Целители. Тени прошлого (СИ) - Машкова Наталья - Страница 6

Гарда не раз и не два намекала Нелли, что стоило бы окоротить Ланеля и младшую княжну. А то научат ребёнка тому, чему не следует! Нел, когда слышала приёмную мать, усмехалась в сторону, чтобы ведающая не видела.

Ланель и Эль, Лейн с Хельмом, Лариди и Фарвель многому научили её дочь. Даже муж княгини приложил руку к "воспитанию" девочки и учил её не только некоторым магическим трюкам, но и грязным приёмам наёмников, справедливо полагая, что девочке и прекрасной девушке, в которую их малышка неминуемо вырастет, это всё будет полезно.

Нел знала многое. А чего она ещё не знала!.. Но это не пугало её, в отличие от Гарды. Наоборот. Она была благодарна за любые знания и умения, которые вкладывались в её дочь. Всё, что увеличит её шансы выжить - благо. А с этической стороной Мэй разберётся. Она добра, а значит, если и качнётся однажды в сторону, то только ради опыта. И неминуемо вернётся назад. К доброте.

Потому она и не была убита случившимся. Поражена, да. Особенно, когда услышала, что маленькая дочка её без магии может вскрыть магическую защиту башни и вырубить двух здоровенных молодцов.

Мэй только смеялась над испугом мамы. И молчала в ответ на вопрос: "За какие такие подвиги ты удостоилась заточения?". Так и не призналась. А Нел, тяжело вздохнув, оставила девочку "исправляться" и пошла за ответами к другим.

К Гарде первой. От неё она получит самую полную и развёрнутую картину. С перекосом, конечно, в ту сторону, что на "несчастную малютку плохо влияют некоторые не вполне себе адекватные и порядочные личности, которых нельзя подпускать к детям ближе чем, на пушечный выстрел".

Так и получилось... Нел узнала от бледной от возмущения и переживаний ведающей, что "бедную их девочку сбили с правильного пути и подбили совершить не шалость даже, а натуральное преступление, которое грозит теперь всему Гарнару, не больше не меньше, а гражданской войной!"

Была бы это не Гарда, а кто-то другой, Нел дурно стало бы от новостей. Вместо этого, наблюдая, как ведающая бегает по своей башне, панически заламывая руки, она как-то по-новому видела ситуацию. Вероятно, Мэй спрятали в башне до тех пор, пока опасная шутка не подзабудется, и пока Альтея, с присущими ей тактом и умом, не разрулит скандал.

- Вот, как!- удивилась девушка, слушая возгласы любимой приёмной матери.- Неужели я тоже становлюсь одной из тех жёстких и циничных, которые посмеиваются над нежным и чувствительным сердцем Гарды?

Устыдилась своих мыслей, и уже с полным вниманием слушала причитания ведающей. Долго слушала. А потом тактично поинтересовалась, что же такого натворила Мэйлин.

Гарда вздохнула, скорбно глядя на приёмную дочь:

- Я к тому и веду, милая... Только не волнуйся, пожалуйста... Через чур...

- Гарда!

Ведающая вздохнула:

- Она устроила нашим высоким лордам галерею грёз, дорогая. И вечер откровений. Не больше, не меньше.

Нел свалилась на пол от хохота...

Глава 4.

Гарда обиделась. Нет, даже не так! Она "обиделась" с большой буквы!

Смотрела на Нел оскорблённо и мрачно. Всё-таки молодые родители - это то ещё "счастье" для детей! Как могут они правильно воспитать ребёнка, если их собственные моральные ориентиры не устоялись ещё?

Нет! Гарда, конечно, была не права. Она знала, что Нелли прекрасная мать для своей дочки. И не завидовала, хоть у неё самой кровных детей не было. Ведающая просто испытала то, что бывает в жизни каждого родителя.

Бессилие. Когда ты видишь, что дети твои делают глупости, и ничего не можешь с этим поделать. Со временем печаль достигает критической массы и перерождается в бессилие. Руки опускаются и родитель не верит уже, что из "всего этого" может выйти хоть что-то путное. При том при всём, что детей своих он любит по-прежнему.

Так получилось и с Гардой. Она, в определённом смысле, была матерью для многих. Не только для девочек Гарнарских и Нелли. Был ещё эльфёнок Сол и куча других юных и не слишком молодых существ, которые приходили к ней за помощью и поддержкой. Она не отказывала никому.

И просто устала... Так устала, что фееричное, бесконечно остроумное и поучительное представление, что устроила Йли, стало последней каплей. Только последней. Кроме неё, было ещё много чего...

Гарда расплакалась прямо при Нелли. Осела на пол в своей башне и спрятала лицо в ладонях. Она не любила показывать миру лик горя. Прятала его всегда. Вот такая вот странность. В ладони, в платок, в траву на высоком холме, где плясали они с девочками по праздникам, и куда ходила она излить свою боль. Она прятала горе, бессилие и одиночество. А получив утешение и поддержку от мира, вставала, расправляла плечи и шла дальше. Исполняла своё предназначение и не уклонялась от него никогда.

Нел тут же присела рядом с приёмной матерью. Крепко обняла её. Шепнула:

- Что ты видела?

Надрывный, тоскливый вздох стал ответом. Понятно... Бывали у ведающей видения и вещие сны. Они берегли, вели её по жизни. Часто защищали от бед, когда она ещё жила в Дормере. Она много раз уходила прямо из-под рук у тех, кто выслеживал её там.

Ищейки даже прозвище дали ведьме, с которой так жаждали "познакомиться". Дымка. Поэтично, скажете вы? Ничуть. Ведьма, которую жители глухих сёл описывали, как прекрасную темноволосую женщину с добрейшим сердцем, таяла, как утренняя дымка. Уходила, всегда неожиданно, прямо у ищеек из-под носа. Будто уводил её кто-то. А селяне отказывались свидетельствовать против неё.

Нет! Они говорили о ней. Пели дифирамбы. И даже угрозы пытками не могли заставить одуматься. Их не пытали, правда. Смысл? Если ведьмы нет? Может быть, жалели их дознаватели? А, может, боялись? Чудеса творила эта ведающая. Только на добро, и на пользу другим. Часто в ущерб себе. Местные прятали её. Пока не случалось какое-то явное чудо, которое никак не объяснить. Она, в таких случаях, шла помогать, понимая, что для неё снова приходит время бежать...

- Что ты видела, мама?

"Мама" Нел произнесла впервые. С запинкой. Вырвалось. Родная её мама, которая так никогда и не взяла её на руки, не обиделась бы. Гарда заменила её. Всегда была рядом. Сердцем, помощью, сочувствием и нежностью. Она подменяла свою сестру по духу, которая не смогла остаться с дочерью. И любила Нелли всем сердцем. Это было правильно и достойно. Она никогда не ждала за это ничего взамен. Но, вот же... Получила... Первое "мама" в жизни...

Гарда вздрогнула и ещё "глубже" спряталась в объятиях дочери. Нелли не отставала. Тормошила ведающую:

- Ну! Рассказывай! Может, помощь какая нужна? Кому?..

- Чем тут поможешь, девочка!- клонила голову Гарда.- Чем?

Плакала и покачивалась в руках Нел, баюкая своё горе:

- Разве испытание судьбы обойдёшь, Нелли? Нет!.. Тут только сам разумный или справится, или нет. От его решений будет зависеть всё.

Нел знала это. Спросила тихонько:

- Кто?

Гарда снова залилась слезами. Уткнулась ей в плечо. Понятно. Нел прижалась щекой к пушистой, пахнущей травами макушке ведающей. Качала её в объятиях и шептала, нежно, как колыбельную:

- Ну, и что, матушка? Ну, и что?.. Разве, скажешь, что я не готова? Не скажешь... Готова я ко всему. И уйти тоже... Признаюсь тебе, как ведающая ведающей: устаю я. Устаю... Бессмысленная моя жизнь какая-то. Кружение на одном месте. Вокруг одних и тех же людей. Или даже, одного... Устала я. Хочу оторваться от него и уйти. Любой ценой. Куда угодно... Хуже нет, когда твоё сердце намертво привязано к тому, кто не понимает сути любви.

Гарда всхлипнула, будто соглашаясь. Нел крепче обняла её:

- Не бойся. Я не боюсь. Бороться буду до конца... Я до последнего буду бороться, чтобы остаться с Мэй и всеми вами. А, если вдруг...

Нел запнулась. Но закончила. Сурово. Непривычно для себя:

- Если вдруг я не смогу остаться, вы все поможете Мэйлин. Я знаю. Я видела даже. Как бы ни было, она вырастет сильной и умной. Достойной и счастливой. Знала бы ты, как это утешает меня!