Не подведи меня, Ким Тэ Хо (СИ) - Яловецкий Ярослав - Страница 10

– Умею.

– Ну так стой. А потом уже мы и поговорим. А может, даже выпьем, если, конечно, начальство оплатит, – сказал он и почесал затылок. – Так, на чем я остановился?

– Что вы умрете от язвы, – сказала девчонка.

– О господи, это был не вопрос, – протер он глаза руками. – Ладно, буду краток, во избежание жертв. Вот вам два простых правила, чтобы не вылететь отсюда раньше времени. Первое: никогда не хамите клиентам в лицо, даже если очень хочется. А поверьте, это случится. Такое здесь каждый день. Просто делаете глубокий вдох, улыбаетесь и уходите туда, где никто из гостей вас не видит. Там можете хоть о стену головой биться, хоть всех чертями лысыми называть. Главное – не при клиентах.

– А второе? – снова не удержалась она.

Он посмотрел на нее взглядом "да за что мне это все", тяжело вздохнул и продолжил:

– А второе, Рисинка: не доставайте меня по мелочам. Если не случился пожар, не упал потолок или кто-то не грозится подать на нас в суд – решайте все сами. Ясно?

– Я не Рисинка, я Со Хи.

Он поднял голову вверх, будто обращаясь к богам, а потом перевел взгляд на нас.

– Извините, – сказала девчонка и сделала шажок, наполовину спрятавшись за моей не особенно широкой спиной.

– Ладно, к делу, – сказал он, сделав глубокий вдох, как только что нас учил. – Сегодня вы двое просто ходите за мной и наблюдаете. И постарайтесь делать это так, чтобы я вас не особо замечал. Особенно ты, – показал он на Со Хи и двинулся к лифтам.

– А куда мы? – спросила Рисинка, чем снова заслужила хмурый взгляд нашего куратора. Опустив голову, она уже молча зашла за ним в кабину открывшегося лифта.

Поднявшись на десятый этаж, мы оказались в длинном коридоре, по сторонам которого располагались двери. Одна из них была приоткрыта, и, не успев войти в номер, мы тут же услышали громогласный голос:

– Вы посмотрите, просто посмотрите! – старик лет шестидесяти с лысиной, напоминающей отполированный ластик, махал руками, указывая женщине в служебной форме на кровать. – Это что вообще за простыни?! Они, видимо, не стирались с эпохи Каре!

Та, увидев нас, быстро спряталась за спиной менеджера Кима, явно напуганная таким напором этого старика.

– Да там все чисто, – тихо прошептала мне Рисинка.

– Чисто?! – подхватил старик, будто у него был встроенный слуховой аппарат. – Вы хотите сказать, что я вру?! Да как вы смеете?! Я всю жизнь останавливался только в лучших отелях, и такое безобразие случилось со мной впервые!

– Доктор Ан, я приношу свои извинения. Это наши стажеры, они еще учатся, – спокойным, бархатным голосом ответил наш куратор этому вредному старику, притворившись в этот момент неким подобием буддийского монаха, который в этом мире уже познал все и которого мирские дела больше не волнуют.

– Учатся?! А вы меня, извините, превращаете в подопытного кролика?! – всплеснул руками старик. – И это еще не все! Почему окна такие грязные? Я ожидал увидеть панораму города, а вместо этого должен любоваться этими ужасными разводами!

Окна сверкали так чисто, что казалось, стекол там вовсе нет. Но я решил не повторять ошибки Рисинки и промолчал. Кстати, на этот раз и она смогла удержаться, хотя, судя по ее виду, далось это ей с трудом. Все в ее позе и взгляде кричало о том, как сильно она недовольна несправедливыми обвинениями. С таким характером далеко по карьерной лестнице ей точно не подняться. Правда, обычно это честолюбие угасает спустя пару лет работы. И тогда становится уже все равно – справедливо или нет. Начальство всегда право. Клиент – почти всегда прав, но и это решать не тебе, а тому же начальству.

– Доктор Ан, – ровно, но с ноткой раскаяния начал менеджер Ким, – позвольте мне извиниться за эту досадную ситуацию. Я лично распоряжусь выделить для вас другой номер. Тот самый, который вы предпочли в прошлый раз, когда останавливались у нас.

На лице мужчины недовольство сменилось смесью торжества и снисхождения, но он все еще старался изображать раздражение.

– Хорошо, так уж и быть. Надеюсь, что хотя бы там я не найду больше ваших оплошностей.

– Конечно, доктор Ан. Я сам прослежу, чтобы ваш новый номер был в идеальном состоянии, – менеджер Ким слегка наклонил голову.

И как он умудрился сдержаться? Я бы на его месте этого старика уже как минимум трехэтажным матом крыл.

– Он же это специально? – снова не удержала язык за зубами Рисинка, но уже когда мы покинули номер.

– Молчи, – осек ее я, понимая, что она может нарваться на взбучку от менеджера Кима, который быстрым шагом двигался к двери, ведущей на лестницу.

– Вот же старый плешивый... Да я его... Ааа... – как только дверь на лестничный пролет закрылась, Менеджера Кима прорвало, да так, что даже я удивился такой реакции.

– Чего уставились? – рявкнул он на нас. – Этот гад... Ненавижу! Уже пятый раз! Да я лично проверял этот чертов номер! А этот… он даже не стал заморачиваться и просто выдумал! Нет, я точно в прошлой жизни Родину предал – и это мое наказание.

– Менеджер Ким, вы это… не переживайте, – подошла Рисинка и погладила его по спине, словно какого-то пса. Вот же странная девчонка.

– А ты еще... Ладно, ладно, – он поднял руки к груди, глубоко вдохнул, потом медленно выдохнул, пытаясь не сорваться. – Глубокий вдох, медленный выдох. Вот так, детишки, выглядит человеческая наглость в натуральном виде. Знаете, пять лет назад этот плешивый впервые приехал на медицинский симпозиум. Да, мы тогда реально облажались: номер ему достался... в общем, не готовый, и я, дурак, решил исправить ситуацию, поселив его в люкс. Как же я теперь жалею! С тех пор этот змей каждый год приезжает и устраивает шоу с претензиями, чтобы снова в этот чертов люкс пробраться. Клещ, паразит, таракан – ненавижу.

– А почему бы просто отказать ему в проживании?

– Почему бы просто не отказать ему в проживании, – передразнил Рисинку менеджер Ким. – Кому? Ему? Организаторы симпозиума врачей-пульмонологов каждый год резервируют у нас больше ста номеров и арендуют большой конференц-зал для своей сходки.

– А что тогда можно сделать? – продолжала задавать она дурацкие вопросы, от которых даже у меня начало закипать.

– Что-что? Выделить номер и надеяться, что до следующего симпозиума этих пульмонологов он не доживет, – ответил я за нашего куратора.

На самом деле такие отбросы, как этот доктор Ан, встречаются с изрядной постоянностью в любой сфере, где приходится работать с клиентами. Для этого даже термин придумали – потребительский терроризм. Только с этим доктором Аном все хуже: он член организации, и ссора с ним может привести к потере большого клиента. Вот и приходится идти на уступки и унижаться. Но такова жизнь компаний в потребительской сфере.

– Ну тут ты, конечно, перегнул палку, но рюмку соджу за упокой этого плешивого гада я все же подниму, – менеджер Ким одобрительно хлопнул меня по плечу.

– Вы злые. Он же живой человек, – подала голос Рисинка.

– Через годик-другой работы в этой сфере я послушаю, что ты скажешь. Хотя, с твоим характером, может, ты и не задержишься тут так долго, – сказал менеджер Ким, с какой-то жалостью посмотрев на девчонку.

– Я... Я не стану такой, как вы, менеджер Ким, – выпалила она, поджав губы.

На что он только хмыкнул с видом: «Ну-ну, посмотрим».

– Ладно, пошли, Рисинка, благодаря тебе я хоть немного отвлекся. Это как жар жаром лечить, – он встряхнул плечами, словно сбрасывая напряжение.

– Я не Рисинка, я Со Хи! – снова возмутилась она.

– Да-да, понял, – отмахнулся он, потрепав ее по волосам, и неспешно направился вниз по лестнице.

За оставшийся день нашей стажировки больше ничего примечательного не произошло. Мы следовали за менеджером Кимом. Первые часы смены прошли за подготовкой конференц-зала к регистрации участников симпозиума врачей-пульмонологов: проверяли расстановку столов, тестировали проектор и микрофоны, следили, чтобы закуски были готовы вовремя. Менеджер Ким оказался щепетилен до невозможности — лично пробовал каждое блюдо.