Император Пограничья 8 (СИ) - Астахов Евгений Евгеньевич - Страница 30

Крепкие работяги, человек пять. По виду — бывшие грузчики или плотники. Смотрели на пустую бутылку из-под самогона с таким вожделением, будто это святой Грааль.

— Эй, мужики! — окликнул их месмерист. — Ищете чего?

Самый здоровый, с разбитым носом боксёра, шагнул вперёд:

— Самогон почём?

— А что предложите?

Мужики переглянулись. У них явно не было ничего ценного. Иуда улыбнулся — именно этого он и ждал.

— Впрочем, может, договоримся иначе. Вы ребята крепкие, работящие. Мне такие нужны.

— Для чего? — насторожился «боксёр».

— Для дела. Будете помогать мне кое в чём, получите не только самогон, но и дополнительную еду к вашим пайкам. Регулярно.

Работяги заинтересовались. Иуда мысленно потирал руки. Ещё пара таких групп, и у него будет настоящая сила. После Гона, когда все эти дураки из острога разбегутся или передохнут, он уведёт свою банду в большой город. Больше не придётся мелочиться с карманными кражами. Он видел себя главарём серьёзной группировки — с десятками подчинённых, данью с торговцев, контролем над целыми кварталами. Точно, как покойный Кабан из Сергиева Посада, к которому думал податься «Ульян», но лишь под крепостными стенами узнал, что тот, оказывается, погиб. Причём, шептали, от рук того самого воеводы, что пригласил беженцев к себе в острог.

— Что за дело-то? — спросил один из работяг, помоложе.

— Пока ничего сложного. Иногда постоять где надо, иногда припугнуть кого надо. Справитесь?

Боксёр кивнул:

— За самогон и дополнительную жратву — справимся. На стройке пайка не хватает, чтобы брёвна таскать целый день.

Иуда протянул им бутылку:

— Вот вам аванс. Остальное — вечером. Приходите к заброшенному дому на Кузнечной.

Мужики ушли, передавая бутылку по кругу. Месмерист удовлетворённо откинулся на ящике. План складывался отлично. Алкоголь — универсальная валюта среди таких вот работяг. Воевода запретил продажу спиртного во время осады, так что за бутылку они готовы на многое.

— Слушай, — Митька почесал небритую щёку. — У нас самогона-то всего пара бутылок осталось. На всех твоих «бойцов» не хватит.

— Знаю, — Иуда поднялся. — Поэтому сегодня ночью идём на склад с алкоголем.

— Опять? После вчерашнего?

— Именно. Я слышал разговоры — воевода приказал перенести весь алкоголь в более охраняемое место. Но пока там всё та же охрана — двое сторожей. Это наш последний шанс.

Митька нервно облизнул губы:

— А если спалят?

— Не спалят. Я отведу глаза, как обычно.

Ночь выдалась безлунной. Иуда с Митькой крались вдоль заборов, прислушиваясь к каждому шороху. Склад с алкоголем находился ближе к центру острога, рядом с другими хранилищами. Месмерист знал, что риск велик — после вчерашней кражи охрана должна быть начеку. Но жадность и мечты о будущей непобедимой банде вкупе с собственным величием пересиливала осторожность.

У склада действительно дежурили двое — коренастый мужчина с ружьём и молодой парень с автоматом. Оба выглядели напряжёнными, постоянно оглядывались.

— Бдят, заразы, — прошептал Митька.

Иуда кивнул. Придётся действовать по-другому. Он подобрал камень, швырнул в сторону соседнего амбара. Грохот заставил охранников вздрогнуть.

— Я проверю! — молодой рванул на звук.

Коренастый остался, но его внимание было приковано к темноте, откуда ушёл напарник. Момент. Иуда выскользнул из укрытия, двигаясь бесшумно, как кошка. Ещё пара шагов…

Охранник резко обернулся, вскидывая ружьё. Месмерист едва успел поймать его взгляд:

— Всё в порядке. Опусти оружие.

Мужчина заколебался. Внушение действовало слабее обычного — то ли охранник был волевой, то ли слишком напряжён.

— Опусти оружие, — повторил Иуда, вкладывая больше силы.

Ружьё медленно опустилось. Митька уже возился с замком, его пальцы дрожали от напряжения. Секунды тянулись как часы. Где-то рядом раздались шаги — молодой возвращался.

— Быстрее! — зашипел Иуда.

Щелчок — замок поддался. Они рванули внутрь, хватая первые попавшиеся бутылки. Самогон, вино, даже какая-то настойка. Набивали мешки, карманы, засовывали бутылки за пазуху.

— Степаныч, там кошка какая-то… — голос молодого охранника оборвался. — Эй! Стой!

Иуда с Митькой выскочили через дверь. Молодой охранник вскинул автомат, но месмерист швырнул в него бутылку. Стекло разбилось о стену, обдав парня осколками и самогоном. Пока тот протирал глаза, воры уже неслись прочь.

— Тревога! Грабят! — крик за спиной.

Они петляли между домами, тяжело дыша. Бутылки звенели при каждом шаге. Где-то вдали залаяли собаки, послышались голоса. Погоня.

Иуда дёрнул Митьку в узкий проход между сараями. Притаились, вжавшись в стену. Мимо пробежали двое дружинников со светокамнями на поясе. Ещё минута — и воры выбрались на другую улицу, растворившись в ночной темноте.

В заброшенном доме они вывалили добычу на стол. Десяток бутылок разного калибра. Митька нервно хихикнул:

— Думал, всё, конец нам.

— Дураков фартовых бог бережёт, — Иуда открыл бутылку самогона, сделал большой глоток. — За удачу!

Алкоголь обжёг горло. Месмерист передал бутылку подельнику, откинулся на спинку стула. В голове уже вертелись планы. С таким запасом он сможет привлечь ещё больше людей. Создать настоящую организацию. А когда Гон поубавит численность местных, и многие праведники передохнут, он со своими людьми займёт лучшие дома, заберёт брошенное имущество.

— Знаешь, Митька, — он усмехнулся. — Эти дураки думают, что Гон — это конец света. А для умных людей это только начало. Новые возможности. Главное иметь достаточно хитрости, чтобы их разглядеть, и решимости, чтобы схватить!

— Точно! — поддакнул Косой, уже захмелев. — Мы им ещё покажем, кто тут главный!

Где-то снаружи раздалось громкое карканье. Иуда поморщился — терпеть не мог воронов. Птица словно специально села на подоконник их убежища, уставившись чёрным глазом через разбитое стекло.

— Кыш! — Митька замахнулся бутылкой.

Ворон не улетел. Только наклонил голову, продолжая смотреть на них с каким-то почти человеческим интересом. Иуда почувствовал, как по спине пробежал холодок. Было что-то неправильное в этой птице, что-то зловещее.

— Да ну его на хрен, — месмерист отвернулся, делая ещё глоток. — Пусть сидит.

Но ощущение чужого взгляда не проходило. Словно ворон не просто смотрел, а изучал, запоминал. Иуда тряхнул головой, отгоняя дурные мысли. Просто птица. Обычный ворон. Ничего особенного.

Карканье повторилось — громкое, почти насмешливое.

После раздачи разведчикам последних указаний и отправки Захара усилить охрану оставшихся складов, я вернулся к Борису. Командир дружины всё ещё находился у восточных ворот, инструктируя дозорных. Выглядел он усталым — сказывались дни в лазарете после ранения, но в глазах горела привычная решимость.

— Нужно поговорить, — я отвёл его в сторону. — По поводу этих крыс, что склады обчищают.

Тот кивнул и последовал за мной.

— Как самочувствие? — спросил я.

— Нормально, воевода. Рёбра побаливают, но терпимо, — охотник поморщился, поправляя повязку под курткой. — Но вы же не о моём здоровьице поговорить хотели, какие будут указания?

После вчерашней кражи из амбара нужно было действовать решительно.

— Верно. Нужно покончить с воровством. У меня есть план. Пустим слух, что сегодня ночью будем перевозить содержимое склада с алкоголем в более защищённое место. Якобы только сегодня освободится охраняемое помещение в центре острога. Распространи через доверенных людей — пусть весь острог гудит.

Собеседник понимающе кивнул:

— Приманка, значит. А если не клюнут?

— Клюнут. Жадность и спешка — плохие советчики. Они знают, что времени мало, а алкоголь сейчас на вес золота. К тому же параллельно ребята из спецназа прошерстят беженцев. Ищите тех, у кого слишком много еды, кто торгует продуктами. Действуйте осторожно — вор владеет ментальной магией.