Где сокрыта библиотека (ЛП) - Ибаньез Изабель - Страница 8

― Ты готова? ― тихо спросил он.

― Готова ли я? ― спросила я. ― Нет. Я не могу поверить, что мы собираемся это сделать. Десять минут назад ты собирался жениться на другой. Пять минут назад я думала, что ты не придешь. Но теперь мы здесь и ты собираешься жениться на мне. Когда мы войдем в эту дверь, наша глупая идея воплотиться в жизнь. У меня вдруг помутилось в голове. У тебя тоже помутилось в голове?

Уит позволил двери закрыться. Его подбородок опустился, а все внимание переключилось на носки ботинок. Когда он снова поднял голову, выражение его лица было подчеркнуто нейтральным. Он рассматривал меня в сумеречном свете и, казалось, пришел к какому-то решению.

― Нам не обязательно это делать, Инез. Мы можем вернуться в Шепард и притвориться…

― Но что потом? ― мой голос повысился на несколько тонов. ― Дядя Рикардо по-прежнему распоряжается моим состоянием. У меня ничего нет, даже негде переночевать. Десятого января я должна освободить комнату. К слову, сегодня девятое января, на случай, если ты этого не заметил.

― Ты что-нибудь придумаешь, ― усмехнулся Уит. Но улыбка совершенно не соответствовала его взгляду. ― Ты всегда это делаешь.

― Я устала все планировать на шесть ходов вперед. Притворяться вдовой и лгать своей тете, чтобы приехать в Египет. Дважды тайком сбегать из отеля, а затем скрываться на Элефантине…

Его голос был добрым, но кулак все еще сжимался вокруг дверной ручки.

― Я знаю, Оливера.

― У меня нет другого выхода, ― продолжила я. ― И мне необходимо остаться в Египте. Моя мать…

Уит отпустил ручку и шагнул ближе. Он положил ладони мне на плечи и слегка присел, чтобы посмотреть мне в глаза. Его дыхание коснулось моих губ.

― Родная, я знаю.

Ласковое обращение было похоже на нежное прикосновение, разглаживающее узел напряжения, давящий мне на виски. Он редко прибегал к ним — только когда я была безутешна или находилась в смертельной опасности. От его близости я переполнялась чувствами. Этот высоченный мужчина мог бы стать моим мужем, если бы я только захотела. Это казалось невероятным, невозможным. Волнение будоражило жилы. Я хотела Уита, но я также хотела иметь контроль над собственной жизнью. Если я принесу Уиту клятву, дядя больше не сможет диктовать свои условия и планировать мое будущее. Это значит, что я смогу остаться в Египте.

Больше никакого планирования. Больше никаких хитростей. Такое поведения напоминало мне мою мать. А я не хотела быть такой, как она; я не хотела унаследовать то, что может принести боль многим людям. И вдруг я вспомнила, что я уже это унаследовала.

Мои действия привели к смерти Эльвиры.

Кто-то другой нажал на курок, но она последовала за мной.

Больше всего на свете я желала искупить вину за свои поступки. Я хотела помешать своей матери продать артефакты, принадлежавшие Клеопатре. Я желала выяснить, что случилось с моим отцом. Меня переполняло столько осязаемых желаний, каждое из которых грузом лежало на моих плечах, вдавливая меня в землю. Все эти желания угрожали похоронить меня заживо.

Если я только не сделаю с этим что-нибудь.

― Поговори со мной, ― прошептал Уит. ― О чем ты думаешь?

Я покачала головой, пытаясь сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас. На человеке, который стоял передо мной. Иногда мне легко удавалось его прочесть. Когда наши сердца соединялись и на короткий миг мы видели мир одинаково. Но чаще всего я едва понимала его. Я до сих пор не знала, почему он хотел на мне жениться.

Ласковое обращение служило простым прилагательным, а не обещанием.

― У меня есть причины пойти на это, ― прошептала я. ― А у тебя?

Он сделал шаг назад и кивнул, словно ждал этого вопроса. Его слова, произнесенные накануне, все еще звучали у меня в ушах. Весомые, озвученные глубоким баритоном с мягким аристократическим акцентом. Его широкие плечи были напряжены, а руки дрожали. Он нервничал, когда произносил эти слова.

Выходи за меня вместо него.

Это было тогда. Теперь, стоя перед церковью, я не была уверена, что до конца осознала неизменность своего решения. Брак подразумевал вечность — по крайней мере, я хотела, чтобы так и было. Я изучала Уита, который застыл на месте, очевидно обдумывая свой ответ.

Он засунул руки в карманы.

― Сделать тебе предложение было моим выбором, и ничьим больше, ― сказал он. ― В кромешном хаосе моей жизни, ты — единственное, что имеет смысл. Ты спросила меня, каковы мои причины, и я еще не знаю их все, но я точно знаю одну важную вещь. ― Он прерывисто вздохнул, его глаза не отрывались от моего лица, а от неприкрытых эмоций, таившихся в их глубине, у меня едва не подкосились ноги. ― Ты единственная, кого я хочу, Инез.

Мои губы дрогнули.

Его голос понизился до хриплого шепота.

― Пожалуйста, сделай меня самым счастливым человеком на этой земле.

И планета снова накренилась, потеряв равновесие. Земля, казалось, ушла у меня из-под ног. Уитфорд Хейс был многогранной призмой, и мне казалось, что я видела все его стороны. Возмутительный повеса с не менее возмутительными манерами; солдат, верный своему генералу; пьяница с покрасневшими глазами и фляжкой, спрятанной во внутреннем кармане; авантюрист, которому известно, как обращаться со взрывчаткой; человек, любящий Египет, и брат, обожающий свою единственную сестру.

Но я никогда не замечала его откровенной уязвимости.

От его вида у меня перехватило дыхание.

― Тебе этого достаточно? ― спросил он.

― Да, ― выдохнула я.

Уит кивнул, торжественный и преисполненный мрачной решимости. На его лбу проступили капельки пота, и мне пришло в голову, что он, возможно, все еще нервничает. Возможно, он старался казаться спокойным и уверенным ради меня, но внутри у него сердце также угрожает вырваться из грудной клетки.

Он открыл дверь и протянул мне руку. Я без колебаний приняла ее с легкой улыбкой, чувствуя, что могу справиться и с дядей, и с мамой, и с тетей, и с кем бы то ни было, кто встанет на моем пути.

Мы вошли.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Внутри церковь была еще прекраснее, чем снаружи. В глубине парадного зала стоял алтарь, а за ним стены украшали деревянные панели с инкрустацией в форме лотосов. Три прохода делили пространство, в которых тянулись ряды деревянных скамеек. А в восточной части, вне поля зрения, затаились три святилища. Я машинально двинулась в их направлении, мне было любопытно посмотреть на искусно выполненные ширмы, отделанные черным деревом и слоновой костью.

Уит схватил меня за локоть, привлекая к себе.

― Я отвлеклась на искусство, ― объяснила я. ― Мне просто хочется поближе посмотреть изображения. Возможно, в следующий раз я захвачу свой альбом для рисования…

В его глазах мелькнул намек на улыбку.

― Ты забыла, зачем мы здесь?

― Конечно, нет. Мне просто стало любопытно…

― Инез.

― Уит.

― Мы должны действовать быстро, ― раздраженно произнес он. ― Пока никто не заметил нашего отсутствия. Потому что мы собираемся тайно пожениться.

Я усмехнулась, и он улыбнулся. Мы словно вернулись на Филе, изучая древние рельефы на стенах, попивая ужасный кофе и пачкая руки.

― Священник ждет, ― добавил Уит. ― А где… О, ― он тяжело вздохнул. ― Дай-ка я разбужу его.

Он зашагал прочь, а я с недоумением наблюдала, как он подходит к пустой скамье. Нет, не пустой. С краю свисала пара ботинок. Уит наклонился и толкнул их коленом.

― Лео, ― позвал он. ― Поднимайся.

Я встала рядом с Уитом и посмотрела на спящего мужчину. Темные волнистые волосы падали ему на лоб, отчего он выглядел совсем юным. На мой взгляд, он был на пару лет моложе Уита, если бы не одно обстоятельство: его губы, даже находясь в расслабленном состоянии, выглядели жесткими и сардоническими. Он был одет в ослепительный красный мундир, и тогда я поняла, что уже прежде видела его. Это был один из тех солдат, что были с Уитом прошлой ночью.