Измена. За границей дозволенного (СИ) - Райр Кара - Страница 14

О том, что мне нужно срочно убегать, как можно скорее, иначе я останусь здесь, как на цепи и он ни за что меня не отпустит. Я знаю его характер. За то, что он считает своим, будет биться до последнего и глотки всем перегрызёт. А я так и буду рядом, как собачонка, как собственность, с которой можно играть, сколько захочешь, а когда надоест, просто запереть дома и уйти к любовнице.

Всё это время Дмитрий слушал, стоя спиной ко мне. Я забыла, а вернее, даже не подумала, сказать ему обернуться, когда переоделась. А сделала я это ещё на половине своего рассказа. С другой стороны, когда он не смотрел на меня, я могла сосредоточиться на своих мыслях и рассказать всё без запинок.

Не скажу, что далось мне это легко. Пару раз ком так и подходил к горлу, когда я вспоминала пережитое, но всё же, я смогла. Даже сердце забилось сильнее, а пульс подскочил, будто я куда-то бежала, от чего аж запыхалась.

— Ну всё? Вы довольны? Это вся правда. Теперь мы можем идти? — спросила я ему в спину.

Он медленно повернул голову и когда убедился боковым зрением, что я переоделась, наконец, обернулся. Взгляд его потяжелел, брови слегка сдвинулись вниз, а лицо выражало беспокойство и настороженность.

Но в ответ я ничего не услышала. Он лишь кивнул в сторону двери и подошёл к ней.

Вот это было как-то уж больно неожиданно. Ни одного слова! Он что, такие истории каждый день слышит? Даже как-то обидно немного стало. Для меня трагедия, а для него будто пустой звук. Только лицо выдавало пару негативных эмоций, только и всего.

Ничего не понимая, я вышла за ним в коридор. Он подошёл к доктору. Видимо к тому, что принимал меня и осматривал, брал анализы. Дмитрий стал что-то объяснять на французском. Выслушав, доктор покачал головой и достал несколько бланков, на которых, как я поняла, попросил поставить подписи. Видимо отказ от претензий или что-то вроде того.

Быстро поставив свои подписи, Дмитрий пожал ему руку, развернулся, резко подошёл ко мне и взял меня под руку.

— Эй! — только и успела вымолвить я, когда он повёл меня вперёд.

— Не предавай нашу историю замужества иначе нас раскроют и ты останешься здесь, — в полголоса произнёс мужчина и я быстро покорилась.

Ускорила шаг и прижалась ближе к нему. Мне было всё равно, как это выглядит со стороны. Да, я замужняя женщина и сейчас шла непонятно с кем. С тем, кого совершенно не знала, но для побега мне пришлось. И пусть меня осуждают другие, но цель у меня одна и я должна скорее добиться её любыми способами. Если это поможет, то я это сделаю…

Мы вышли из больницы и направились на парковку. Я хотела было отпустить руку Дмитрия, но он прижал меня чуть сильнее, давая понять, что ещё не время выходить из образа.

Мы подошли к большому внедорожнику. Он открыл для меня дверь и наконец, отпустил. Я встала в ступоре. Перевела взгляд с автомобиля на Дмитрия, затем, ещё пару раз сделала так. Наконец, он не выдержал и заговорил.

— Садитесь, пожалуйста, Оксана. Я вам не сделаю ничего плохого. Я ведь вас привёз к госпиталь. Разве маньяк будет так делать? — вздохнул он, словно сказал что-то абсолютно очевидное для той, кто не понимает этого.

В принципе, он конечно был прав. Зачем ему было помогать мне, если бы у него в голове были грязные мысли? И всё же я сомневалась.

— Просто садитесь и я отвезу вас, куда скажете. А по дороге расскажу, кто я такой, в ответ на ваше откровение. Вы ведь наверняка хотите это знать, хотя вопросов таких не задавали… — он кивнул на машину.

Знать я действительно хотела. Всё это меня так завораживало, но я просто боялась самой себе признаться в этом. Ведь на уме у меня должно быть лишь одно - побег. А я успела поразмыслить кто он такой и как так получилось, что во Франции я столкнулась именно с русскоговорящим мужчиной. Не бывает ведь таких совпадений? Это невероятно.

Да и может ли быть хуже? Наверное, нет… Я кивнула и села на пассажирское сидение. Дверь захлопнулась, Дмитрий обошёл с другой стороны и сел на сидение водителя. Двигатель завелся и мы тронулись в путь.

Как только выехали с парковки, меня вдруг осенило. Времени почти не осталось, а мне нужно было забрать паспорт, который я планировала взять после похода в аптеку! Чёрт подери! Значит, прямо сейчас в аэропорт ехать нельзя…

Глава 21

Оксана

— Извините, но немогли бы вы отвезти меня в то место, где я вас встретила? — спросила я до того, как Дмитрий начал свой рассказ.

— А вы уверены, что вам туда надо? — он словно зрил в корень. Ну да, ну да, я же для него открытая книга, как он выразился.

— Надо, я планировала взять паспорт направляясь домой, когда столкнулась с вами. Он мне сейчас сильно нужен… — сказала я прямо.

Дмитрий покачал головой и включил поворотник.

— Слушайте, — сказал он. — Я руководитель международной некоммерческой организации «стоп рабство». Я занимаюсь обнаружением и вызволением рабов по всему миру.

Голос его был натянут и строг, он говорил не отвлекаясь от дороги.

— Что? Какое ещё рабство? — удивилась я.

Никогда не слышала о таких организациях. Это очень заинтересовало меня. Дмитрий какой-то филантроп, получается?

— Сексуальное рабство, рабочее рабство и все, что на свете бывают, — пояснил он. — В том числе что касается детской эксплуатации. Вы же слышали по новостям о работорговле? Это далеко не пережиток прошлого. Дело это процветает и по сей день. Конца и края нет…

Дмитрий слегка разочарованно выдохнул. Говорил он чистую правду, я чувствовала это. Чувствовала его боль, которая так и врезалась мне в душу через слова, которые он произносил. Сразу видно, что он именно что работает на благо беззащитных людей, в этом сомнений у меня не было. Не может человек так искусно врать, что в каждом его слове чувствуется боль, тревога и забота о других.

— То есть как? Действительно? Нет, я конечно же слышала об этом. Когда что-то типа мафии притворяются модельными агентствами и втягивают молодых девушек в рабство, да…

— Не только модельными агентствами, — перебил меня Дмитрий. — Эти уроды каких только схем не придумывают. Вот с ними я всю жизнь и борюсь.

Дмитрий был немногословен. Видно, что он переживал за судьбу каждого, кому не повезло быть втянутым в это бесчеловечное дело… Я понимала, что расспрашивать подробности будет не очень красиво, но любопытство съедало меня изнутри, да и ехать нам нужно было ещё минут тридцать, как он сказал, по этим пробкам. Поэтому я осмелилась осторожно спросить.

— Всю жизнь? Но… как вы к этому пришли? Это ведь должно быть довольно опасно…

— Вы правы, Оксана. Опасно. Но у меня поддержка ООН и спец.служб разных стран. С Интерполом много работаем… Опасно, — повторил он, — но кто будет делать это, если не я? Не могу я спокойно жить, когда миллионы людей страдают, а я, имея возможность помочь, буду ничего не делать. Не в моих это принципах…

Он сделала паузу и пока я не успела задать очередной вопрос, добавил.

— Когда спас очередного человека, мужчину, женщину и уж тем более, ребёнка, когда они искренне благодарят тебя, никаких денег не нужно. Душа просто ликует и я чувствую себя самым счастливым человеком на свете. Они порой обнимают меня по часу и без остановки благодарят. Этой благодарности достаточно для того, чтобы я не спал сутками и работал на износ… Даже если за месяц я спасу одну жизнь, все недосыпы и нервные срывы того стоят, — закончил он.

А я погрузилась в свои мысли. Это невероятно. Такой человек, с такой огромной, душой… По сравнению с Пашей он просто ангел во плоти…

Паша работает только ради себя и только прикрывается красивыми фразами, что это «для нас», «для нашего будущего». Теперь-то я уверенна в этом на сто процентов. Никогда он не хотел ничего общего со мной. Я была лишь игрушкой, с которой он проводил время, потому что я была очень удобна для него и безумно любила.

Конечно, кому не понравится, что его безумно любят? Никому. Всем нравится быть любимым и обожаемым. Блин, ну какой же дурой я была…