Кулачник (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 12

Я покосился на табличку с адресом соседнего дома.

— Улица Зеленая, дом сорок два. Жду у черного «мерса»…

В этот момент фоном послышался чей-то голос через надрыв.

— Куда ты собралась, сука⁈ — орал мужик.

— Принято, динозавр. Жди! — она рада сбросила вызов.

Но предел, чем нас рассоединить, я успел услышать, как Алина кричит в ответ «отвали от меня урод!». Ясно в принципе — девчонка поссорилась со своим мужиком и хочет сделать ему больнее.

Я все же сделал еще один звонок, но Алина сбросила. Почти сразу прилетело сообщение: «я скоро буду». Ну раз отвечает, значит с ней всё в порядке.

Я отложил мобильник и решил чем-то себя занять, пока жду. Нашел в бардачке старый диск и удивленно приподнял бровь. «Лучшие хиты 90-х» было написано на названии. Через минуту из колонок мерса уже звучало:

— Ты ругаешь дождь. Лужи на асфальте…

По спине аж холодок пробежал. Я добавил громкости.

— Дай на небе ту-у-учи! — голосил темненький из «Иванушек».

Минут через двадцать с лишним у сорок второго дома притормозила белая «Шкода» с шашечкой такси. Водитель, крепкий мужик в синей жилетке и бейсболке, вышел из машины и что-то раздраженно орал в сторону пассажирской двери.

Я сделал потише Марину Журавлеву и опустил стекло. В такси на пассажирском сиденье сидела Алина.

— Бабки за поездку плати! — рычал таксист. — Чего ты мне глазки строишь!

Я хорошо запоминал голоса — в клубе на Алину кричал не он. Впрочем, таксист это делал прямо сейчас.

Алина выскочила из машины — короткая юбка, блузка со стразами, глаза подведены, а губы чуть смазаны. В руке она держала сумку-переноску с мелкой животиной внутри. Я припомнил, что познакомился с ней, когда Алина выгуливала собачку. Что пушистик делал на дискотеке — другой вопрос.

— Я же сказала, что у меня перевод! — Алина почти не уступала по громкости таксисту. — Но мне карту заблокировали!

— А мне что с того! Заблокировали! Кто заказ оплачивать будет!

Я вышел из «мерса» и подошёл ближе.

— Проблемы?

— Да! — ответили оба в один голос.

Таксист опередил:

— Она обещала оплатить, а теперь морозится. Пятьсот рублей и… за химчистку! Ее шавка мне салон загадила. В такси с животными запрещено!

Я посмотрел на переноску, в которой сидел карликовый пес, трясущийся от страха.

— Покажи? — спокойно попросил я.

Водитель стушевался, но я сам открыл дверь и заглянул внутрь. Салон был чистый, если не считать старых давно засохших пятен.

— Сколько за поездку? — спокойно спросил я, закрывая дверь.

— Пятьсот. Но…

— Вот, — я протянул тысячу, перебивая таксиста. — Без «но». А химчистку ты все-таки сделай, людей возишь.

— Сдачи?..

— Себе оставь.

Он хотел что-то добавить, но я посмотрел ему прямо в глаза.

— Свободен.

Таксист уже набравший полную грудь воздуха, выдохнул.

— Ладно… — буркнул он. — Дамочка, а можно вас попросить поставить мне пять звезд?

— Еще чего! — взвизгнула Алина.

Таксист сел в тачку и уехал. Я проводил такси взглядом и обернулся на Алину. Та улыбалась.

— Ниче себе ты отшил этого скуфа. Я думала, ты…— она пожала плечиками, на одном плече упала лямка кофточки. Поправлять она не стала.

— Что я?

— Ну не знаю, думала тише будешь. Ботан какой?

— Ты в порядке? — я пропустил её «комплименты» мимо ушей.

— Более-менее. С клубом погорячилась, да и… — она осеклась, отмахнулась и поправила лямку. — Знаешь как бывает? Обещаешь себе, что что-то делать не будешь, а все равно делаешь?

— И что ты сделала? — я улыбнулся.

— Ладно, не обо мне сейчас, потом расскажу!

И она резко сблизилась, встала на цыпочки и чмокнула меня в щеку. Я вскинул бровь, немного опешив, приобнял ее за талию и посмотрел в глаза.

— Уверена?

— Где твой немец? — Алина ловко переключила тему. — Давай сядем в машину и покажу. Ты ж отель хотел? Так стоп… я не про то, чтобы поехать в отель! На этом моя благодарность заканчивается.

Я подвел Алину к своему «кабану». Девчонка выгнула бровь и рассмеялась.

— Да он как из «Бригады»! — воскликнула она и посмотрела на меня. — Ты точно не из девяностых? Саша Белый, Пчела?

Я не ответил. Знать бы еще кто это такие? Открыл Алине дверь, из динамиков «кабана» играл бессмертный хит Добрынина.

— Не сыпь мне соль на рану! — тянул артист.

Алина поставила переноску с собакой на заднее сиденье, сняла туфли и положила ноги на торпеду. Нашла регулятор громкости и включив музыку громче, откинулась на сидушку.

— Кайф какой!

Пахла девчонка приятно, но сквозь духи я улавливал запах алкоголя. Одежда на ней была явно дорогая, но рукав испачкан, чуть разошелся по шву, будто кто-то дернул сильно. Что «кто-то» это сделал в клубе, было понятно без объяснений.

Я прокрутил громкость и обернулся на девчонку.

— Ты точно в порядке? Слышал, как на тебя кричали.

— Ага, — выдохнула она. — Просто вечеринка затянулась. Все норм. Да и у тебя музыка получше, чем в той дыре!

Она уселась удобнее, поджав стройные ножки и огляделась. Я видел в ее глазах удивление, смешанное с изумлением.

— Ты серьезно на ЭТОМ катаешься?

— Лучшая машина из тех, что знаю, — я пожал плечами.

Повернул ключ и мотор взял с первой попытки. Включил печку, видя, что Алину потрухивает. В сентябре ночью довольно прохладно, да и девчонка одета совсем легко.

— Мда… У моего отца когда-то была мечта на такой накопить. Купил в итоге лет через двадцать, когда уже нафиг не надо. Теперь в гараже пылится, — поделилась она. — А ты откуда его достал? Из музея?

Алина тронула панель приборов, проведя пальцами по шпону. Погладила кожу сидушки.

— Какая… мягкая. М-м…

— Коньячная кожа, — прокомментировал я.

Она обернулась назад, потом потрогала подлокотник, опустила козырек.

— Это тебе не такси… Я ехала в «комфорт плюсе», а кресло как табуретка и весь салон пахнет арбузным дезиком.

— Удобно? — спросил я, видя как она буквально растеклась по креслу.

— Даже слишком. Тут как в кресле у психолога. Хочется рассказать, как я на самом деле устала, — Алина закатила глаза.

Я включил подсветку приборки и она загорелась мягким янтарным светом, как у самолета.

— Крутяк… а блютуз есть?

— Что?

— Ну музыку с телефона поставить… твое радио «Пенсия» конечно неплохо, но быстро надоедает.

Я усмехнулся.

— У меня шестидисковый чейнджер. Если есть диск, можем послушать.

— Кто-что?

— Неважно.

Я нажал пальцем на кнопку сбоку. Из центральной панели медленно выехал ящичек с подстаканником и хрустальной пепельницей.

— Воу! А это уже круто. Как тебе такое Илон Маск? — она захихикала. — Ладно, динозавр. Ты хотя бы трушный.

Она достала телефон. Что-то быстро набирала, листала. В уголке экрана мигал значок входящего — звонок, ещё один, и опять. Она раздражённо сбросила.

— Не унимается? — поинтересовался я.

— Ага, — и тут же добавила. — Не твоя тема. Не начинай.

— И не собирался, но вдруг начнет ревновать…

— Кстати! — перебила она. — Давай замутим селфи!

Алина включила камеру и подалась ко мне, прижавшись всем телом. Я почувствовал ее упругую грудь, молодое тело манило.

— Щас этому придурку пошлю, пусть локти кусает! Пять сек!

Она сделала снимок, и я с интересом смотрел, как она возится с телефоном. Девчонка ткнула в экран, провела пальцем. Запечатала, строча так, как на печатной машинке. Я припомнил, как одним пальцем с выверенными паузами вводил её номер и улыбнулся.

— Ну открывай приложуху, — сказала Алина, отправив нашу фотографию бывшему.

— Чего? — спросил я.

— Приложение для брони. Ах да… ты же дремучий, — она усмехнулась и скосила на меня взгляд. — Прости, не в обиду. Но мой дедушка и тот знает такую элементарщину.

Я пожал плечами. Никакой обиды. Я вообще не понял, что она сейчас делает.

У Алины снова зазвонил телефон. Она раздражённо глянула на экран, выдохнула и сбросила.