Измена. У тебя есть другая (СИ) - Ярина Диана - Страница 1

Измена. У тебя есть другая

Диана Ярина

Глава 1. Она

— Папа, не пались! Тебя с ней видели! — с претензией произносит дочь.

Мой муж и дочь стоят у небольшой кофейни со стаканчиками в руках: у мужа — наверняка привычный и любимый им капучино без сахара, а у дочери — большой чай со льдом.

Гуляя по торговому центру, я случайно наткнулась на них и решила подойти потихоньку, чтобы сделать сюрприз: вот это неожиданная встреча, не так ли?

Однако сюрприз получился не таким, какой я хотела.

Интонации, поза, взгляды мужа и дочери…

Все в них выдавало то, что разговор идет на небезобидную тему.

Кроме того, дочь так странно выделила эти слова «с ней видели»

Претензия? Укор? Упрек?

Или все вместе, так и не разобрать.

Но одно я точно знаю: папина любимица смотрит на отца, и в ее взгляде даже мелькают нотки, как будто она советует что-то ему.

Советует не палиться?

Боже, о чем вообще идет речь?!

Страшная догадка мелькнула внутри и осела, как будто острое стеклышко, соринкой в глазу.

Сильный дискомфорт.

Тахикардия.

Ладони вспотели.

Мне становится дурно, словно интуиция не позволяет обмануться, не позволяет махнуть рукой, мол, да это просто чепуха! Подойди и обними родных и любимых, но что-то предостерегает: постой.

Не спеши.

Послушай!

И я замираю, в нескольких метрах от своих дорогих и родных людей, спрятавшись за вывеской, оформленной шарами.

— Спасибо, что предупредила. Впредь буду осторожен, — отвечает муж.

— Надеюсь! — закатывает глаза дочь. — Если до мамы дойдет, что у тебя есть любовница, будет армагеддон. Сам же знаешь, какая она в последнее время… — дочь морщится. — Истеричка и скандалистка!

У тебя есть любовница — говорит она ему.

ЕСТЬ.

ЛЮБОВНИЦА!

О боже, у моего Георгия есть любовница?!

И дочь — в курсе?

Она не просто в курсе, она отцу еще и советы раздает с видом бывалой…

От ужаса у меня зашевелились волосы на голове, холодок скользит по позвоночнику.

— Женщина, вы что-то брать будете? Или просто так стоите? — спрашивает кто-то за моей спиной.

Кто-то выдает меня с головой.

На голос постороннего обернулся муж, следом за ним — и младшая дочь.

Они увидели меня.

И я — тоже.

Тоже увидела себя будто со стороны — худая, бледная, пальцы стиснуты до боли на ручках пакета из магазина нижнего белья.

Мне жалко эту женщину, в которой я узнаю себя.

На ее лице видны все, до единой эмоции: шок, испуг, боль…

Хотела бы я, чтобы на лице этой женщины, застигнутой врасплох шокирующими известиями, не отображалось ничего.

Ни единой эмоции.

Чтобы ее лицо было маской сильной, уверенной в себе женщины.

Но, увы, это не так.

Она, то есть я, выглядит так, словно с нее содрали кожу и все нервы оголены.

Я…

Это я, Колосова Светлана, обманутая жена, женщина сорока шести лет.

Я, увы, оказалась одной из тех несчастных, которой не повезло: ранний климакс настиг меня в возрасте до пятидесяти лет.

Последний год здорово меня подкосил.

Весь год я боролась с гормональным сбоем, дисбалансом в организме, скачками веса, с приливами и перепадами настроения.

Сменила двух эндокринологов и гинеколога, перестроила свой режим дня и активности.

Думала, справилась: во мне снова заиграла жизнь красками, забила фонтаном женского желания.

Сегодня утром я проснулась и поняла, что хочу своего мужа, а он спешил на работу.

Я решила побаловать себя и его красивым бельем, на вечер у меня были грандиозные планы. Жажда близости заставляла мою кровь бежать быстрее по венам, а пульс учащался от предвкушения.

И тут — слова о любовнице.

Как ушат ледяной воды — на голову.

Как нож — в спину.

Я смотрю на мужа, чувствуя, как по щекам катятся слезы.

— Вот черт, — немного смутилась дочь.

Смутилась, но тем не менее, отпивает из своего стакана.

Муж же говорит, вздыхая так, словно я опять устроила ему некрасивую сцену:

— И долго ты там стоишь, уши греешь?

Георгий недовольно сводит брови к переносице и смотрит недобро.

Дочь цыкает:

— Погуляли, блин! Мама! Ты что, сырость решила на людях развести?

Я стою неподвижно, не в силах произнести ни слова.

Мои ноги словно пустили корни в пол.

В горле комом застыла смесь шока и боли.

Мир вокруг словно размылся, и все звуки стали далекими, как эхо.

Дыши-дыши, говорю себе.

Но сердце отказывается работать, оно сжимается в тисках, в груди разливается свинцовая тяжесть.

Дочь, заметив, что я молчит, подходит ближе и берет за руку.

— Мам, ну что ты устроила здесь цирк? — шипит, как змея, окидывая меня недовольным взглядом. — Слезы утри!

Я смотрю на дочь невидящим взглядом, будто вижу ее впервые.

Мой голос дрожит, когда я наконец выдавливаю из себя несколько слов:

— Ты… ты мне изменил… — смотрю на мужа. — Изменил!

— Так! — мрачнеет он и с сожалением передает дочери свой стаканчик. — Ир, возьми, а я займусь… возникшей проблемой.

С этими словами он направляется ко мне, крепко сжимает за локоть и насильно уводит.

Тащит в сторону, словно на буксире.

Я передвигаю ногами с трудом.

Не веря в услышанное!

А в висках стучит на повторе:

Он мне изменяет.

И следом:

Он считает меня… проблемой.

И больше никем.

Глава 2. Она

Муж отводит меня к машине.

Я иду за ним, как будто под гипнозом, не чувствуя ничего. Мои ноги словно ватные, а в голове — пустота. Я молчу, как рыба, выброшенная на берег. Мы садимся в салон, и только тогда меня прорывает.

— Как ты мог? — мой голос дрожит от слез и звучит немного визгливо. — Подлец? Как ты мог так поступить?

— Как? — он резко поворачивается ко мне, его глаза сверкают, как у хищника. — Тебе в красках рассказать или избавить от срамных подробностей?

Я не могу поверить своим ушам. Он действительно это сказал?

Я смотрю на мужа, и мое сердце разрывается на части. Этот человек, с которым я делила радости и горести, который обещал быть со мной до конца, оказался способен на такое предательство.

— Ты… ты шутишь? — мой голос срывается на крик. — Ты серьезно?

— А что, по-твоему, я делаю? — он усмехается, но в его глазах нет ни капли веселья. — Я просто рассказываю тебе правду. Или ты хочешь, чтобы я лгал?

По моим щекам рекой текут слезы. Я не могу поверить, что это происходит со мной.

Как я могла быть такой наивной? Как я могла не заметить, что что-то не так?

— Ты лгал мне все это время, — шепчу я, глядя на него сквозь слезы. — Ты говорил мне, что любишь меня, что я для тебя единственная, а сам…

— Хватит, — он резко обрывает меня. — Я устал от этих разговоров. Я сделал то, что должен был сделать.

— То, что… Должен был? ДОЛЖЕН БЫЛ?! — ахаю в шоке.

Наверное, мне послышалось!

Не мог он сказать такое, что должен был… изменить.

Что это, вообще такое?!

— Я МУЖИК! ЧТО ТЫ ОТ МЕНЯ ХОЧЕШЬ? — орет мне в лицо.

Сжимает переносицу и трет сердито.

— Ты весь последний год… То как сука бешеная, то как мямля плаксивая. То опухшая, как бочка, то тощая, как жердь, а лицо… стало выглядеть чужим. Его будто перекроили. Тебя саму будто перекроили, заменили заводские настройки. Я больше тебя не узнаю.

— У меня… У меня же сбой. Настроение, гормоны, даже запах, — признаю с болью. — Это не от меня зависит, я же лечилась! — оправдываюсь я.

Так больно вдруг оказаться невластной над своим телом, которое меняется и меняет даже запах. Все любимые духи на мне вдруг начали пахнуть иначе, а эти смены настроения — похлеще, чем при беременности!

Я пыталась быть честной и открыто мужу и детям рассказала о том, что со мной происходит. Казалось, они меня поддерживали.