споткнуться и один раз всё-таки долбануться носом, вывернув родную конечность. Точно бабка сглазила.

А еще я чувствовал себя идиотом. Самым настоящим. Потому что в школу пришлось одеть идеально выглаженную рубашку, джемпер и брюки с четкими, педантичными стрелками. Рубашка и брюки — ок. Но этот дурацкий джемпер делал меня похожим на какого-то лошка. Еще до кучи Людмила Владленовна перед тем, как мне удалось вырваться из ее цепких рук, минут пятнадцать чесала мои волосы, укладывая волосок к волоску.

Пожалуй, настолько махровым задротом я не выглядел в своей жизни вообще ни разу.

Естественно, мое появление сразу оценили друзья.

— Леха, а я не понял… — Высказался Макс после того, как несколько минут он, Демид и Ермаков молча изучали мой прикид. — Кто-то умер?

— Почему умер? — удивился я.

— Ну… У тебя вид такой, будто сегодня — праздник или кто-то умер. Праздника точно нет. Нет же?

Микласов вопросительно посмотрел на остальных пацанов. Те, естественно, в ответ отрицательно затрясли головами.

— О, парни, здорова!

Из-за угла школьного коридора вывернул Строганов. Он сначала радостно и громко поприветствовал нашу компанию, а потом сбившись с шага, уставился на меня настороженным взглядом:

— А че, сегодня праздник? Нужно в парадном? Или кто-то умер?

— Да идите вы! Когда кто-то умирает, по телеку крутят бы «Лебединое озеро». — Психанул я на друзей и рванул в сторону кабинета.

Конечно, по уму, джемпер надо было снять ещё до того, как пришёл в школу, по дороге. Однако, это чудо советской легкой промышленности Людмила Владленовна привезла с собой в качестве подарка. С размером она, конечно же, промахнулась. Годика этак на три. Поэтому чертова шмотка сидела на мне впритык. Просто как вторая кожа, но шерстяная.

Я очень даже пытался избавиться от джемпера, пока бежал к школе, но без посторонней помощи сделать это не представлялось возможным.

— При чем тут озеро… — Прилетел мне в спину растерянный голос Макса.

Однако я уже переступил порог класса, поэтому отвечать на его вопрос мне не пришлось.

— Почему, почему… Лет через шесть узнаете… — Буркнул тихо себе под нос и пошел к своей парте.

На этом бесячие события не закончились. На каждом уроке каждый учитель спрашивал, все ли у меня хорошо? Спустя два часа я понял, что даже если была надежда на «хорошо», то теперь ее точно не осталось. Моя персона внезапно именно сегодня стала главным гвоздём программы и это сильно раздражало.

Потом, на большой перемене, когда мы были в столовой, ко мне подсела Наташка. Вернее, подсела она к нам. За столом находилась вся наша компания. Я, Макс, Демид, Серега и Ермаков. Но как только девчонка пристроилась на лавочку, она таким выразительным взглядом посмотрела на пацанов, что они шустро передвинулись за соседний стол.

— Петров, а что, кто-то умер? — Спросила Наташка первым делом.

Смотрела староста на меня с таким видом, будто «кто-то» — это я. Во взгляде Деевой наблюдалось огромное море сострадания и бескрайний океан сочувствия.

— Да вы сговорились⁈ — Снова начал заводиться я. — Пожрать можно спокойно? Просто пожрать. Я с утра был вынужден съесть тарелку овсянки, сваренной на воде. У меня такое ощущение, что я двину кони либо от голода, либо от клейкой, отвратительной массы, заполнившей мой желудок. Потому что она не желает перерабатываться. А Людмила Владленовна, чтоб ты понимала, не только сторонних здоровой пищи, но и противник соли, сахара, а так же любых более-менее вкусных вещей.

— Ты чего орешь? — Возмутилась Наташка. — Я вообще просто как староста решила узнать, что у тебя случилось.

— Рубаха в задницу засучилась! — Рявкнул я в ответ одну из поговорочек деда Ивана. — Все хорошо. Все прекрасно. Ничего не произошло.

— Ааа… Тогда отлично. Я знаешь… Хотела узнать. Мне идти сегодня в парк с Толкачевым?

Вопрос был настолько неожиданным, что я подавился куском «Московской» плюшки. Наташка вскочила с места и со всей дури принялась лупить меня по спине.

— Видали? Староста хочет Петрова угробить! — Засмеялся кто-то из одноклассников, но тут же резко заткнулся, получив подзатыльник от Макса. Я даже не понял, если честно, кто.

— Да все. Хватит. — Я дернул плечом, отгоняя Наташку, как назойливую муху. — Слушай, что за странные вопросы? Вчера же решила, что пойдешь, а сегодня спрашиваешь у меня разрешения.

— Я не спрашивала разрешения. Просто советуюсь. — Нахмурилась Деева. Ей, похоже, снова не понравился мой ответ.

— Иди, конечно. Хороший парень.

— А-а-а-а-а… Ну отлично! — Психанула девчонка, развернулась и бегом выскочила из столовой.

Я молча смотрел ей вслед. Еще только половина дня прошла, а я уже готов кого-нибудь убить. Что дальше?

— Деева в тебя втюрилась. — Раздался рядом голос Макса.

Пока я пялился на старосту, которая едва не сбивая попадавшихся на ее пути школьников, неслась подальше от моей персоны, Микласов снова подсел ко мне. Строганов, Демид и Ермаков, к счастью, были заняты и его фразы не слышали. Пацаны понесли грязную посуду к раздаточной.

— С ума сошел? — Искренне удивился я.

Удивился, конечно, не факту возможного сумасшествия друга, а потенциальному наличию у Деевой любви.

— Ты что, слепой? — Макс удивленно поднял брови. — Это же в глаза бросается. Староста наша от тебя без ума. Все время смотрит в твою сторону, психует, ведет себя как обычная девчонка. Раньше совсем по-другому было.

Микласов рассуждал с таким уверенным видом, будто у него за плечами докторская диссертация по состоянию женской влюблённости.

— Да ну… — Я с сомнение посмотрел на открытые двери столовой. Наташки там, конечно, уже не было. — Она просто сама по себе бывает странной. Нет, ну может симпатия есть какая-то, однако про любовь речь вряд ли может идти.

— Ты дурак? Или слепой всё-таки?– Макс схватил кусок моей недоеденной плюшки, сунул в рот и сразу же, почти целиком, проглотил его. — Блин, жрать чего-то сегодня охота сильно…Давай забьёмся, что Деева в тебя втрескалась?

Минут пять мы с Максом активно препирались, обсуждая Дееву и ее чувства. В итоге, когда я уже хотел друга послать куда подальше с его психологическими экспериментами, он вдруг выдал вполне годную идею.

— Короче. Ты же сегодня идешь на концерт? Только не говори, что нет. Всеми идём. Я уже отпросился. И Серега, и Димка, и Демидов.

— Иду. — Я кивнул.

— Вот! Значит сегодня и проверим. Если Наташка в тебя втюрилась, то ей небезразлична твоя жизнь и твоя судьба. Поэтому предлагаю проверку. Не брыкайся сразу. Тебе сто процентов понравится моя мысль. — Усмехнулся Макс, а затем, подвинувшись совсем близко, чтоб никто случайно не услышал, принялся просвещать меня в детали своего плана.

Глава 8

Макс вдохновился планом по выведению Деевой на чистую воду по полной программе. Он даже дал ему название — «План по выведению Деевой на чистую воду». Максу показалось, что это звучит крайне свежо и неизбито. По мне это звучало как полный бред, но энтузиазм Микласова фонтанировал через край, его уже было не остановить.