Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 8 (СИ) - Афанасьев Семён - Страница 26

Про последнюю он знал от одного из родственников матери, неожиданно разбогатевшего в течение последнего десятка лет — когда переоборудовал свой земельный участок в деревне и затеял выращивать органик, потеряв работу в городе.

С Эдогава-кай кузен бабушки Моэко иметь дела тогда отказался (хотя ему и предлагали) — якудза есть якудза, сказал он. В итоге, впрочем, не прогадал: один помидор на воскресном базарчике в рознице то ли три, то ли пять сотен йен. А ещё есть доставка — по ресторанам, кафе, частным покупателям. Там цены ещё веселее.

Что ни делается — к лучшему. Минус головная боль у оябуна: родственника на произвол судьбы он бы не бросил в любом сценарии (сейчас этот родственник всерьёз опекал вторую, внебрачную дочь Мая, и, по большому счёту, делал это лучше, чем можно было пожелать).

— Пожалуйста, располагайтесь здесь. — Местный специалист по протоколу, игнорируя напряжённые взгляды коллег, сопроводил Миёси-старшего на импровизированный помост, за стол Президиума.

— Предполагаю, людей моего рода занятий на Коллегии МВД ещё не было, — скупо улыбнулся борёкудан, следуя, куда предложено.

— Мы никогда и не награждали ваших, — тихо согласился чиновник.

Полицейские, мимо которых они прошли в зале, казалось, даже дышать прекратили: глава Эдогава-кай был и одет, и экипирован аксессуарами так, что, попади сюда случайный человек, даже у него не осталось бы сомнений в роде занятий единственного обладателя фамильного кимоно в этом помещении.

— Мы тоже часть общества, — спокойно заметил якудза, увидев, что камеры и трансляция уже работают. — Не самая плохая часть, как оказалось. — Слова вырвались на автомате, он тут же о них пожалел.

Буквально через минуту места за столом Президиума заняли высшие чины МВД, а министр Мацуи прошёл на трибуну:

— От лица Министерства, в знак безграничного уважения за неоценимую помощь… — полилась стандартная речь, повествующая присутствующим и смотрящим по сети (либо тем, кто будет смотреть позже), как героически Гражданин с большой буквы Миёси презрел собственные интересы, помогая Департаменту внутренней безопасности МВД в нелёгкой задаче.

Из достаточно скруглённой речи главного должностного лица подробностей было не добыть от слова совсем, однако пробуждать эмоции бывший следователь умел неплохо:

— … негодяи в собственных рядах… заслуженное наказание… Обязательная переаттестация ВСЕГО подразделения, запятнавшего себя системным групповым предательством!..

Мая слушал с невозмутимым лицом, про себя впечатляясь: Мацуи с помощью иносказаний сейчас не просто размахивал мечом, а…

Нужные слова не подобрались. Если политическую жизнь Японии сравнить с отдельным миром, то по всему этому миру с лёгкой руки министра внутренних дел сейчас шла ковровая термоядерная бомбардировка. Не оставляющая надежд живому.

— … не просто гражданский человек, который нам ничего не должен по определению! — высокий чин холодно смотрел в зал, словно тот сплошь и рядом был заполнен преступившими присягу. — Ни для кого не секрет род занятий Миёси-сан!

В этом месте Мая не удержался: приподнялся и коротко поклонился.

— … у меня больше нет слов. Я сказал всё, что хотел. — Мацуи, не оборачиваясь, бросил левую ладонь назад.

Левша, машинально отметил про себя бывший спортсмен. И как я раньше не заметил? Хотя какая разница.

Кто-то из службы протокола вложил в ладонь министра характерную бархатную коробочку.

Борёкудан здорово удивился: он предполагал, что на здешнем расширенном заседании Коллегии МВД его используют в роли пугала — как нового и донельзя принципиального члена Общественного Совета всё того же МВД.

Оказалось, всё не так просто.

Наконец прозвучала собственная фамилия. Якудза машинально поднялся и пошёл к трибуне, лихорадочно размышляя, как реагировать — он уже заподозрил, что будет дальше.

— Миёси-сан! — голос Мацуи пробирал до костей, ибо политик умел говорить эффектно. — В знак безграничной признательности гражданину страны и как часть нашего уважения к вашей личной принципиальности, позвольте вручить!..

— Сейчас будет неловко. Готовьтесь. — Тихо произнёс борёкудан после того, как увидел содержимое коробка. — Не примите на свой счёт, министр-сан — вашу личную позицию я более чем поддерживаю.

Взгляд чиновника заострился, но по голосу никто ничего не понял.

Дисциплинированно дождавшись окончания здравиц в собственный адрес, якудза церемонно поблагодарил за высокую честь, после чего сменил тональность на более жёсткую:

— Ведомственная награда полиции — высокая честь для меня, — он задержался в нижней точке поклона, обозначая будущие извинения. — Хотя мы из разных организаций, Мацуи-сан, мне в самом деле очень приятно!

Зал сдержанно хохотнул, отдавая должное иронии нетривиального гостя.

— В принципиальных моментах, когда попирается святое, полиция Токио и дальше всегда может на нас рассчитывать, — ровно продолжил борёкудан.

Он отстегнул с груди восьмиконечную звезду с символами хризантемы и сакуры — знак за достижения в полиции Японии. Поднял вверх, чтобы было видно камерам, поцеловал и вернул обратно на кимоно:

— Однако вторую награду я принять не смогу даже из ваших рук.

Бархатный контейнер содержал не один, а два нагрудных знака. Мая рывком, не заморачиваясь с булавкой и не отстёгивая, сорвал «с мясом» диск с изображением хризантемы на красной ленте:

— Министр-сан. К Министерству внутренних дел у меня претензий нет — мы сегодня впервые на моей памяти успешно делали одно общее дело. Это стоит дорогого.

Из зала прозвучало несколько хлопков. Пожалуй, здорово больше, чем несколько — Миёси-спортсмен умел отслеживать реакцию трибун, даже не глядя на них.

— А эту вещь, пожалуйста, отдайте тем, кто попытался от нас с вами ею откупиться. Наградой полиции я буду всегда гордиться и передам её внукам, если до них доживу, — Мая добросовестно поклонился в зал. — Но это прошу вернуть эмитенту, я не приму. — Он так и сказал, максимально обезличивая вторую медаль финансовым термином.

Оябун Миёси протянул Мацуи, не кланяясь, Медаль Почёта, отношение к которой только что очень прозрачно дал понять и жестом, и словами:

— Если не секрет, вы лично не очень пострадаете из-за моего отказа?

— Вообще не пострадаю, — твёрдо ответил чиновник, принимая награду обратно.

Современные каналы коммуникаций несли происходящее по сети миллионам в режиме реального времени — казалось, это напряжение чувствуется даже здесь.

— Не поясните, почему отказываетесь, Миёси-сан? — министр с полуслова понял игру, с ней полностью согласился и подхватил свою партию.

— Сперва стоит объяснить, почему я принял первую. С вами, с МВД, мы вместе проливали кровь. — Немного пафосно, но иначе не скажешь. — А Медаль Почёта — не ведомственная, а государственная награда. К Государству у меня теперь есть большие вопросы, как и у вас, министр-сан. — Мая проводил равнодушным взглядом серебряный кругляшок, исчезнувший в чужом нагрудном кармане, словно незначительная безделушка. — Я не силён в геральдике и статутах, Мацуи-сан, но разве Медаль Почёта не предусматривает присутствия Е…?..

— Да. Предусматривает. — Резко перебил чиновник, затем неформально подмигнул.

На сей раз зал взорвался никак не скромными аплодисментами. На якудзу Миёси присутствующим полицейским было плевать, но стальные яйца своего первого руководителя они в данный момент зауважали ещё больше.

Медали Почёта вручаются два раза в год, насколько помнил борёкудан — они разных видов, есть четыре цвета ленты в зависимости от области деяния награждаемого.

Обычно так.

И делает это Император — по предоставлению Кабинета министров либо конкретного министерства или ведомства. Парламент (Национальное собрание) не участвует в процессе награждения — это исполнительная процедура, не требующая законодательного утверждения.

Передавая ему не самую простую награду таким вот экспромтом, кто-то невидимый технично прощупывал обстановку: примет конкретный борёкудан завуалированное приглашение к диалогу или нет?