"Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Изверин Алексей - Страница 212

Вдоль побережья остров, размером с Гаити, и цепь еще десятка островов поменьше.

Такая же цепь островов шла вдоль побережья, как бы нацеливаясь на Соединенное Королевство. Еще такая же цепь островов севернее, как бы за краем континента. И подкрашены белым.

– С этих островов пошли благородные предки Шеен, ваше высочество, – сказал граф Слав.

С небольшим трудом я вспомнил, что династия Шеен – это как раз и есть правящая династия этого королевства. Седдик Шеен – это я. Мор Шеен – это королева.

Ну, теперь уже точно можно быть уверенным, что это не просто так сон. Это всем снам сон! Это же целый мир, чтоб его так! Целая планета, с полярными шапками и даже с громадными океанами…

С этими мыслями я провел остаток дня тут, с этими же мыслями и проснулся у себя.

Так, а вот теперь главное не опоздать. Потому что через час меня уже ждет Игорь-Молчан…

Ребята занимались в спортзале школы не очень далеко от моего дома.

Обычная советская школа, где ремонта не было с начала перестройки[9], полы не мыли с распада СССР. А спортзал как закрыли, так и не открывали, чтобы детишек штукатурка, падающая с потолка, не поубивала.

– Директор от нас по ящику получает на пропой. – Покачал головой барон Гюго фон Волленштайн, он же Алексей.

– А дети?

– А что дети? Спортзал аварийным признан, тут им заниматься нельзя, да и не особо они сюда ходят…

– Ничего себе! А нам-то ничего на голову не рухнет?

– Если только не будешь громко кричать «Кия», – сказал Молчан.

Вещи мы принесли с собой, быстро переоделись, начали.

Вот тут-то мне и пригодились сержантские уроки. Нет, мастером меча я не стал, хотя сумел сильно удивить что Молчана, что Гюго. Сначала старался сдерживать удары, но Гюго гневно рыкнул, и пришлось бить во всю силу. Быстро вошел во вкус, постарался загнать Алексея в угол, но не получилось.

Потом место Гюго занял Молчан. Потом Молчан рубился с Гюго, я снимал на видеокамеру. Потом опять я, потом Гюго со мной…

К исходу третьей серии я замешкался и получил от Гюго в голову.

Кровь быстро перевязал Молчан, Гюго смущенно разглядывал свой меч.

– Ну-у… – протянул он.

– Бывает, это же тренировка! – улыбнулся я. На душе почему-то было легко и спокойно.

– Бывает так бывает, – подвел итог Молчан. – Слушай, ты давай… Чаще приходи. Раз в месяц точно мало будет. Да и меч тебе хороший подберем… А то, чем ты машешь… Ну, дурь оно. Хочешь, с ниндзей познакомлю?

– С кем? – не понял я.

– С ниндзей настоящим. Ну, через неделю во вторник приходи, увидишь.

Так, помимо регулярных тренировок в спортзале на фирме, я начал заниматься еще и с Молчаном и его друзьями.

Глава 15

– Знак «Алеф» означает конец отрицания, – протянул барон Лото. – Повторите, ваше высочество!

– Знак «Алеф» означает конец отрицания, – повторил я.

– Так. А знак «Глеф»?

– Знак «Глеф» означает согласие.

Нет, каллиграфии я явно не просил. Однако заставили…

Кто знал, что в обычном, самом обыкновенном письме будет столько условностей?

Книгопечатание тут было известно не столь давно. Со времен короля Лото Второго, заслужившего титул покровителя искусств, короля-поэта. Стихи его даже были, которые ни в склад, ни в ряд… Я никак не мог догадаться, в чем дело. Сначала даже подумал, что типа отказывать королю в печатании сборника его стихов чревато для нахождения головы на плечах, но потом вдруг что-то в голове щелкнуло… И я стал понимать рифмы.

Красивые стихи.

Я украдкой выглянул из окна. Гранитные набережные или нет? Отсюда не видно, а подзорной трубы у меня нет еще.

– Ваше высочество, вы отвлекаетесь! – посетовал осторожно барон Лото.

– Мои извинения! – ответил я. – Важно ли знать все знаки? И сколько их всего?

– Три раза по десять, ваше высочество. Знаки важны для понимания письма… Ибо они издревле означают отношение пишущего. Не может же человек, который читает ваше письмо, знать, в каком настроении писали вы его? И для того придумали знаки… Три раза по десять знаков достаточно, чтобы описать любое состояние души, ваше высочество. Но обычно используют не более трех. Также вы можете использовать знаки у вас на облачении, когда выходите на бал или на королевский прием…

Еще раз глянув на замысловатые иероглифы, я вспомнил, что что-то такое носили на себе придворные. В виде кованых золотых безделушек… Я-то думал, что это просто украшения. А эвон как оно оказалось!

Печатали книги в Королевском университете. Сначала вырезали оттиск на большой деревянной пластине, потом мазали ее чернилами из настоящего кальмара, а потом уже шлеп на лист бумаги, и готово! Книги красиво переплетали, особенно ценилась шкура степного буйвола, прочная, ножом процарапать не всегда получалось.

Оттисков не хватало надолго, и потому книг как таковых было очень мало, в основном свитки разнообразные, которые использовали для писем, королевских и иных указов, для всяких прочих вещей, которые требовалось непременно записывать. Те же указы королевские испокон веков писались на свитках, и не нам нарушать традиции…

Конечно же, писать на свитках предполагалось каллиграфическим почерком. Старательно выводя все завитушки и следя, чтобы толщина линий никоим образом не вышла за границы означенного диапазона.

Ну а уж набор для письма! Палочки, перья птичьи, ножички для их зачистки, чернила из кальмара… Спросил, зачем столько перьев, вроде бы одинаковых, и мне была прочтена небольшая такая лекция о сравнительных достоинствах перьев морских чаек и степных фазанов. Местные специалисты от каллиграфии так и не решили, что именно лучше, и потому предпочитали иметь в коллекции обе разновидности. Ну и чернила конечно же… Соединенное Королевство было известным поставщиком чернил на рынки всего мира. Кальмаров-то ловили не так далеко от его берегов…

И вот сейчас я сидел и выводил маховым пером настоящего морского фазана, или там степной чайки, кто их разберет, иродов, очередную каллиграфическую вязь.

«Ибо есть велик король Лото Второй, дабы вывел он слово как дело…» И все это дрожащими после тренировки с сержантом руками, чернилами, которые так легко пачкались… К концу занятия у меня под ногами скапливалось десятка три свитков, которые потом уверенно сжигали в одной из жаровен. Дым от них шел ароматный.

Читать научиться было значительно проще. На третьем занятии я уже уверенно разбирал буквы, по утрам в реальном мире раскалывалась голова, недовольная таким впихиванием в себя информации.

Королева меня пока что не трогала. Проводила свои приемы и даже один раз дала бал, в котором пришлось поучаствовать. Придворные под светлым ликом королевы кружились в парах, сходились и расходились. Я глядел со скучающим лицом, сыновья графини Нака швыряли в танцующих косточки от вишен. Танцующие багровели, но возмущаться не смели.

На балу-то и произошел случай один, который напомнил мне, что мир не заканчивается стенами города и морским пляжем, где проходят мои уроки обучения фехтованию.

– Ваше величество! Вести с границы!

– Веди. – Королева промокнула уголки глаз платком с вышитым грифоном, цапнула с тарелки пирожок.

В залу вошел гонец, придворные прекратили танцы и расступились по стенам, давая ему дорогу, оркестр смолк. Пропыленный невысокий парень выглядел как большой грязный снеговик, только лицо чистое и руки, успел где-то умыться. И чистый тубус со свитком.