Война потерянных сердец. Книга 3. Мать смерти и рассвета - Бродбент Карисса - Страница 34

Я ощущала, как вздымается и опускается его грудь. Щеки касалось тепло – там, где его дыхание ласкало мою кожу.

Стоило мне заметить эти движения, я поняла, что они повсюду.

Тепло крови, струящейся под его кожей. Ритм дыхания. Мельчайшее подрагивание мышц на руке, все еще сжимающей мое запястье. Исходящее от Кадуана тепло, настолько близкое, что оно окутывает подобно объятиям.

Казалось, я падаю во что-то теплое и знакомое.

Все это время я чувствовала себя такой одинокой в пустом сосуде своего тела. Возможно, мое тело действительно опустело, но как же я не понимала, что ощущение близости с другим существом так сильно похоже на ощущение присутствия в нем? Я была настолько уверена, что не смогу понять странного безмолвного языка тела, что просто не обращала на него внимания. Но теперь я хотела погрузиться в мельчайшие движения тела Кадуана – в дыхание, биение сердца, в низкие вибрации голоса.

Я не осознавала, что придвинулась ближе, пока он не заговорил, так тихо, что я ощутила его слова всем телом.

– Что ты чувствуешь? – снова повторил он.

– Я чувствую… тебя.

Я видела, как дернулся приподнятый уголок его рта, как забилась жилка под светлой кожей. Я чувствовала, как участилось его дыхание, потому что теперь я чувствовала все. Вторая рука Кадуана легла мне на спину – едва ощутимо, но по коже побежали мурашки. На мгновение я подумала, что он собирается притянуть меня ближе, и обрадовалась, потому что сейчас во мне не осталось ничего, кроме желания раствориться в теле другого существа.

Но он этого не сделал. Прикосновение оставалось легким, нежным.

– Ты думаешь, что ты одна в этом теле. Но жизнь повсюду. В крови и плоти. В дыхании. В биении сердца.

Он нежно провел большим пальцем по тыльной стороне моей кисти, там, где она все еще прижималась к его сердцу, и у меня перехватило дыхание.

– Скажи мне, – прошептал он, – разве здесь пусто?

– Нет, – выдавила я.

Он слегка отстранился, и с моих губ сорвался тихий протестующий возглас. Но Кадуан по-прежнему прижимал руку к моей спине, по-прежнему держал меня за запястье. Он убрал мою ладонь со своей груди и прижал к моей; мы стояли лицом к лицу, и я ощущала биение собственного сердца.

– Скажи мне, что ты чувствуешь, – прошептал он.

Сначала я не чувствовала ничего. Мое тело казалось блеклым по сравнению с жизнью, которую я ощущала в Кадуане.

Но потом…

Ровный ритм, чуть более быстрый, чем обычно. Учащенное дыхание. Легкие расширяются и сдуваются. Тепло. Рост.

– Твое тело – невероятная вещь. – Кадуан придвинулся так близко, что его дыхание ерошило мне волосы. – В каждой его частичке есть жизнь. Ты всегда в движении, растешь и меняешься. Ты никогда не стоишь на месте. Ты никогда не молчишь.

Он отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть на меня, и его зеленые глаза сияли, как никогда, ярко. Мои пальцы, все еще прижатые к сердцу, переплелись с его пальцами; другой рукой Кадуан взял мою руку и поднял ее между нами ладонью кверху.

– Ты вовсе не ничто, Эф. Ты чудо. Сотвори что-нибудь.

Сейчас все было так просто. И как я не понимала раньше?

Меня переполняла магия, я буквально кишела ею, и я могла манипулировать своей силой, как когда-то манипулировала другими. Я была соткана из магии.

Оставалось только придать ей форму.

По коже побежали мурашки. Мне было не оторваться от глаз Кадуана. Через несколько секунд он опустил взгляд, и на его лице расцвела улыбка.

– Посмотри, – прошептал он.

Я не хотела смотреть. Я хотела видеть только его улыбку.

Но в конце концов я все же опустила взгляд. На моей ладони лежал крошечный черный бутон розы, листочки на стебле только-только проклевывались.

Странно. Раньше я ровняла с землей города и уничтожала целые армии. Но ни одно из этих деяний не принесло столько гордости, сколько этот скромный маленький цветок. Наконец-то я сумела сама что-то создать. Что-то живое.

– Само совершенство, – произнес Кадуан.

Но когда я подняла на него взгляд, он не смотрел на цветок. Он смотрел на меня.

В тот день я не сумела сделать больше ни одного цветка. Получались лишь крошечные листочки да один раз – плотный бутон. Но я не расстроилась. Меня охватила эйфория. Я могла бы продолжать всю ночь. Хотя Кадуан и убеждал меня запастись терпением, я не могла сдержаться, а каждый лепесток, который вырастал на ладони, встречала с растущим ликованием.

Почему я раньше не догадывалась, как приятно создавать что-то новое?

Кадуан быстро утомился. Вскоре он уже наблюдал за мной из кресла, потом подпер рукой подбородок, а когда я в очередной раз повернулась, чтобы показать ему свое последнее творение, то обнаружила, что он крепко спит, откинувшись на спинку.

Было еще совсем не поздно, и я не устала. Но все же, понаблюдав за ним какое-то время, я села на соседний стул. Практиковаться в одиночку показалось неинтересно.

Я наблюдала за размеренным дыханием Кадуана и, пользуясь тем, что некого было стесняться, восхищалась всеми недавно открытыми в нем чертами. Кадуан не просыпался; он даже не шевелился. Спустя несколько часов, когда и меня одолела усталость, я потянулась через стол, накрыла его ладонь своей и положила большой палец на внутреннюю сторону запястья. Биение его пульса убаюкало меня.

– Ваше величество.

Я непонимающе заморгала. Над Кадуаном склонилась Луия. За окном разгоралась заря, ее отблески падали на лицо короля и на мое. Даже во сне я продолжала держаться за руку Кадуана.

– Ваше величество! – громче позвала Луия и встряхнула его за плечи. – Ваше величество, проснитесь…

Он медленно открыл глаза.

Луия сразу отпустила его и облегченно выдохнула. На меня она даже не посмотрела.

– Я… – Кадуан потер лоб, затем бросил взгляд на меня. – Приношу свои извинения. Я устал сильнее, чем думал.

Я потерла глаза, прогоняя сон.

– Прошу прощения, что разбудила, – произнесла Луия, – но наши треллианские союзники хотят срочно пообщаться с вами. Меджка пытается их отговорить, но они настаивают. Мы продолжим сдерживать их пыл, но я решила, что вам нужно знать…

– Я могу встретиться с ними.

– Вы не обязаны посещать их лично. – Брови Луии поползли вверх.

– Меджке не следует ехать в Трелл, а если он будет настаивать, я все равно не отпущу его одного.

– Я могу поехать с ним, или можно послать…

– Нет. Я поеду сам. Я и так слишком отошел от дел.

Его усталый взгляд упал на меня.

– Эф отправится со мной.

Лицо Луии исказилось в изумлении.

Я сама ушам не поверила. Первым порывом было отказаться, и днем раньше я бы так и поступила. Но сейчас я одернула себя, не дав словам сорваться с губ.

Я совсем не такая, какой привыкла себя считать, напомнила себе я.

Я согласилась, и лицо Кадуана озарилось светлой, как утреннее солнце, улыбкой.

Глава 21

– Нам не следует здесь оставаться.

Вглядываясь в горизонт, я вытер лоб тыльной стороной кисти. Я не создан для такого. Лучше уж летняя болотистая влажность Ары, чем зной, способный заживо поджарить человека, неосмотрительно оказавшегося на улице.

Наш корабль причалил в центральной части Трелла – в городе, название которого я так и не смог выговорить. Треллианская архитектура – сплошь белый камень – была прекрасна. Если смотреть с берега, здания напоминали картину из множества мазков цвета слоновой кости на фоне пронзительно-синего неба. Сейчас день клонился к вечеру, и синева начинала приобретать розоватый оттенок.

«В Трелле всегда красивые закаты», – подумал я и сам удивился этой мысли.

Я и не подозревал, что уже бывал в Трелле.

– Мы и не собираемся здесь оставаться, – ответил Брайан. – В Трелле сейчас творится полный бардак. Чем быстрее мы отсюда уберемся, тем лучше. Еще повезло, что наш корабль не потопили на подходе.