Геном хищника. Книга третья (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 62

Разорвала халат с рубашкой и оттолкнула фрика обратно к стене. Он встал, но тут же схватился рукой за горло. Начал рвать на себе одежду и царапать грудь, в которую постепенно впитывался яд ужасных листолазов. Реально ужасных — из-за действия батрахотоксина, вены фрика распухли, а артерия на шее начала пульсировать. На коже проступило что-то жёлтое. Либо окрашенная ядом кровь, либо уже гной, а потом… Потом я уже отвернулся на второго фрика, поэтому смачный хлопок и шлёпки по стенам только слышал.

Вторым патроном у меня был заряжен зажигательный. И сработал он быстрее, словно система Древних раскочегарилась. Там всё раскочегарилось! Температура в лаборатории резко подскочила до банной, а я, возможно, остался без бровей.

За спиной заревел «пятнадцатый», с новой силой ударив по клетке. Замок, который успел открыть доктор, крякнулся, дверь прогнулась, и на свет появилась какая-то часть мутанта. Может, нога, А, может, и голова!

Я не стал вдаваться в подробности, сам бросившись к клетке с Анной. Замок был хитрый, но с этой стороны его можно было вскрыть без ключа. Я ещё больше ускорился, стараясь опередить мутанта.

И опередил! Дверь моей клетки раскрылась за секунду до того, как мутант вытек из своей. Что-то промелькнуло перед глазами — вроде молнии, только не яркой. Я моргнул и понял, что в лаборатории мы с мутантом остались вдвоём. Ну и голос из динамиков:

Внимание! Активирован режим самоуничтожения. Немедленно покиньте лабораторный комплекс. До взрыва осталось шесть минут…

Глава 30

Вот, действительно, всё познаётся в сравнении. Раньше казалось, что шакрас со своими кризисами меня торопит и подгоняет. Но по сравнению с жутким, безжизненным и совершенно безразличным голосом, который вещал про шесть минут, до кризиса генома можно было успеть поседеть.

Хотя в компании с мутантом «номер пятнадцать» можно было поседеть намного быстрее! Он выбрался из клетки, для чего ему пришлось максимально укомплектоваться. Отростки, которые я сначала принял за бугры и волдыри, сдулись, как воздушные шарики, и превратились в вялых червячков, понатыканных в плотную серую кожу.

На голове этих отростков было больше всего. Они торчали из макушки, выпирали из висков — разная толщина, разный размер. Не будь они бледно-розовыми и явно мясными, их можно было бы принять за плешивые дреды. Когда все они скукожились и втянулись, удалось разглядеть лицо. То, что от него осталось — череп, обтянутый рваной кожей. Носа не было, вместо губ сплошная мясная бахрома, сквозь которую были видны зубы. На вид человеческие, но из-за проблем с дёснами они выглядели слишком длинными.

Над глазами, наоборот, образовались плотные наросты. Из-за этого казалось, что вместо бровей на нём остатки лыжной маски. Но больше всего напрягали его глаза — два ярких, практически горящих, уголька. Он светился изнутри как сами глаза, так и вены в некоторых местах по изуродованному телу.

Возможно, мутации ещё не закончились. Ну или, млять, он сейчас окукливался и скоро превратится в прекрасную бабочку! Но пока трансформация ещё не закончилась. Он был неровные и не особо пропорциональный. Правая рука всё ещё выглядела набухшей, а левая — уже ссохлась. Только мышцы, жилы и намёк на кожу без единой лишней капли жира.

— Алё! — я пощёлкал пальцами у него перед глазами. — Есть кто дома? Мы с тобой…

По старинке чуть не ляпнул, что мы одной крови, рода и вообще с одной планеты, но вовремя прикусил язык. И чтобы не сморозить очевидную глупость, и чтобы не попасть под удар лапы. Попытка подружиться провалилась. Я отскочил в сторону, разрывая дистанцию. Подхватил дробовик и не глядя зарядил два патрона с геномами. Оставался один патрон с ядом и три зажигательных. Я похлопал сгоревшими ресницами, понимая, что с таким соотношением нужно максимально разрывать дистанцию.

Я практически вжался в стену, отпрыгнув к рабочему месту доктора. Краем глаза зацепил несколько кожаных папок, разглядев на них название проекта: «ГЕНОМ ХИЩНИКА» и несколько цифр. Самыми толстыми были досье на Осу и «пятнадцатого», но была и тонкая папочка с говорящим названием: SCUM. Надеюсь, наработки по моему делу там, а за название отдельно спрошу. Надеюсь, Купер его перехватил…

Но, надежда, как говорят, умирает последней. Может, и врут. Но точно, что первым делом мутанты, а надежды уже потом!

С «пятнадцатым» меня отделяло всего пара метров. Он покачивался, пытаясь развернуться в мою сторону. Выходило это не очень — ноги тоже были разные. Его корёжило, трансформация происходила прямо у меня на глазах, довольно быстро высушивая правую ногу и равняя её размерами с левой.

Не зная, в каком стволе у меня какой патрон, решил выстрелить сразу оба. Прицелился по ногам и активировал кнопку. Палец будто в мясорубку попал, но меня это не остановило. Два выстрела по коленям — два огненных росчерка, дыхнувших так, будто я в парилку заглянул в тот момент, когда воды на камни подбросили. Зашипел мутант, соответственно, рухнув как подкошенный.

Как конкретно подкошенный. Обе ноги, как лазером срезало — алые обгоревшие куски мяса на мутанте и два дымящихся огарка, разлетевшихся по лаборатории. Про запах я, вообще, молчу. Если бы не задержал дыхание от раскалённого воздуха, уже бы рядом валялся.

Я очень быстро перезарядил ружьё. Может, на тысячную секунды только задумался, какой патрон первым вылетит в следующий раз, а мутант был уже на ногах. Прямо на обрубках, с которые будто жжёная пластмасса, стекало нечто чёрное и тягучие. Боли, похоже, он не чувствовал. Просто встал на четвереньки, как горилла, оперевшись на кулаки, а потом прыгнул прямо на меня.

С такой скоростью, что даже шакрас не успел среагировать. Дробовик отлетел в сторону, а мы, задев край стола, впечатались в стену. Не совсем мы — только я! За спиной заскрипела стальная стена, частично приняв форму моей спины, и сверху обрушилась какая-то полка со склянками. Пересчитать я их не успел, крючкообразные пальцы мутанта выдернули меня обратно и положили сквозь столешницу на пол.

Биомонитор пищал. Скрипела «Крепкая кость», выкручивала обороты «Регенерация», а я по заветам майора Пэйна сфокусировался на боли в пальце. Лягнул мутанта куда-то в живот, а потом и до морды попытался дотянуться. Но лишь попытался — хватка мёртвая, лапы как стальные, но чёртова трансформация просто их удлинила сантиметров на десять. И не только их — отростки, словно ожившие черви, зашевелились по всему телу и потянулись ко мне. Я с трудом вытащил «глок» и тут же с лёгкостью с ним расстался. Сразу два червя обвили затвор, а третий сиганул прямо в ствол. И то ли сам там лопнул, то ли разорвал их всю конструкцию.

Брызнуло и пластиком, и чем-то липким. Я инстинктивно откинул голову, зарываясь в папки, канцелярщину и прочий мусор, скатившийся на меня с обеих частей бывшего ствола. Но и не только мусор — блеснул кусочек металла и мне по лбу ударил шприц-инъектор Феликса. Тот самый, что он приготовил для Осы.

Иголка чуть в глаз мне не попала, но, наверное, я никогда там ещё не радовался иголкам перед своими зрачками! Я отмахнулся правой рукой, нахватав на активированный браслет отростков. А левой схватился за инъектор и со всей дури всадил его в руку мутанта. Кем бы ни был тот самый ктырь, чей яд я сам же сюда и доставил, но если поможет, то всех ктырей занесу в свою личную Красную книгу!

Похоже, обещание придётся сдержать! Подействовало! Хватка ещё не ослабла, и сами клешни давили мне на грудь, и черви стиснули руку. Рёбра держались, хоть и скрипели, как переборки подводной лодки, погрузившейся на запредельную глубину, а вот мягкую тушку мне придётся ремонтировать. Но цвет кожи мутанта начал меняться — там, где вену светились красным, произошло наглядное смешение. Тёмные капли захватывали кровь, заражая сантиметр за сантиметром.