Антибол. Сбитый летчик (СИ) - Зимин Дмитрий - Страница 35

— Вот! — я ткнул пальцем в горгониду. — Слышали? Она права. Вам забили, не потому что вы — хреново играли. Просто сегодня Сыны играли лучше.

Господи, сам не поверил, что сказал.

Не понимаю вообще: нахрена Серёге договорные матчи? У него действительно отличная команда… Стоп.

Ведь договариваться можно НЕ ТОЛЬКО на выигрыш. Если Сыны проиграют — особенно, каким-нибудь шибздикам, вроде нас… Можно будет срубить охрененный куш.

Я потряс головой. Не об этом надо сейчас думать.

— Матч ещё не закончен, — сказал я. — Обычно всё решается во втором тайме.

— Вы думаете, мы ещё можем победить? — робко спросил Тарара.

— Я в этом убеждён.

Какими силами мне далось это убеждение — сам не знаю.

Но ребята заметно приободрились.

— Руперт, — я отвёл дракона в сторонку. — Если ребята добудут тебе штрафной… Ты ведь сможешь забить?

— Может, выпустить на поле Ролло? — вместо ответа спросил он.

— Руперт!

Я с такой силой дёрнул его за руку, что дракон пошатнулся.

— Да, тренер. Я забью.

— Супер. Эй, ребята! Помните, чему я вас учил?..

Выходя на поле, я почему-то вспомнил того журналиста, Сиди-Читая. Интересно: что он напишет, когда мы победим Сынов Анархии?..

— Эй, тренер, — незнакомый голос вытянул меня из глубин подсознания. — Три — один — не такой уж и разгромный счёт. По крайней мере, вас не раскатали всухую.

Это был тот седой горгонид, у которого я спрашивал, как пройти к Гильдии Воров.

Встретив меня в пабе Амалии, он решил, что теперь мы практически друзья.

— Иди ты в жопу, Менелай. Пожалуйста.

Горгониды — простые существа. Вряд ли он уловил мой сарказм.

— Но это всё равно не поможет Задницам выиграть, — добавил седой гигант. — Чтобы подняться хотя бы до третьего места, тебе надо победить в следующих семи играх.

Простые — не значит глупые. Считать горгониды умеют отменно.

— Спасибо, что напомнил, Менелай. Я твой должник.

— А что ты пьёшь? — спросил горгонид, с подозрением принюхиваясь к моей кружке.

— Не знаю. Но мне нравится.

Особенно то, что всё начинало приятно двоиться перед глазами…

— Амалия! — взревел горгонид. — Ты что, с ума сошла? Давать человеку вино минотавров…

Барменша подплыла к тому месту у стойки, где кантовались мы с горгонидом. И пожала плечами.

— На мой взгляд, всё путём, Мэнни. К тому же, ему это было нужно. Задницы опять продули.

Горгонид посмотрел на меня с укоризной.

— Топить горе в минотаврском вине — не лучший способ сохранить себе жизнь, тренер. Идём, — его пальцы сдавили моё плечо, словно клещи. — Я отведу тебя домой.

— Отстань, Мэнни, — я попытался стряхнуть его лапищу. Не получилось. — Ты мне не мамочка.

Глаза горгонида принялись наливаться оранжевым пламенем, я почувствовал, как мой зад на высоком табурете становится всё тяжелее…

— Привет-привет! У нас что, какие-то проблемы?

Между мной и Менелаем образовалась Лилит.

Мне даже показалось, что она мне кажется — ну, вы понимаете…

Но волна специфических духов затопила ноздри, и я даже чуток протрезвел. Соскучился я по этой ведьме. Оказывается.

— Никаких проблем, госпожа, — Менелай поспешно поднялся и смотался в другой конец паба.

Лилит тут же уселась на его место.

— Что пьёшь? — она понюхала мою кружку — также, как горгонид. — Ого! Амалия, у тебя ещё осталось это минотаврское винишко?

— Последняя бутылка, — скупо кивнула барменша. — Налить?

— Спрашиваешь! — Лилит оживилась. — Только разбавь, пожалуйста. Я ведь не минотавр… — и повернулась ко мне. — Знаешь, Тим, только минотавры могут пить это вино неразбавленным. На остальных — даже смешанное с водой — оно оказывает очень интересный эффект.

Амалия вновь пустила пар из ноздрей. И как у неё это получается, при такой-то жаре?

Я заинтересованно потянулся пальцами к кольцу у неё в носу…

Лилит ударила меня по руке.

— Жить надоело?

— А тебе какая разница?

— А такая, что весь район уже гудит, как гнездо огненных пчёл: тренер Тамерлан заливает горе от проигрыша у Амалии…

— Что, плохо для имиджа команды?

— Плохо для тебя, Тим. И для ребят. Я думала, ты в них веришь.

Тяжести моего вздоха позавидовал бы любой надгробный камень.

— Дело не в ребятах. И не в проигрыше.

— Конечно, не в нём, — вставила свои пять копеек Амалия, пролетая мимо с полными кружками наперевес. — Просто надо перестать проигрывать, и всех делов.

Я показал ей большой палец. Минотавриха величественно кивнула.

Вот! — я посмотрел на Лилит с укоризной. — Корова, а всё понимает.

— А я согласен с Амалией. Задницы — отличная команда. Просто у них временная полоса неудач. И она скоро закончится. Привет, Лил. Прекрасно выглядишь.

Чела, который сказал эту жизнеутверждающую фразу, я не знал. Но судя по тому, как ему кивнула Амалия, и как посмотрела на него Лилит…

А ведь он давненько тут сидит, — вспомнил я. — Просто не отсвечивает. Попивает это их синюшное пивко, курит эти их ненастоящие, с мятным дымом, сигареты…

Где-то я его уже видел.

Неожиданно парень поднялся и подошел к нам с Лилит. А потом широко улыбнулся и протянул мне руку.

— Привет, — сказал он. — Меня зовут Макс. Для друзей — Безумный Макс.

Глава 14

— Иди в жопу, Макс, — ответил я.

И отвернулся.

— Оторва, давай, я ему руку вырву!

Передо мной возникла горгонида. Чуток постарше, чем наша Андромеда, но общее сходство на лицо: арбузный кованый лифчик, латная юбочка…

— Спасибо, Лола. Но можно сам разберусь, ладно?

Горгонида пожала плечами — то ещё зрелище, скажу я вам. И отошла.

Чел опять нарисовался в поле зрения. Только руку больше не протягивал и не улыбался.

— Слушай, тренер, я тебя понимаю, — сказал он. — Незнакомый чувак, предлагает дружбу… Но зачем сразу посылать-то?

Я фыркнул. Почти как Амалия, но у неё получалось лучше.

— Во-первых, я тебя знаю, — заявил я. — Видел твой профиль на монетах. На одной монете. А ещё ты — владелец «Сынов Анархии». А у Задниц с ними — противоборство, сечёшь? Так что друзьями мы не можем быть по оп-ре-де-лению.

Паб продолжал неспешно покачиваться. И я был этому только рад — не хотелось воспринимать действительность такой, как она есть.

— Ну, владелец — громко сказано, — рассмеялся чел. — Вообще-то «Сыны» — ребята самостоятельные, а в «Чашке» всем заправляет мой друг Колян, отличный парень, между прочим.