Коллектор - Соболева Ульяна "ramzena" - Страница 11

"Важные люди." Эти слова зазвенели в моей голове. Ладони вспотели. Нет. Это не может быть…

– Спасибо, – еле выговорила я, ощущая, как тревога сжимает грудь, пока я выходила из кабинета.

Я шла домой, но остановилась у школы. Мне нужно было выдохнуть, прийти в себя. Всё это не казалось реальным, пока…

– Вера.

Его голос ударил в уши, будто выстрел. Медленный, тягучий, как растопленный металл. Я не оборачивалась. Сердце застучало ещё сильнее, а ноги будто приросли к земле.

Я сделала шаг вперёд, пытаясь его проигнорировать. Ещё один. Просто дойти до дома. Но он догнал меня. Лёгкие шаги, а потом его массивная фигура закрыла мне дорогу.

– Я немного подкорректировал твою жизнь, – произнёс он с лёгкой усмешкой. Его глаза смотрели на меня, обжигая, холодные и тёмные одновременно. – Ты ведь заслужила, правда?

Я молчала, прижимая сумку к груди, как последний щит.

– Что с долгом, Веееера? – протянул он, словно наслаждаясь моим именем. – М? Может, теперь, с твоими новыми деньгами, ты сможешь выплатить какую-то малую часть? Или если отдашь с голоду сдохнешь?

Я не выдержала. Всё, что копилось внутри меня последние дни – страх, ненависть, бессилие, горечь – взорвалось, как порох.

– Ты вообще в своём уме?! – закричала я, поднимая на него глаза. – Не лезь в мою жизнь! Я тебя не просила ни о чём! Не просила, слышишь?!

Я видела, как его взгляд изменился. Глаза стали холодными, как лёд. Он смотрел на меня так, будто я была маленькой девочкой, которая кричит на взрослого, понимая, что всё равно ничего не изменит.

– Ты даже не можешь сказать спасибо, – бросил он, ровным, почти равнодушным тоном.

– Спасибо? – сорвалось с моих губ. – За что? За то, что ты лезешь в мою жизнь? За то, что ты угрожаешь мне? Спасибо за этот проклятый долг, который ты выбиваешь из меня?!

Я сделала шаг ближе, в порыве ярости, чувствуя, как накатывают слёзы. Но я продолжала говорить.

– Ты требуешь денег?! У меня их нет, понял?! Нет! Убей меня теперь!

Мои слова повисли в воздухе. Громко. Жёстко. Звенящее эхо пробежало между нами.

Он молчал. Его лицо оставалось спокойным, но глаза – эти бездонные, бархатные, пугающие глаза – будто прожигали меня насквозь.

Лёд сменился огнём. Жарким, обжигающим, почти пугающим. Я увидела, как его челюсть напряглась, и дыхание замедлилось. В следующую секунду он сделал шаг ко мне, сокращая и так крохотное расстояние между нами.

– Может мне наведаться к твоей тёте? – его голос был низким, почти рычащим. Эти слова, как удар в грудь.

Мир вокруг меня рухнул. Я почувствовала, как всё внутри переворачивается. Грудь сдавило так сильно, что я не могла вдохнуть. Он сказал это так спокойно, но я знала, что он способен. Он сделает это.

– Нет! – закричала я, голос сорвался, а внутри всё горело. – Не смей трогать её! Не лезь к ней!

Его глаза вспыхнули чем-то странным, почти хищным, как будто он ждал этой реакции.

– А к кому мне лезть, Вера? – он медленно наклонился ближе, его лицо оказалось так близко, что я могла разглядеть каждую линию на его коже, каждую тень под его тёмными глазами. – М? К кому мне "не сметь", а к кому можно? К тебе?

Я попятилась назад, но он шёл за мной, шаг за шагом, пока я не почувствовала спиной холодную стену дома.

– Не надо… – выдохнула я, голос дрожал.

– Не надо? – он усмехнулся, но это была не улыбка, а что-то холодное, жёсткое. – Ты сама решай, Вера. Я жду ответа.

Он прижался ближе, его рука упёрлась в стену рядом с моей головой. Я была загнана в угол, как животное, и он знал это. Он смотрел на меня сверху вниз, как будто изучал, как хищник свою добычу.

– Ты думаешь, я шучу? Думаешь, я не сделаю это? – его голос стал тише, но в нём звучала угроза, от которой кровь стыла в жилах.

– Не смей, – прошептала я, не отводя глаз. – Не смей трогать её.

– Тогда сделай так, чтобы мне не пришлось, – ответил он ровно, но в его словах было больше, чем угроза. Это был приказ.

Я не могла пошевелиться. Его взгляд приковал меня, как будто я была связана невидимыми верёвками. Моё сердце стучало так громко, что, казалось, этот звук слышен на всю улицу.

– Ты можешь ненавидеть меня, Вера, – произнёс он тихо, но каждая буква его слов отдавала холодом. – Можешь кричать, убегать, жаловаться на меня. Но знаешь, что?

Его лицо наклонилось ближе, настолько, что его дыхание коснулось моей кожи.

– Я всегда буду рядом. Всегда, понимаешь?

Я закрыла глаза, чувствуя, как холодный пот стекает по моей спине.

Его пальцы сомкнулись на моём запястье резко, но не грубо. Сильные, уверенные, тёплые. Это движение обездвижило меня, как будто из тела вышла вся энергия. Я смотрела на его руку, на его пальцы, охватывающие мою тонкую кисть, и не могла дышать.

– Пусти, – выдохнула я, но голос прозвучал жалко, дрожаще, как будто это слово я сказала не для него, а для себя.

Он не отпустил. Его пальцы держали крепко, но не причиняли боли. В этом хватке была сила, которую я чувствовала кожей. Она была пугающей. И одновременно… завораживающей.

– А ты правда думаешь, что мне нужны деньги? – его голос ударил в уши низко, хрипло, почти шёпотом.

Я подняла глаза на него. Это было ошибкой. Его лицо было так близко, что я видела каждую линию его скул, каждую тень под бархатными, бездонными глазами. Эти глаза смотрели на меня, обжигая, прожигая до самого нутра.

– Я… я не знаю, чего ты хочешь, – ответила я, чувствуя, как мои собственные слова тонут в воздухе.

Его взгляд скользнул вниз, к моим губам, и я инстинктивно чуть откинула голову назад. Но он медленно потянул меня ближе, наклонился, а его лицо оказалось ещё ближе. Я почувствовала, как его дыхание коснулось моей шеи. Тёплое. Неспешное.

– Не знаешь? – прошептал он, и этот шёпот обжёг меня сильнее, чем что-либо до этого.

Он наклонился чуть ниже. Его нос коснулся моих волос, медленно, почти лениво. Он вдохнул их запах. Моё сердце пропустило удар. Потом ещё один. А потом оно просто заколотилось, как сумасшедшее.

– Ты пахнешь… сладко, – выдохнул он, не отводя лица. – Вкусно. Но с ноткой страха.

Его слова пробивали меня, как иглы. Он провёл носом вдоль моей шеи, медленно, как будто изучая меня. Я чувствовала себя парализованной. Моя кожа горела там, где его дыхание касалось её. Я вся дрожала.

– Боишься меня? – он чуть приподнял голову, и я снова встретилась с его глазами.

Мои губы задрожали, но я не могла выдавить ни слова.

– Боишься, – сам себе ответил он, с лёгкой, почти недоброй усмешкой.

Его голос был медленным, низким, будто он наслаждался каждой моей эмоцией, каждым вздохом, каждым движением.

– Боишься, но не уходишь. Не кричишь. Почему?

Я ничего не могла сказать. Внутри всё переворачивалось. Я не знала, что это было. Его близость пугала меня до дрожи, до спазмов в горле. Но одновременно с этим что-то странное, какое-то непонятное тепло, скользило по всему телу.

– Ты боишься не меня, Вера, – его шёпот был едва слышен, но я уловила каждое слово. – Ты боишься себя.

Эти слова взорвались в голове, разрывая мой разум. Я рывком попыталась высвободиться, но его хватка оставалась крепкой. Я снова попыталась, отчаянно дёрнув руку, и на этот раз он меня отпустил.

Я споткнулась, отступая назад, почти падая. А потом побежала.

– Беги, воробышек, – донёсся до меня его хриплый голос, полный насмешки и… чего-то ещё. – Я всё равно тебя сцапаю. И сожру.

Его слова прозвучали, как удар хлыста. Я услышала их, уже выбегая на улицу, но они эхом отозвались внутри меня.

"Сцапаю. И сожру."

Моё сердце колотилось так сильно, что, казалось, вырвется из груди. Я схватилась за дверную ручку своей квартиры, срывая ключи и едва попадая в замочную скважину. Всё внутри горело, всё было переполнено адреналином и страхом.

Но ещё я знала, что за этим страхом пряталось что-то тёмное, пугающее и… странно горячее отдающее в низ живота.