Отморозок 5 (СИ) - Поповский Андрей Владимирович - Страница 62

— Нельзя маленькой девочке ходить так поздно одной! Тут хулиганы могут напасть. — гоготнул Мага Резванов, прихватывая сгибом локтя здоровой руки Рому на удушающий сзади. — Пойдем со мной, моя хорошая, я тебя нэ обижу, чистый правда говорю, да.

Похолодев от ужаса, Ромка рванулся изо-всех сил, отчаянно пытаясь вырваться. Но стальная рука Маги перекрыла ему доступ воздуха и пережала сонные артерии. Спереди, хромая приближался Леча. Ромка вспомнил, то что ему показывал Юра и прижав подбородок к груди попытался повернуть голову сторону плеча Маги, пытаясь ослабить давление. Одновременно он сильно ударил каблуком сапога по голени душащему его противнику и попытался перебросить того через плечо. Мага, засипев от боли в отбитой голени, понизив центр тяжести легко сконтрил попытку броска, и не ослабляя давление, удивленно бросил подошедшему брату.

— А девочка еще сопротивляется.

— Пусть подергается, — страшно осклабился тот, — люблю когда сопротивляются, значит темпераментная баба попалась, будет потом подмахивать с двойным усердием.

Ромка вцепился обеими руками в руку Маги пытаясь оторвать ее от шеи, но подошедший Леча, воткнул свой жесткий кулак ему в солнечное сплетение выбивая из легких остатки воздуха и Ромка, «засыпая» от удушения, погрузился в пугающую темноту.

— Давай помоги. Потащим его в гараж. — Деловито сказал Мага брату, придерживая обмякшего Бергмана. — Даром, что тощий, но тяжелый, зараза.

Бам! Бам! Бам! Все вокруг наполняется неприятным громким звоном. Ощущение такое, что я попал внутрь огромного колокола и его язык бьет прямо по воспаленным мозгам. Чувствую в пересохшем рту вкус крови. Лежу на спине в каком-то темном месте, наполненном металлическим гулом. Все тело сплошная боль, но, сделав на собой внутреннее усилие, с трудом сажусь. Начинаю ощупывать себя. Вроде ничего не сломано, руки и ноги целы, сильно побаливают ребра справа, но ничего, терпимо. Кожу на кистях и предплечьях стянуло коркой, она содрана. На лице тоже стягивает кожу у глаза. Видно рукам досталось, когда я, свернувшись в позе эмбриона у стены, закрывал ими голову от ударов ногами. Сколько же человек меня били? Никак не меньше четверых, а может и пять. Да какая разница? Досталось мне по любому весьма прилично.

Тем временем металлический гул вокруг утих и наступила блаженная тишина, нарушаемая только удаляющимся чирканьем подковок сапог об асфальт. Пытаюсь понять куда попал и ощупываю пол, а потом натыкаюсь на стену. Кругом только метал. С трудом встаю и начинаю ощупывать металлические стены. Я в морском контейнере! Так вот зачем он нужен! Это что-то типа местного карцера для особо буйных. Оригинально! Зимой тут жуткий дубарь, летом страшная жара. Сейчас сентябрь, поэтому ночи уже холодные, а дни все еще жаркие. Судя по тому, что в контейнере сейчас прохладно, и даже несколько холодновато, сейчас на дворе ночь. Ну и воняет здесь.

Хочется снова лечь и забыться во сне, но это не будет хорошим решением. Снимаю с себя китель и остаюсь в штанах и майке. Аккуратно складываю одежду в несколько слоев и кладу ее на пол, а потом сажусь на получившуюся подстилку в позицию дзадзен. Начинаю считать вдохи и выдохи, успокаивая дыхание. Мне предстоит долгая ночь. Нужно максимально привести свое тело в порядок, обратив особое внимание на самые болезненные места.

Работаю с ци, обволакивая ей болезненное место на ребрах справа. Чувствую теплую пульсацию в нужном месте и боль начинает растворяться в золотистом потоке. Как вдруг снова раздается громкий звук равномерных ударов чем-то тяжелым о металлическую стенку контейнера. Внутреннее пространство контейнера наполняется тяжелым гулом. От неожиданности вздрагиваю и сердце ухает глубоко вниз. Поток ци срывается и меня буквально выбрасывает из состояния безмыслия. Сволочи! Они что, так всю ночь будут колотить по стенке контейнера? Наверняка да. И причем, скорее всего, с определенными промежутками, они будут это делать не только ночью, а все то время, что я буду находиться в этом своеобразном карцере.

Пытка лишением сна— одна из самых изощренных пыток, придуманных чтобы сломить волю человека, не прибегая к физическому воздействию. Если человека лишать возможности спать в течении длительного времени, то у него начинаются галлюцинации, сознание становится замутненным. Длительное лишение сна провоцирует симптомы, схожие с шизофренией (паранойя, и полная дезориентация), пытаемый может бредить, теряет способность адекватно оценивать происходящее, возрастает риск суицидальных мыслей. Исследования на животных показали, что длительное лишение сна приводит к отмиранию клеток мозга, нарушается выработка кортизола (стресс), инсулина (риск диабета), гормонов роста, повышается давление, риск инфаркта и инсульта. Увеличивается риск нейродегенеративных заболеваний (болезнь Альцгеймера, Паркинсона). Даже после восстановления сна, у человека могут остаться хронические проблемы с психикой, памятью и физическим здоровьем.

Мд-а-а. Крепко комбат решил за меня взяться. Я долго тянул с ответом, и он решил подтолкнуть меня к решению таким незамысловатым способом. Мне организовали провокацию с дракой. Дело даже до настоящей бойни не дошло, как нарисовался Алкснис и, почему-то, виноватым сразу был назначен я, хотя был один, а противников у меня было трое. Ну да, я же парень рисковый и люблю драки один на толпу. До кучи, чтобы дать возможность насладиться радостью схватки сполна, меня подсадили в камеру к четырем весьма бодрым и борзым «азиатам». Такое впечатление, что они там ждали именно меня. Уж очень слаженно они начали действовать без малейшего повода с моей стороны. Но тут парни обломились и сами огребли по полной. Надеюсь, что я там кому-нибудь что-нибудь сломал, на долгую память, так сказать.

А вот следующий раунд схватки остался явно не за мной. Там, конечно, можно было бы побарахтаться еще, но не валить же было караульных и начальника губы. Тогда бы мне точно конец пришел. Тут уже было бы не отмазаться, у меня же папа не генерал. Хотя, был бы у меня такой папа, в здешней реальности, я бы здесь не оказался. Вот так и получаются массовые расстрелы в армии, когда доведенному до отчаяния человеку попадает в руки заряженный автомат. Но я, слава богу, пока еще не дошел до состояния отчаяния, чтобы валить всех подряд. Так что, еще побарахтаемся.

Качественно меня, однако, обработали. Хорошо, что я грамотно перекрывался, как мог смягчал удары, да и тело у меня подготовленное, что тоже во многом помогло пережить избиение ногами в сапогах без сильных последствий. Все повреждения, что получил, залечу за три-четыре дня. Благо опыт уже есть. Со сном конечно засада, но ничего, переживем. Интересно, здесь хоть как-то будут кормить? А так же интересно насчет процесса обратного еде. Судя по запаху, здесь должно быть какое-то отхожее место. Замечаю несколько дырок толщиной в палец просверленных в потолке контейнера. Это для вентиляции, чтобы арестанты не откинули коньки от удушья. Утром в эти отверстия будет пробиваться свет и тогда я смогу осмотреть свое место заключения поподробней.

Вдруг мозг раскаленной игрой пронзила мысль. Что будет с моими людьми? До сих пор я рассматривал свое заключение под арест как попытку расправиться лично с собой. А если замысел гораздо шире? Сам по себе, я все равно не представляю особой опасности для Жоржа. Каким бы я ни был бойцом, выстоять в одиночку против системы я не смогу. Мне дали силу люди вставшие у меня за спиной. Именно благодаря им, со мной здесь считаются и даже разговаривают, пытаясь перетянуть на свою сторону. Теперь, когда меня изолировали, для Жоржа самое удобное время накатить на мою команду и попытаться ее сломать и разрушить. Я верю и в Рамазана, и в Эдика, и в Карася, верю в Ромку — за эти несколько месяцев из забитого и запуганного армией ботана, он превратился в уверенного в себе юношу, которого не так легко поломать. Я верю в своих друзей, но в тоже время, сильно беспокоюсь, как они там? Справятся ли с испытанием, которое ляжет на их плечи. Ведь основной удар, по идее, сейчас придется именно по ним. Их меньше чем людей Жоржа, они моложе и менее опытны, но они уже стали командой, и у них есть все, чтобы выстоять.