Кулачник (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 31

— Вы не спрашивали. Но если хотите, могу подобрать ещё категории спортивного инвентаря.

— Подбирай.

Передо мной открылась целая витрина — только не глянцевая, как в спортивном магазине, а настоящая. Вещи с историей, с потом, с запахом металла, а не пластика. Здесь было все — бинты, шлемы, тренажёры и многое прочее.

Я достал блокнот, ручку. Сидел, считал, умножал. Получалось меньше, чем один «умный» тренажер в магазине. За все.

— Надо брать, — сказал я вслух.

Позвонил по первому номеру того самого «Рая в гаражах».

— Железо продаете? — спросил я, когда соединение установилось.

— Продаем. Приезжайте забирайте, — ответил хриплый мужской голос.

Я припомнил о доставке и решил уточнить.

— Отправить доставкой можно?

— Можно. Но нужно? — хмыкнул мужик и пояснил. — Дорого выйдет, рад в десять больше, чем отдадите за железо. Так что лучше сами приезжайте, что-нибудь придумаем.

Ясно, не все коту масленица…

— Принял, заберу. Как до вас добраться и как по времени удобно? — уточнил я.

— Да как приспичит, так и приезжай. Я свою «ласточку» капиталю, и в гараже с утра до вечера. А адрес… — продавец пояснил как до него добираться.

Я записал в блокнот.

— Если что придержите, я точно приеду на днях, — сказал я.

Мужик в ответ многозначительно хмыкнул.

— Братец, вот по чесноку, кому кроме тебя нужен этот металлолом?

Я вернулся к списку. Начал обзванивать остальных. Все, что меня интересовало было в наличии и везде мне предлагали приехать и забрать товар самому.

По итогу примерно через час у меня был на руках довольно внушительный список адресов. Все необходимое для зала обошлось бы меньше, чем в тридцать тысяч рублей. Отлично! Что тут еще скажешь?

Я вывернул с парковки и поехал в зал. Мимо проносились бесконечные вывески — автомойки, пункты шиномонтажа, вейп-шопы, кальянные, кафе.

На очередным повороте передо мной выскочил какой-то мужик, размахивая руками. Пришлось остановиться, чтобы его не сбить.

Мужик был в спортивных штанах, с небритым лицом. На обочине стояла баба в платке, на руках сверток, видимо дитя.

— Слышь, ты чего под колеса бросаешься? — бросил я, опуская стекло на двери.

Прихрамывая, он подбежал ко мне и я чуть опустил стекло на водительской двери.

— Брат, помоги, бензин кончился… мы с юга, беженцы. Ребенок маленький… — задыхаясь, затарахтел он, сопровождая слова активной жестикуляцией.

У обочины действительно стояла красная «шестерка».

— Сколько ребёнку? — я покосился на обочину, где женщина покачивала сверток в руках.

— Шесть месяцев… Пожалуйста, хоть немного…

— Ты цыган? — прямо спросил я.

— Нет! Ты что! Обижаешь, брат. Мы с юга… Вот паспорт!

Он вытащил какой-то документ. Я не смотрел. Вынул из кармана купюру.

— На. Только запомни, если обманываешь — лучше бы ты меня не встречал.

Он схватил деньги с радостью.

— Спасибо, брат, дай Бог тебе…

— Все. Сворачивай базар, — перебил я.

Но тот не отходил.

— На, брат… от сердца отрываю. Ребенок у меня малый, не хотим в машине ночевать… — он вытащил из-под рубахи толстую золотую цепь и протянул мне. — Настоящая. Купи за бесценок!

— Дай посмотрю, — сухо сказал я.

Он было принялся снимать цепь, но я его остановил. Все, что нужно — так увижу.

В жизни всякое может быть, такие обстоятельства тоже. И если людям нужна помощь, нельзя отворачиваться. Нужно помогать по возможности. Те же цыгане, а это была цыганская семья, тоже люди и у них также бывают неприятности, как у всех. Не имею привычки делить людей по национальностям или как-то еще.

Другой разговор, чем человек отвечает тебе на доброту. Я посмотрел на цепочку ближе, когда цыган чуть нагнулся вперед. Ясно все… цепочка была легкая, как воздух. Покрытие неровное, замок кривой. Сомнений не было.

— Золото говоришь? — спросил я.

— Да, брат, вот на кресте клянусь, — и он поцеловал распятие, висевшее на цепочке.

Я вздохнул, а потом резко схватил его за цепочку одной рукой. Второй нажал на подъемник стекла. Стекло прижало шею цыгана так, что у него глаза полезли на лоб.

Я недолго думая включил передачу, отпустил тормоз и «Кабан» медленно покатился вперед. Цыган, совершенно обезумевший, побежал следом, как волк из известного мультфильма.

— Пощади, брат! Пощади!

— Я тебе деньги дал? В положение вошел? — спокойно сказал я, крепко держа его за цепь. — А ты в ответ мне тухляк толкаешь. Это по-твоему по-людски?

— Прости… Прости дурака, не повторится такого, мамой клянусь… — верещал он.

— Бабки на базу, — рявкнул я, не отпуская газ.

Цыган изловчился, достал купюру, которую я ему дал и вернул. Я плавно остановился. Открыл окно и отпустил цепочку. Цыган отшатнулся, держась за шею, тяжело дыша и весь трясясь.

— Еще раз тебя или твоих вижу, то не обижайся, — предупредил я.

— Понял… больше не будем… не здесь…

Он попятился и бросился к красной «шестерке». Женщина в это время уже бросила сверток на сиденье и запрыгнула в автомобиль. Внутри свертка была кукла. Ну а в бензобаке «шестерки» сразу нашелся бензин. Актеры, блин!

М-да, совсем цыгане обнаглели. Пользуются доверием людей и сами подкладывают в ответ свинью. Оно ведь как, отличительная черта русского человека — сострадание. И эти нелюди пользуются нашей добротой.

— В мире стало спокойнее на одного вруна? — вдруг услышал я голос сбоку.

На обочине притормозил паренек лет двадцати пяти, и вышел из своего автомобиля с телефоном в руках. В машине осталась сидеть молоденькая девчонка.

— Я все на видео записал, если что! — объявил он. — Надо выложить в паблики, чтобы люди на такой развод не попадались… Вы не пострадали?

— Нормально все, и много в городе таких? — спросил я.

— Полно! То духи паленые предлагают, то айфоны китайские… жулье! — он вздохнул. — Скоро какую-нибудь новую схему развода придумают. Самое обидное, что люди все равно вляпываются.

Я поблагодарил паренька за бдительность и поехал дальше.

Подъехав к залу, сразу обратил внимание на тонкий след из песка, ведущий к дверям с улицы. Мешок может порвался к чертовой матери…

Пацаны были в зале. У стены стояли пакеты — бутылки с водой, чипсы, пирожки в целлофане. На подоконнике стояла музыкальная колонка, из которой играл слабенький бит.

— Угощайся, Саня, — крикнул Виталя, поднимая пачку чипсов.

Я только кивнул, но угощаться не стал. У пола, ближе к дальней стене, лежал песок — грубый, с редкими ракушками, желтоватый. Рядом валялась тележка…

— А это что за песок, пацаны? — я подошел к горке, пощупал.

Песок явно не походил на магазинный.

Марик и Виталя сделали вид, что не услышали вопрос. С довольным видом жрали чипсы и запивали газировкой.

Я выпрямился, перевел взгляд на телегу, к ее колесам тоже прилип песок.

— Ну вы, конечно, молодцы… — выдохнул я. — Из песочницы, что ли свистнули?

— А че не так… там много… детям хватит, — усмехнулся Виталя, закидывая в рот очередную чипсину.

— Так-то целый самосвал привезли, делиться надо! — поддакнул Марик.

Я сразу понял почему пацаны так охотно согласились заняться песком. Еще до этого приметили откуда его можно взять и, собственно, взяли. Ну а бабки, которые давал Игорь, спустили на еду и музыкальную колонку.

— А если придут хозяева? — спросил я спокойно, не повышая голоса. — Что тогда скажете?

— Да какой там придут, — отмахнулся Виталя. — Он уже неделю никому на хрен ненужный лежит! Поэтому…

Он вдруг запнулся, опустил руку, державшую чипсину, и посмотрел мне за спину. Я обернулся и увидел худощавого мужчину лет сорока с большой кожаной папкой в руках.

— Ну конечно, теперь уже без присмотра песок оставить нельзя! — он возмущенно всплеснул руками.

Повисла пауза. Я перевел взгляд на Марика и Виталю, которые уже были на ногах. Вот же… исполнители.

— Простите, мы думали он ничейный, — робко выдавил Марик, вжимая голову в плечи.