Основатель 4 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 47

И всё из-за некогда могучего Лекса и его воинствующей орды. Во всех окрестностях будто чума прошла. Сам Лекс оставался, по сути, единственным клиентом Манска. Так, по мелочи кое-что закупал, но всё это городу как слону дробина. Местную экономику такой «торговлей» не поднять, хоть ты тресни.

Короче, КПД упорно стремился к нулю.

Да, Лекс никогда не атаковал сам Манск, поскольку город опекал протекторат гильдии Торговцев, и нападение означало бы войну со всей долбанной корпорацией, а на такое он решится не мог.

Но он выжег всю их клиентскую базу, и к началу зимы Манск уже приравнивался к пустыне: территория есть, толку нет.

Я тогда пообещал мадам Лании, что Манск у неё расцветёт пышным цветом, если она поможет мне кинуть этого Лекса.

Ну, типа провернуть одну деликатную операцию. Она, недолго думая, согласилась, подсобила наёмниками и и велела им в решающий момент переметнуться на нашу сторону в битве, которая так и не случилось.

С одной стороны, моя подстава не случилась, и услуга не понадобилась. А с другой стороны, не так уж и плохо всё вышло. Лекс устранён, новая доминирующая в регионе сила, Герман Дурнев, никак не выказывал желание продолжить политику «безлюдной земли».

Ланию явно порадовала новость, что аж три разные политические силы начали отстраивать деревни на южных территориях. Так что она клятвенно заверила, что окажет мне любую помощь, если, мол, понадобится. Руку давала на отсечение. Ну, почти.

Только вот она, бедолага, и не догадывалась, что мы с Демидом уже вовсю вели подрывную деятельность против всех Торговцев. Наш хитрый план предусматривал сломать их экономическую монополию в Истоке и, недолго думая, замутить свою собственную. Такой вот рейдерский захват, только в особо крупных размерах.

Прибыв в Манск, я первым делом наткнулся на толпы работяг. Они, как ошпаренные, красили давно заброшенные, облупившиеся стены, что грозно нависали над каждым, кто входил через западные ворота. Прям стройка века, не иначе.

Народу на ней копошилось явно больше, чем я помнил по прошлому разу, просто не протолкнуться.

А когда въехал внутрь, увидел, что людей там ещё больше. Кто конюшни чинит, кто заколоченные и разваленные халупы восстанавливает, а кто-то даже брусчатку на мостовых перекладывает, чтобы поровнее было. Суета как на московском рынке перед Новым годом.

Сразу видно, что в ремонт этого давно забытого богом города вбухивают немеряно сил и средств. Лания, баба неглупая, чуяла, что грядёт ренессанс. А когда захудалый Манск снова поднимется в топе, тогда и её должность гильдмастера Манска перестанет быть ссылкой для неудачников и превратится в реальный рычаг власти, в тёплое местечко с хорошим кэш-флоу.

Среди всей городской суеты и кипучей деятельности, где работяги с энтузиазмом, аж пар из ушей, вдыхали новую жизнь в старые обветшалые здания, я и заприметил Олега Корнеева.

Мой давний приятель шёл по улице с бригадой подрядчиков, раздавая указания, что и где строить дальше.

Прям прораб на стройке коммунизма.

Его собственная деревня, Корнеево, дошла до ручки, там чуть ли не бунт назревал, ну, я и подсуетился, взял её под свою опеку, пока там всё окончательно не развалилось к чертям собачьим. С тех пор его назначили Лордом Манска, таким себе Избранником, ответственным за застройку целого района.

То есть он тут пригрелся с моей подачи.

И судя по тому, что я видел, его маленький Оранжевый район, который ему выделили, выглядел вполне себе прилично. По крайней мере, не полная разруха. Работали несколько разных лавок и даже одна таверна под названием «Битый Кирпич». Название, конечно, так себе, не внушало оптимизма, но хоть что-то.

Его работяги как раз возводили какую-то конструкцию, но что это за хреновина, я с ходу разобрать не смог. То ли очередной сарай, то ли что-то более амбициозное.

Олег меня заметил издалека. Я махнул рукой, мол, здорово, и направился к нему. Энтузиазма на его лице я что-то не увидел, скорее наоборот, встретил он меня кислой миной. Как только Корнеев понял, что это я, его лицо аж помрачнело, будто ему лимон скормили, и он нехотя поплёлся мне навстречу. Такой, мягко говоря, нерадушный приём заставил меня слегка напрячься. Что-то тут нечисто. Неужели он уже пожалел о нашей сделке? О том, что променял свою загибающуюся деревню на эту должность? Чёрт его знает, в чужую голову не залезешь.

— Здорово, Олег! — сказал я, ещё раз махнув рукой и подходя ближе. Старался звучать бодро, хотя осадочек уже появился.

— Привет, Алексей Сергеич, — без особого оптимизма буркнул он, медленно так смерив меня взглядом с ног до головы, будто коллектор должника. — Чем могу быть полезен?

Что-то Олег сосем невесел.

— Да я, собственно, тут по делам с Торговцами, — ответил я, кивнув на здоровенное здание гильдии, которое морально и физически довлело, возвышаясь над городом. Внушительная, надо сказать, хреновина: огромная круглая башня, этажей эдак девять, а наверху балкончик, откуда гильдмастер мог, как падишах, обозревать всё своё царство-государство.

— Понятно, — протянул Олег.

Морда у него стала какая-то деревянная, казённая, будто он на паспорт фотографировался, а не приятеля встретил.

— А ты сам-то как тут? Всё путём? — поинтересовался я.

На его лице мелькнуло гамма эмоций, но тут не надо иметь диплом доктора психологии, чтобы понять, чувак несчастлив. Что-то его гложет, какая-то заноза в заднице. Но вот скажет ли?

Он на секунду открыл рот, будто собирался выложить всё как на духу, но тут же снова его сжал и выдавил из себя короткое и невнятное: — Ага, норм.

Как будто его пытали.

— Ни хрена ведь не норм, старина, — заметил я. — Слушай, Олег, если тебе тут не айс, так и скажи, не темни. Мы ж свои люди, не чужие.

— Хочешь, чтобы я сказал, как есть, Алексей Сергеич? — недовольно буркнул он.

Если бы он был котом, то сейчас бы побивал землю частыми ударами хвоста. Злость в его голосе звучала неприкрытая.

— Ладно. Тогда слушай. Я, блин, ни хрена не в восторге от того, что я здесь! Поначалу да, было прикольно: типа новый старт, своя территория, строй — не хочу. Но потом… Потом, твою мать, пришла новость о твоей ошеломительной победе! Ваша коалиция каким-то хером умудрилась нагнуть Лекса, и задрипанный Манск снова стал лакомым куском для всяких приезжих. И с тех пор я, блин, продыху не знаю! Лания гоняет меня, как сидорову козу, как раба на галерах, потому что я типа главный по этому району! Отказываешься, и она налоги взвинчивает, так что приходится не только своих рабочих ей одалживать, но и самому пахать на других участках, как проклятый!

Я видел, как он завёлся, выкладывая мне всё это.

Кулаки сжал так, что костяшки побелели, и, казалось, вот-вот взорвётся и начнёт крушить всё вокруг.

Полагаю, мой вид такого себе успешного бизнесмена на выезде стал для него жёстким напоминанием о тех сладких временах, когда он был сам себе хозяин и никому не кланялся. А теперь стал обычным менеджером среднего звена, которого дрючат все, кому не лень.

— Хреново, конечно, что с тобой так обращаются, сочувствую, — ухмыльнулся я. — Однако ты зря проецируешь злость на кого-то другого. Как говорил один персонаж, Антибиотик, в старом фильме, «научись, Олег, причины всех своих проблем в себе находить, тогда и проблем меньше станет». Так вот. Ты же сам, дорогой мой человек, позволяешь на себе ездить, как на ишаке. Выражаясь более понятно, ведёшь себя как терпила.

При этих словах выражение лица Олега изменилось. Мои слова и то, что я не отреагировал на его негатив, словно сковорода ударили его по лбу.

— Не понял, Алексей Сергеич. В смысле?

— Баланс существует, потому что у всех частей конструкции есть вес и прочность. У тебя есть вес в этой истории? Она угрожает поднять тебе налоги, чтобы ты пахал на неё, как негр на плантации, правильно? Но с другой стороны, без твоих рабочих она этот город хрен приведёт в порядок достаточно быстро. У тебя тут есть реальная власть, рычаги влияния, — пояснил я, — но ты сам её сливаешь в унитаз, когда позволяешь налогами себя запугивать. Сам подумай, что хуже, платить повышенный налог или смотреть, как город продолжает загибаться в состоянии полного бардака и разрухи? Где твой бизнес-план, Олег?