Идеальный питомец для космического генерала (СИ) - Буланова Алиса - Страница 27

Я моргаю, точно пытаюсь развидеть те неприятные образы. Мгновение — и он убирает руку. Я оборачиваюсь на него, не зная, что сказать.

— Я в порядке, — выдаю наконец, хотя это неправда.

Тенебрис берёт меня за руку, но это ощущается как-то странно и неуместно. Впервые за всё время, что я рядом с ним...

Глава 32

— Таша? Таша! Где ты витаешь? — Алекс кладёт мне ладонь на плечо.

— А? Прости, я задумалась, — отвечаю хмурясь.

В который раз я пытаюсь собраться с мыслями. Но меня снова и снова выключает из реальности. Вчера после возвращения домой мы с Тенебрисом поужинали в полной тишине. А потом я осталась у него. Но уснуть не смогла. Всё думала о том, что было бы, окажись Тенебрис таким же, как и большинство кирийцев. И так ли сильно он отличается от остальных?

— Эй, что с тобой происходит? — Алекс, заглядывает мне в лицо. — Всё нормально. Ты можешь со мной поделиться.

Выражение его лица кажется искренне обеспокоенным. Тяжёлый вздох вырывается из моей груди. Я откладываю планшет в сторону и откидываюсь на спинку дивана. Мне дурно оттого, что я никак не могу выкинуть из головы те образы из ресторана. И вместе с тем я испытываю вину за своё недоверие к Тенебрису. А ещё мне стыдно за свои сомнения.

— Да ничего такого, — мотаю головой я. — Просто поймала себя на мысли, что ты в чём-то прав. То есть… Я имею в виду, что всё не так уж и безоблачно. Понимаешь?

— Да, Таша, я тебя понимаю, — он поджимает губы и подсаживается ближе.

Его рука скользит от одного моего плеча к другому, и он слегка приобнимает меня. И, наверное, мне нужно отстраниться (мой внутренний голос кричит о том, что Алекс опасен), но он единственный человек рядом со мной. И он знает, с какими страхами мне приходится сталкиваться каждый день. Какие вопросы я задаю себе снова и снова.

Никто не обещал мне, что Тенебрис будет любить меня всегда. А даже если так, то связь между нами приравнивается на Кирии к извращению. И хотя я догадываюсь, что Алекс всего лишь играет интерес ко мне, я всё же невольно задумываюсь, что бы было, если бы я однажды сбежала с ним.

— Уверен, тебе есть из-за чего испытывать стресс, — он вздыхает и хлопает себя по колену. Взгляд его упирается в стену напротив. — Такие идеальные личности, как Тенебрис, обычно имеют больше всего скелетов в шкафу.

— Ну, он пытался кормить меня с пола и даже возил «на случку», — произношу я задумчиво. — Он вёл себя так, будто я его вещь. И да, ты был прав, я не сделала ничего, чтобы это заслужить.

— Конечно, милая, — произносит Алекс с воодушевлением. — Это не твоя вина. Просто кирийцы — это кирийцы. Знаешь, все они с виду такие благообразные. Но за закрытыми дверьми творят всякую дичь. И им плевать на нас, понимаешь? На наши потребности. На наши предпочтения. На ощущения.

Его взгляд на секунду стекленеет, как будто он вспомнил что-то. Его рука на моём плече неожиданно сжимается в кулак. Дрожь проходит по телу, но Алекс даже не замечает этого.

— Уверен, тебе даже не нравится то, что он с тобой делает, — произносит он каким-то странным голосом. — Просто ваши размеры ведь несовместимы. Так что это, должно быть, пытка…

Я не отвечаю. Потому что как раз с этой стороны мне не на что жаловаться. Тенебрис делает всё очень бережно и не позволяет себе потерять контроль. Но, видимо, Алекс воспринимает моё молчание как подтверждение.

— Вот поэтому тебе нужен человек, Таша, — он, наконец, отмирает. — Слушай… я сейчас подумал, что мог бы стать твоим хозяином.

— Что? — спрашиваю я удивлённо. Очарование Алекса начинает стремительно испаряться. Чувствую себя первокурсницей, которую разводят на первый в жизни тройничок.

— Да! — кивает он с улыбкой и как будто даже начинает поглаживать мою шею. — Только человек сможет понять, что тебе действительно нужно.

Я нервно сглатываю. Ощущаю себя вдруг чертовски уязвимой рядом с ним. Всё это странно до жути. С самого начала Алекс говорил о моём положении. И я уж было подумала, что он какой-то борец за права и свободы. Но только что он говорил вовсе не о свободе. Алекс намекал на то, что в сравнении с Тенебрисом он сможет стать мне лучшим хозяином. А это никакое не равноправие, это настоящая шиза.

От последней мысли холодок пробегает по телу. Я лихорадочно начинаю раздумывать, что мне делать. Алекс же кладёт ладонь мне на бедро и ведёт вверх. Я поворачиваю голову и уже собираюсь спросить, какого хрена он делает, как он вдруг накрывает мои губы своими. И я ненавижу себя за это, но во мне вдруг просыпается чувство ностальгии от поцелуя с другим человеком. С землянином. Такое себе оправдание, я знаю. Но это правда ощущается по-другому. Я даже немного завожусь от этого. Рука Алекса сжимает мою промежность через эластичную ткань комбинезона. Шумный вздох вырывается из груди. Я завожусь ещё больше и понимаю, что нужно срочно завязывать с этим, пока не стало слишком поздно.

— Алекс, постой… — произношу я, тяжело дыша. — Мы не должны.

— Да ладно тебе, ты же хочешь этого, — отвечает он, игнорируя перемену в моём настроении. — Признайся, что давно хотела этого. Я ведь видел, как ты смотрела на меня с первой нашей встречи.

Он толкает меня и почти ложится сверху. Ощупывает мой комбинезон и находит молнию. Я теряюсь на миг, хотя и не из робких. Просто не знаю, что делать. Тому ублюдку Лиирисы я не стеснялась навалять, но Алекс и вправду мне нравился по большей части. Но сейчас он ведёт себя, как полный неадекват. Он расстёгивает молнию и снова склоняется к моим губам. Я действую инстинктивно. Хватаю со стола гипсовую вазу и со всей силы бью его по голове. Глаза Алекса закатываются, и он обмякает на мне сверху.

— Видит бог, я этого не хотела, — выдыхаю я, сталкивая его на пол. Тело пробивает нервная дрожь.

В гостиной ненадолго воцаряется тишина. Я размышляю, как поведёт себя Алекс, когда очнётся. И что мне рассказать о произошедшем Тенебрису? Поверит ли он, что Алекс начал приставать ко мне внезапно? Не подумает ли, что я сама его спровоцировала? Как же мерзко! Хочется забраться под душ и отмыться от всего этого.

Но вместо этого я выхожу на улицу. Прогулка по двору помогает сбросить напряжение. Меня понемногу отпускает. Я начинаю думать о предложении Алекса. Что дало ему такую уверенность, что он может вести себя так? Он уже проворачивал подобное раньше? А ещё мне почему-то кажется, что не всё так просто с хозяйкой Алекса. Той самой, о которой он рассказывал. Вот если бы был способ выяснить больше о ней.

Глава 33

Я дожидаюсь Тенебриса на лужайке перед домом. От голода начинает сводить желудок, но эта потребность всё же оказывается второстепенной в сравнении с желанием увидеть его. Мне гадко и тошно от самой себя. Кажется, что это я ответственна за то, что случилось. И зачем я только начала жаловаться Алексу на жизнь? Зачем не оттолкнула его сразу, когда он полез целоваться? Как же стыдно...

Когда планер Тенебриса приземляется на стыковочной площадке, я спешу туда. Он замечает меня и хмурится. Покидает планер и оглядывает меня уже привычно с ног до головы.

— Всё в порядке? — спрашивает, старательно проговаривая слова, чтобы я поняла.

— Не совсем, — отвечаю практически по слогам. Голос дрожит. — Я… напала… на Алекса.

Мне немного обидно, что один из самых первых наших серьёзных диалогов, выходящих за рамки приветствий, оказывается на столь неприятную тему. И всё же я испытываю огромное облегчение оттого, что могу объясниться с ним.

— Он что-то сделал тебе? — спрашивает Тенебрис. Мне остаётся только поразиться такой проницательности.

— Нет… Но… сказал кое-что плохое… — я неловко отвожу взгляд.

Речь даётся мне с трудом. Я даже не уверена, понимает ли меня Тенебрис. Трудно чувствовать себя нормальной, когда говоришь будто дошколёнок. И всё же серьёзность и вдумчивость Тенебриса помогают мне почувствовать себя лучше.

— Хочешь, я заставлю его уйти? — вдруг спрашивает он, беря меня за руку.