Герцогиня по воле случая. Спастись от барона (СИ) - Бабушкина Инна - Страница 7

- Конечно, я в другом теле!

- Я не про это. Твои волосы, - поднял прядку, приближая к свету, - они темнеют. И фигура. Ты не могла за одну ночь стать на размер меньше.

- Думаешь? – имея в виду волосы, засомневалась и приблизилась к зеркалу. И правда, вчера я была со светло русыми, почти блондинистыми, а теперь они превратились в кофейные, а корни и вовсе слегка окрасились в черный.

Сам парень оказался блондином. Под слоем грязи вчера едва ли получилось бы различить светлые густые пряди и аристократичную внешность. Теперь же прямая спину, в которую словно вставили жгут, прямой нос, надменный прищур и высокопарные скулы превратили друга в некое подобие Апполона.

- Может это из-за освещения? – с сомнением протянула.

- Не думаю, - сконфуженно мотнул головой, а потом хлопнул в ладоши. – Предлагаю вначале раздобыть завтрак, а потом решать насущные проблемы. К пустому желудку хорошие идеи в гости не пожалуют.

С фактами сложно спорить - отправились через первый этаж в пристроенную кухню.

К счастью, под защитным куполом обнаружился приличный запас еды куда больше, чем необходимо для завтрака. Особенно вторые и мясные блюда давали понять, что голодать никому не придется. Что ж, отлично.

Набрали себе несколько тарелок на поднос и отправились к выходу для прислуги. Там как раз виднелась небольшая привычная лавочка без излишков. То, что надо.

Тут и задний двор осмотреть можно: вдалеке виднелись поля и загоны для скота, там же и огородные грядки. Чуть поодаль от нашего лежбища на солнышке растянули бельевые веревки по соседству с не то, чтобы фонтаном, но видимо колодцем и прачечной одновременно. В небольшом отдалении виднелись амбары, где наверняка хранили либо оружие, либо всякие ножницы для стрижки газоны. А по соседству стояла конюшня. Знакомый запах и тихий гогот, что долетали сквозь смиренный бесшумный двор, ни с чем не спутаешь.

А вот непонятное стеклянное сооружение поодаль идентифицировать не смогла, сколько не приглядывалась.

- Вы чего тут расселись? – послышался предупреждающий шепот за спиной со стороны кухни.

Удивленно развернулась, замечая юнца с едва пробившейся бородкой и мечом на поясе. Стояло ему заметить мое лицо, как мгновенно порозовел, разворачиваясь и ойкая.

- Не велите наказывать, Ваше сиятельство, не ведовал, что говорю, - попытался развернуть и, судя по сгибу в спине и накренившихся коленях, рухнуть в поклоне, но отчего то не закончил движение.

- Что случилось? – тихо поинтересовалась, допивая холодный настой непонятной вкусной бурды.

- Ничего, госпожа. Проходил мимо, да не признал Вас, за что каюсь.

- Довольно извинений. Если уж хотел к работе призвать неисполнительных, то похвалы заслуживаешь, а не выговора, - проговорила, прислоняясь к холодной каменной стене. – Как имя твое?

- Гвен, Ваше сиятельство.

- Давно у меня служишь, Гвен?

- Всего пару месяцев, госпожа.

- Почему спиной разговариваешь?

- Так, не положено, Ваше сиятельство, благородную госпожу в подобном откровении разглядывать, - испуганно полушепотом пролепетал, словно скорее в обморок рухнет, если повернуться заставят. Непонятно, гнева моего на подобное заявление испугался, или и правда так смущен нетипичной одежкой.

- Хорошо, пусть так. Расскажи тогда лучше, как тебе на меня работается? Чего не достает? На что жалобы есть? Чего не хватает?

- Что Вы, госпожа, о большем и мечтать не смеем, - аж уши побелели.

- Гвен, я не терпима ко лжи с недавних пор, поэтому прошу тебя о честности. Наказания не будет. А если точно изложишь положение – без закладывания и называния имен – так я тебе и монетку выдам. Договорились?

- Но, Ваше сиятельство, - неуверенно стушевался, пытаясь нащупать подвох.

- На меня не из-за доброты душевной так мало народу работает, так пора бы исправить неугодное руководство. Тебе самому то не одиноко по такой огромной территории без поддержки бродить?

- Есть такое, но служба отвлекает, - немного смягчился, а потом задумчиво провел по подбородку. – Вчера народ так, извините за прямоту, испугался, когда Вы домой разрешили отправиться. Подумали, что увольняете или еще хуже, наказания раздадите всем уехавшим, а Вы и приказ написали, и в дорогу коней своих выдали. Спасибо от всей души, госпожа. Многие так давно семьи не видели, что и вовсе от счастья в ту же секунду и расплакались.

- Разве до деревни так далеко, что они их не навещают?

- Что Вы, пешочком так мы привыкшие ходить, сколько по замку бегаем. Только вот работы то ой, не горюйте небеса, хватает, что ни на какие отлучки и рассчитывать не приходится.

- Отчего же не пойдете на работу в деревне или выходной не возьмут?

- Скажите тоже, госпожа, - расслабился, смешно махнув ладошкой, - в деревнях то и работы не сыщешь – каждый сам себя еле прокармливает, так куда ж чужой рот кормить, а тут штрафы то какие за отлынивание, это же…, - прикусил язык, вспоминая, с кем разговаривает и внезапно выпрямившись. – Вы извините рот мой говорливый, сколько уже времени то молчу, ни с кем словцом не переброситься, вот и забылся.

- Все хорошо, Гвен, я рада твоей искренности. Значит, штрафы. Поэтому на работу ко мне не идут?

- Так, боятся, госпожа, чего дурного сделать, а потом всю жизнь расплачиваться, - проговорил, замолкая. Видимо, не настолько доверился, что готов все слушки выдать о прошлых злодеяниях. Ну хотя бы не жизнью, а значит есть куда расти.

- Как думаешь, после пира недавнего что-нибудь могло измениться в отношении ко мне?

- Разумеется, Ваше сиятельство, все Вам так благодарны, правда лично побоялись выразить, чтобы лик Ваш харями простыми не осквернять.

- Ну, глупости, - помотала головой, посматривая на любопытного молчаливого графа, что в дела не вмешивался. – А кто у меня квартирмейстер?

- Ваш «кто»? – испуганно дернулся. Я выпучила глаза, неуверенная, что слово секретарь употребляли в это время.

- Жалованный, - подсказал граф, поднимаясь со скамейки и начиная утреннюю зарядку. Хорошо он это придумал, уже и моя пятая точка слегка затекла без привычной йоги и растяжки по утрам, хоть и тело другое. Скорее всего, дело в привычке, что в голову за несколько лет вросла. Как-никак, а если спортом нужно заниматься, то хотя бы таким – ленивеньким и приятным.

- Так, говорят, Вы его выгнали, как узнали, что он Вас в бюджете ограничить хочет, так и королю жалобы пишет.

- И давно это было?

- Сразу после похорон, возвысьте небеса да спокойного перерождения хозяевам даруйте, - снова странно перекрестился.

- И что же, его величество никого не прислал на замену?

- После нескольких попыток перестал, - видимо, встретился с истерикой и решил переждать бурю. Что ж за король здесь? Слабохарактерный? Да вроде выбрать должны были достойнейшего по словам Миши. Тогда, получается, просто я - его маленькая слабость? Остается надеется, что так. - Да и зачем, когда барона на стражу приставили..., - в последнее уже не особо вслушивалась, погруженная в новую проблему.

- Нехорошо, - пробормотала.

Перспектива самостоятельно разбираться с финансами не радовала. Считать то умею и с высшей математикой проблем не возникало, но уровень финансовой грамотности всегда ограничивался лозунгом «если деньги на карте имеются – значит надо их тратить. Круговорот зелени в природе». Правда, после нескольких нерациональных покупок приходилось немного ужиматься оставшийся месяц до зарплаты. А тут мне целую казну доверить хотят!

- А есть кто в округе грамоте наученный и в деньгах толк имеющий?

- Ну, - замялся, не решаясь сознаваться. А мне очень нужно!

- Выкладывай.

- Сестра моя младшая книжек много читает и даже школу закончила, - смущенно потрепал волосы, скукоживаясь от признания.

- И сколько ей лет?

- Семнадцать давеча минуло, - еще больше сжался, пугаясь гнева. Хорошо, что не видел мое недоумение.

- Неужели больше никого не найдется?

- Вы не подумайте, Ваше сиятельство, я же не из-за родства. Только ее и знаю. Она и батьке помогает с податью и в булошной на кассе. Хозяйство ведет, закупки делает, а так торгуется как – Вы бы видели. Бесплатно забирает! - пополнился гордостью голос, что аж спина вся распрямилась.