Непокорная ведьма - Чиккарелли Кристен - Страница 10

Еще одно заклинание?

Ава отступила, и на губах ее играла улыбка. Отвернувшись, она подошла к раковине, зачерпнула в ладони воды и плеснула на символы, начертанные Крессидой на полу. Потом провела туфлей по размытому рисунку, разрывая заклинание королевы-ведьмы. Вид у нее при этом был практически скучающий.

Гидеон подобрался. Он чувствовал, как ослабевает магия Крессиды, как освобождает она сначала его плечи и руки, затем ноги и стопы.

Едва заклинание окончательно перестало действовать, Гидеон бросился к пистолету.

– Стоять!

Он будто налетел на невидимую стену. От приказа Авы все его тело застыло, спина выпрямилась подобно клинку меча.

– Повернись к двери.

Гидеон с ужасом понял, что делает все, что ему приказывают.

Символ у него на груди…

Он вынуждает меня повиноваться всему, что она говорит.

Какой бы приказ ни отдала Ава, Гидеон будет вынужден выполнить его.

– На колени, охотник на ведьм. Обопрись на локти.

Гидеон против воли опустился не пол. Прямо перед ним оказалась сверкающая россыпь разбитого стекла.

– А теперь ползи.

Гидеон двинулся через стекло, сжимая зубы, когда осколки впились в ладони и колени. За ним оставался кровавый след.

Глупо было считать, что он сумеет спастись.

Он был уже на полпути к двери, когда в коридоре послышались шаги. Гидеон вскинулся и увидел, как поворачивается ручка.

Неужели Крессида уже вернулась?

Его охватил ужас – холодный и темный, как глубины неизведанного моря.

А потом дверь распахнулась, и на пороге появилась совершенно не та ведьма, которую он ожидал.

Золотистое платье сверкало в отблесках свечей, пшеничные локоны рассыпались по плечам, серые глаза метали молнии.

Руна.

Глава 7

Руна

Гидеон был наполовину раздет, а на груди его красовался кровавый символ заклинания.

При виде его обнаженного торса Руна застыла.

Гидеон Шарп неотступно преследовал ее последние два месяца, завладел ее мыслями, но ни одно воспоминание не могло сравниться с реальностью. Он будто служил живым воплощением власти и силы – в каждом изгибе тела, в каждой черточке лица.

Должно быть, он услышал, как у нее перехватило дыхание, потому что брови его вопросительно изогнулись. Их с Гидеоном взгляды встретились, и, казалось, мир вокруг исчез. Они смотрели друг на друга как завороженные.

А потом ее взгляд скользнул к его брюкам, и она заметила, что пуговицы расстегнуты.

При виде этого зрелища в Руне поднялось желание убивать.

– Ты что здесь делаешь, Уинтерс? – Из темноты появилась Ава.

– Я пришла… – Руна взглянула на пистолет, лежащий на раковине позади Авы. Тот самый пистолет, который Гидеон меньше двадцати минут назад прижимал к ее виску. – …Пришла сказать, что у Крессиды есть приказ для тебя.

– Крессида уже отдала мне приказ.

– Это другой, новый. – Руна отчаянно сожалела, что не успела придумать план получше. Крессиде не понадобится много времени на подписание бумаг, а Гидеону надо сбежать до ее возвращения.

Руна сделала шажок по направлению к раковине.

– Она велит тебе явиться в кабинет принца. Чтобы… э-э-э… выступить свидетелем подписания. А я должна буду покараулить охотника на ведьм в твое отсутствие.

Ава уставилась на нее.

– А ты что, не могла выступить свидетелем?

– Она попросила привести тебя.

Ава опасно сощурилась.

– И с чего ей так поступать, если ты уже была там?

Руна знала, что обычно она куда ловчее, куда умнее. Однако побег из спальни принца (ей пришлось спрыгнуть с балкона и выйти через комнату этажом ниже) потребовал куда больше внимания и времени, чем она ожидала.

– Конфликт интересов. – Руна сделала еще шаг к раковине. – Я стану супругой Сорена и не могу выступать в качестве свидетеля Крессиды.

– Я тебе не верю, – ледяным голосом объявила Ава.

Понимая, что битва проиграна, Руна бросилась к пистолету.

Ава покосилась на Гидеона.

– Схвати ее.

Гидеон встал у Руны на пути, схватил ее за запястья, выкрутил ей руки, удерживая их за спиной.

Ей хотелось кричать. Что ты творишь? Я же пришла помочь тебе!

Плечо прострелила боль, мир вокруг вспыхнул алым.

Слова, норовившие сорваться с губ, так и не прозвучали.

– Крессида будет ужасно разочарована, когда узнает о твоем саботаже. – Ава осуждающе поцокала языком, а потом повернулась к Гидеону. – Убей Багрового Мотылька.

Гидеон не колебался.

Он резко повернул Руну лицом к себе, схватил обеими руками за горло и впечатал в зеркало. Стекло над головой Руны пошло трещиной, тело пронзила боль.

А потом Гидеон сжал пальцы.

Глаза Руны ошеломленно распахнулись.

Она царапала ему руки, пыталась ослабить хватку, но Гидеон всегда был сильнее ее, а пальцы у него были цепкие, крепкие, будто стальные. Горло сдавливало все сильнее, Руне было нечем дышать. Оставалось лишь гадать, что именно намеревается сделать Гидеон: свернуть ей шею, задушить или и то и другое.

Темные глаза неотрывно смотрели на нее.

Руну охватила паника.

Пожалуйста… Я же пытаюсь спасти тебя!

Вот только какое ему дело?

Он ведь ради этого сюда явился, помнишь? А теперь ты дала ему шанс завершить начатое.

Ава наблюдала за происходящим с безопасного расстояния, скрестив руки на груди. Мучения Руны, казалось, совершенно ее не трогали. Ждать от нее сочувствия не приходилось.

И тут Руна вспомнила про пистолет.

Гидеон толкнул ее к зеркалу прямо рядом с раковиной, где лежало оружие. Только бы до него дотянуться…

Чувствуя, как горят легкие, безуспешно хватая ртом воздух, Руна коснулась рукой холодной керамики раковины, похлопала по краю… Руки у нее тряслись. А пистолет находился на другой стороне.

Комната плыла перед глазами.

Все ее внимание сосредоточилось на ярко-алом знаке на груди Гидеона.

Руне казалось, она сейчас взорвется. Еще мгновение, и все будет неважно, потому что она умрет.

И тут ее пальцы коснулись металла.

Пальцы сжались на рукояти пистолета, и надежда вспыхнула с новой силой.

Один выстрел. Сделай так, чтобы он не пропал даром.

Руна подняла пистолет и нажала на курок.

Глава 8

Руна

Выстрел оглушил ее.

Пальцы Гидеона разжались, и он, качнувшись, отступил, с ужасом глядя на Руну. За его спиной Ава рухнула на пол – пуля вошла прямо в голову.

В комнате не было слышно ни звука, кроме рваного дыхания Руны и Гидеона.

Руна потрясла рукой – ее все еще покалывало от отдачи, а потом перевела взгляд на символ на груди Гидеона. Она чуть не застрелила капитана Кровавой стражи, но в последний момент вспомнила, что за символ нарисован на его коже.

«Связь» – заклинание, которое заставляет жертву повиноваться ведьме.

Оставалось надеяться, что догадка верна, и, раз Гидеон не сжимал больше Руне шею, видимо, так оно и было. А значит, он, возможно, и вовсе не хотел ее душить, просто выбора не было.

Если бы помимо «Связи» Ава наложила «Бесконечность», заклинание держалось бы и после смертоносного выстрела Руны, а значит, сама Руна уже валялась бы мертвой на полу. Однако Ава не ожидала, что умрет. Не было необходимости накладывать заклинание, сила которого не уменьшалась и после смерти наложившей его ведьмы.

Серафина многому научила Руну после побега из Новой республики, в том числе таким мелочам.

– Никаких резких движений, – предупредила она, целясь Гидеону прямо в грудь, где по-прежнему пламенел кровавый символ. Ава мертва, и теперь Гидеон спокойно может постараться снова убить Руну, на сей раз по собственной инициативе.

Вот только…

Руна покосилась на раковину. Неужели Гидеон намеренно толкнул ее к этому зеркалу? Неужели хотел, чтобы она взяла его пистолет, застрелила Аву и прекратила действие заклинания?