Антибол. Сбитый летчик (СИ) - Зимин Дмитрий - Страница 47

— А я настаиваю на своём неотъемлемом праве на личную жизнь, — возразил я.

Хомяк задумчиво покрутил носиком.

— Нет такого права, — наконец сказал он. — Жизнь знаменитостей — такое же достояние общественности, как… свет Ока Люцифера, взносы в Гильдию и право пользование общественными уборными.

— Не видел в Сан-Инферно ни одной общественной уборной.

— Потому что их нет, — хомяк с достоинством выпрямился. — Но право пользования — имеется, и у нас его никто не отнимет.

Я прикрыл глаза и немного подышал.

— Хрен с ними, с уборными. Ты опять ничего не написал про футбол. Про саму игру.

— Но я же выписал вас, тренер в самом привлекательном свете! — возмущению хомяка не было предела. — Я назвал вас прекрасным, замечательным человеком!

— И что мне, поцеловать тебя за это?

— К сожалению, я женат, — хомяк от меня отодвинулся. — Моя супруга — святая женщина, инкуб в пятом поколении, всю кровь у меня уже выпила… Если, не дай Люцифер, она узнает, что у меня роман на стороне…

Закатив глаза, я поднялся и потопал вниз по ступенькам. Газету я выбросил в мусорный бак.

За спиной раздалось возмущенное верещание хомяка и грохот заслонки бака. По-моему, он полез её доставать…

Вдоль кромки поля двигалась знакомая грузная фигура в сером мятом плаще.

Я улыбнулся.

Несмотря на возросшую популярность, как команды так и мою, друзей у меня не прибавилось. И видеть Луку Брази я был рад по-настоящему.

— Привет, привет, это всего лишь я…

Рука у него была широкая, коричневая, покрытая множеством морщин и складок.

Манжет рубашки украшен затейливой запонкой, и ослепительно бел.

— Новая шляпа?

Глупо получилось. Но Лука Брази как раз обратил внимание на поле — и на то, что игроков там несколько больше, чем обычно. И я чуток занервничал.

— Тебя и впрямь волнует этот вопрос? — ласково улыбнулся толстяк. Лицо, и так похожее на морду шар-пея, пошло глубокими складками.

— Иди в жопу.

— Так-то лучше. Слушай, тренер… — он заговорщицки наклонил голову. — Я от Папы.

Где-то за грудиной сделалось пусто.

— И?..

— И он… Хочет выразить тебе свою благодарность.

Я растерялся.

— Да вроде пока не за что.

— Это уж ему решать, — Лука Брази вновь улыбнулся. Я пожал плечами.

— Ладно. Спасибо. Что-нибудь ещё?

Краем глаза я всё время следил за ребятами.

После победы над «Ворами» они изменились. Если обрисовать это изменение кратко — «Задницы» стали гораздо увереннее в себе. Я имею в виду команду в целом.

Осталось превратить эту уверенность в веру — и тогда нас никто не сможет обойти.

Но одна победа это сделать не способна…

— Вечером дон Коломбо ждёт тебя у себя.

До меня не сразу дошло…

— Чего?

— Дон Коломбо, — терпеливо повторил Лука Брази. — Устраивает в твою честь торжественный ужин. Сегодня вечером. В «Чистилище».

И протянул мне два пригласительных билета.

Ёрш твою медь.

— Но у нас тренировка! — я растерянно повертел в руках картонки. Золотых завитушек на них было, как на свадебном торте.

Толстяк задумчиво сложил губы куриной гузкой и задрал редкие брови.

— Ты действительно хочешь, чтобы я ему так и сказал? У тренера, мол, тренировка, посему ужинайте без него…

— Во даёт! — у колена возник мелкий демон с пухлыми щечками. — Самый главный дракон измерения зовёт его в гости, а он ещё и репу морщит! Ты крут, тренер! Читатели будут в восторге.

Я вовремя успел ухватить его за круглое и мягкое ухо…

— Подслушиваешь, паршивец.

— Ай-яй-яй!!! — заверещал демон на высокой ноте. Хвост его, длинный и гибкий, как хлыст, обернулся вокруг моего запястья и начал давить… Пальцы сразу онемели, хомяк шмякнулся на траву и хотел сбежать, но хвост не отпустил.

Я поднял руку повыше.

Так он и качался в воздухе, кверху пухлой попкой, дрыгая куриными лапками и жалко помаргивая.

— Это что за явление? — Лука Брази выглядел искренне удивлённым.

— Я не явление, — строго поправил хомяк. — Я журналист. Заявляю со всей ответственностью: если вы меня не отпустите, будете иметь дело с Гильдией Словесников и Прописатников в полном объёме! Они вас так пропишут…

— И прописают, я уже понял, — с каменным лицом кивнул Лука Брази.

— Тебя никто не держит, чучел, — сжалившись, сказал я.

С трудом повернув голову, хомяк посмотрел на свой хвост.

— О. Пардоньте, — демон ослабил хватку и неуклюже приземлился на трёхпалые лапки. — Безусловный рефлекс, инстинктивная реакция, — он смущенно спрятал хвост за спину. А потом искательно посмотрел на Луку Брази. — Мне бы пропуск… — сказал хомяк и захлопал сливовыми глазками.

— Куда? — толстяк был ещё не в теме, но быстро схватывал.

— На вышеозвученное мероприятие, конечно, — с достоинством ответил корреспондент. — Разве вы не хотите, чтобы его освещала компетентная, непредвзятая, и, я хочу это особенно подчеркнуть, — лояльная пресса?..

Лука Брази прищурился. А потом наклонился и подхватил хомяка двумя пальцами за воротник. Тот, не смутившись, продолжал что-то доказывать, а я ушел.

Всё равно поговорить при посторонних не получится, а главное — не удастся убедить Луку Брази в том, что мне не надо идти на приём.

Вито Коломбо — хозяин клуба «Задница Кингс». И как мой работодатель, имеет право вызывать меня на ковёр тогда и столько раз, сколько ему вздумается.

Не прийти на вечеринку в честь меня самого — это будет уже сверхнаглость.

Я отчётливо заскрипел зубами. Пробегающий мимо Тарара остановился и с тревогой заглянул мне в лицо.

— Всё в порядке, тренер? Мы что-то делаем не так?

Хороший слух однако.

— Всё путём, Тарара.

И тут я вспомнил про одно дело, которое всё время откладывал и откладывал — никак не мог набраться духу. Но видать, день сегодня такой, невезучий. Компенсация за победу.

— Тарара, подойди на минутку.

Ящер уже разогнался, и теперь ему пришлось тормозить — очень забавно проворачивая чешуйчатые лапки в воздухе… Ну совсем, как игрушечная игуана, прости меня Господи.

— Да, тренер.

— Слушай, Тарара… А ты никогда не хотел перейти в другой клуб?

Как-то мы со Светкой повели Глазастика на море, в Пицунду. Так вот она, играя на пляже, любила оставлять на песке следы своих босых ножек, и наблюдать, как быстро они заполняются солёной водой.

Вот и сейчас: глаза троглодита наполнились слезами также быстро, как ямки в песке. Вода перелилась через край и закапала с длинного крокодильего носа…

— Я вам больше не нужен, тренер?

— Что? — я малость офигел. А потом прокрутил в голове то, что сказал. — Да нет же, нет! — троглодит затрясся и пошел трупными синюшными пятнами. Что ж за день сегодня такой… — Я хочу сказать, ты — ценный и незаменимый член Задниц! — Господи, прости меня, грешного… — В смысле, мы тебя очень любим, Тарара. Ты — отличный футболист и мастерски владеешь мечом… — Остапа несло.