Штурмовик из будущего 4 (СИ) - Политов Дмитрий Валерьевич - Страница 34

— Развиднелось чуток, — доложил Рутолов.

— Принял.

В самом деле, противный туман немного поредел, дымка рассеялась. Худо-бедно, но теперь Григорий мог наблюдать за морской гладью и без своих способностей.

— Подходим к цели. Кощей, начинай набирать высоту, иначе не найдем фрицев.

— Разберемся, — отозвался недовольно Дивин. — Свою работу выполняй. Мне отсюда удобнее. Савка, усиль наблюдение, не ровен час, «охотники» объявятся.

Ну где же вы, паскуды? Экспат вел машину по ломаному курсу, зигзагами, стараясь расширить зону поиска. По расчетам штурмана, они точно вышли в район, где советские подводные лодки присматривали за вражеским конвоем. Осталась сущая безделица — найти фашистские корабли.

Пять минут…двадцать…сорок…

Монотонное маневрирование начало утомлять. Накатилась тупая обволакивающая сознание сонливость. Чертыхнувшись, Григорий медленно наклонился к штурвалу и, плавно откинувшись назад, нарочно стукнулся затылком о бронезаголовник кресла. Разумеется, несильно. Боль слегка отрезвила, заставила собраться.

И вдруг, впереди появились темные продолговатые силуэты. Один, второй, третий…Семь! Два миноносца, или «сторожевика», хрен их поймешь, пара тральщиков и три транспорта. Ошибки быть не может, слишком уж характерные контуры бортов и обводы массивных палубных надстроек. Идут в кильватерном строю.

— Они, Кощей! — ликующе прокричал Рутолов. — Нашли гадов!

— Атакую самого «жирного», — отрывисто сказал Дивин. — Штурман, наводи.

— Есть! Прими вправо, на пару градусов. О, стоп! Так держать.

Экспат решил бросать торпеду сходу. Некогда было выстраивать хитрые маршруты, немцы, того и гляди, вот-вот опомнятся и встретят вражеский самолет лавиной зенитного огня. А так, пока они ошеломлены внезапным появлением из тумана противника, есть шанс прорваться к лакомой добыче.

— Тысяч на пять-шесть посудина, — задумчиво прикинул Рутолов. Григорий ничего ему не ответил. Не до того было, самолет начало болтать и все внимание пилота сосредоточилось на том, чтобы удержать многотонную махину на боевом курсе. — Почему они не стреляют? А, Кощей, почему не стреляют?

Вот неугомонный!

— Да помолчи ты! Не болтай под руку!

Корабли стремительно приближались, росли в размерах, грозя заполнить все пространство перед низко летящим торпедоносцем. Дивин приблизил картинку и досадливо дернул щекой. Заметили! Побежали, как тараканы, по палубам фигурки в черных бушлатах, занимая свои боевые посты, зашевелились, быстро поворачиваясь в сторону опасности, орудийные стволы зениток.

— Сейчас врежут! — сдавленно предупредил экспат. Он вцепился мертвой хваткой в штурвал и, сам того не замечая, принялся бормотать себе под нос какие-то слова. Спроси его в тот момент, что именно говорил, посмотрел бы, как на сумасшедшего, да и покрыл матом. Поди, сообрази, о чем речь, когда немецкие корабли словно взорвались вспышками пламени от выстрелов, а над волнами потянулись разноцветные трассы. Огненные шары встали перед «бостоном» плотной завесой. Казалось, они не оставили ни одного шанса для торпедоносца, чтобы прорваться и выйти на дистанцию сброса.

Но только не в этот раз! На беду гитлеровцев, в пилотской кабине сейчас находился летчик, который нечеловеческим чутьем предугадывал, куда именно вонзятся смертоносные струи свинца. Легкими касаниями он аккуратно, с ювелирной точностью, отрабатывал штурвалом и самолет, повинуясь его желаниям, то мягко кренился в сторону, то поднимался вверх, или, наоборот, проваливался навстречу бегущим волнам с белыми «барашками» по верху.

— Бросай!

— Заткнись! — прошипел экспат. Рот наполнился солоноватой жидкостью. Губу прокусил, не иначе. Черт, придет же такая ерунда в голову!

А фрицы все ближе и ближе стягивают огненную паутину, стараясь зацепить, уничтожить нахального русского. И трассирующие снаряды прошивают воздух злобными шмелями, грозящими больно ужалить. Насмерть ужалить. Эх, вот сейчас как нельзя кстати пришлись бы «крупняки» в носу — проредили зенитчиков, облегчили выполнение задачи.

— Бросай, Кощей!!

Нет, рано, еще секундочку…Пора!

— Сброс! — Григорий услышал в наушниках срывающийся голос стрелка-радиста, но и без того прекрасно почувствовал, как вздрогнула машина, освобождаясь от шестиметровой «сигары», начиненной взрывчаткой. — Пошла торпеда!

Быстрый толчок штурвала от себя и одновременно разворот в сторону ближайшего огненного шара. Как там говорят: в одну воронку снаряд дважды не попадает? Во, пронесло! Так, а теперь ходу, ходу! Подальше от врагов, мечтающих его убить.

«Бостон» выскочил из зоны зенитного огня и принялся набирать высоту. Дальше, еще дальше. Так, чтобы какой-нибудь шальной снаряд или осколок не нашел цель.

— Савелий, доклад!

— Не вижу. Погоди, командир.

— Штурман⁈

— Ну-ууу…

Сердце противно екнуло в груди. Неужели промазал? И, все пережитое только что, было напрасно⁈

— Есть! Есть попадание! Ко…

Грохот чудовищного взрыва перебил даже шум работающих двигателей. Самолет швырнуло вперед и в сторону так, словно он оказался крохотной игрушкой в могучих руках невидимого великана.

Несколько секунд экспат энергично орудовал штурвалом и педалями, пытаясь удержать «бостон», не дать тому сорваться в губительный неконтролируемый штопор. Не сразу, но, в конце концов, Дивину это удалось.

— Что это было? — выдохнул он.

— Транспорт взорвался, Кощей! — Рутолов засмеялся. — Похоже, он доверху был набит боеприпасами или взрывчаткой. Шарахнуло так, что и следа от него не осталось. Да, и ты знаешь, еще одного фрица здорово цепануло. По крайней мере, насколько я успел разглядеть, он как-то подозрительно на бок осел. Не знаю, правда, утонул или нет.

— Предлагаешь вернуться и проверить? — поддел штурмана Григорий. — Надеюсь, ты хоть фотоаппарат догадался включить?

— Обижаешь! Думаю, снимки выйдут что надо. Не меньше, чем на передовицу «Красной звезды» или «Сталинского сокола».

— Ну-ну. Не забудь гонораром поделиться.

Самолет в этот момент вдруг пробил тягучее ватное «одеяло» облаков и выскочил под лучи яркого, слепящего солнца. Здесь до самого горизонта простиралась синь чистого неба. А черная тень от стремительно летящего торпедоносца скользила по пушистому ковру снизу.

— «Мессеры»! — заполошно заорал Горбунов. — Сзади заходят!

Вот черт, «охотники»! Экспат оглянулся. Так и есть, два «худых» быстро догоняли одинокий бомбардировщик с красными звездами на фюзеляже, намереваясь взять его в клещи. Наверняка с атакованного конвоя запросили помощь. Ну нет, ребятки, не сегодня! Опоздали вы.

Дивин зло усмехнулся и уверенно толкнул штурвал от себя. Для верности дал еще левую ногу, уходя в сторону по хитрой траектории, на случай, если начнут стрелять вслед. «Бостон» рыбкой нырнул обратно в темно-серую пелену. Мир мгновенно словно выцвел и вокруг прозрачного колпака кабины сгустился сумрак. Плевать, дотопаем по приборам, не в первой.

Хорошо, что попались не «сто десятые» — у тех имелось на борту радиолокационное оборудование для ночного поиска противника и облака для них не являлись серьезной помехой. Как пить дать, выследили бы и разнесли в клочья, мстя за погибших моряков кригсмарине. Благо, вооружение у них что надо. Один залп и все, готовьте «похоронки». Хотя, какие тут извещения, запишут в без вести пропавшие и точка.

Кстати, задумался Григорий, как это «худые» так быстро оказались здесь? Если прикинуть, пока получили сигнал о помощи, потом взлет, затем добраться до нужного места. Хм, не сходится. Разве что, они с самого начала крутились неподалеку, на высоте, сопровождая конвой. Но почему не опустились к своим кораблям? Может быть, боялись попасть под огонь зениток? А что, кто там станет разбираться — свой ты или чужой? — врежут за милую душу. Ладно, пусть у командования голова болит по этому поводу. Его же, экспата, дело доложить обо всем. Главное, врезали они проклятому конвою, не придется Шепорцову краснеть перед начальством. Эх, еще бы фотографии у штурмана получились, и все вообще будет замечательно.