Миссия - Смит Уилбур - Страница 132

– Ко мне! – крикнул он, и воины построились. По следующему приказу они подняли щиты и дружно ударили по двери; та распахнулась. Девушки сидели на полу в главном проходе храма, их охраняли четыре жрицы в черном. Одна из них, высокая, средних лет, с лицом, изуродованным оспой, подняла золотой амулет, который держала в правой руке, и направила его на Мерена.

– Берегись! – крикнула Сидуду. – Это Нонгаи, могучая колдунья. Она может сжечь тебя своим волшебством!

Фенн, у которой стрела уже лежала на тетиве, не стала колебаться. Одним гибким движением она натянула лук и выпустила стрелу. Та пролетела по проходу и ударила Нонгаи в грудь. Выронив амулет, жрица упала. Три другие разбежались, как испуганные крысы. Фенн выстрелила еще дважды и уложила всех, кроме последней, которой удалось добежать до маленькой двери за алтарем. Она уже пыталась ее открыть, когда Сидуду всадила ей стрелу между лопаток. Женщина осела на пол, оставляя кровавый след на камне. Почти все девушки в храме кричали. Многие натянули одежды на головы и в ужасе жались друг к другу.

– Поговори с ними, Сидуду, – приказал Мерен. – Успокой.

Сидуду подбежала к девушкам и стала поднимать их.

– Это я, Сидуду. Вам нечего бояться. Это хорошие люди, они пришли спасти вас. – Она заметила Джингу. – Помоги мне, Джинга! Помоги привести их в чувство.

– Фенн, отведи девушек к лошадям, пусть садятся верхом, – велел Мерен. – Троги могут напасть в любое мгновение.

Девушек увели из храма. Некоторые все еще плакали и выли, их силой приходилось сажать в седла. Мерен обращался с ними безжалостно, а Фенн даже ударила одну по лицу и закричала:

– Садись в седло, дура, не то мы оставим тебя трогам!

Наконец, когда все сидели верхом, Мерен приказал:

– Вперед галопом!

Он тронул ногами бока Дымки. С ним на лошади, цепляясь за него и друг за друга, сидели две девушки. Наконто и Имбали держались за кожаные поводья лошади Фенн, которая несла их. За Сидуду устроилась Джинга, а перед ней – еще одна беглянка. На всех прочих лошадях также сидели по две-три девушки. Тяжело груженные лошади проскакали по лужайкам храма в холмы и к дороге на Китангуле.

На лесной тропе их поджидали троги. Пять больших обезьян вскарабкались на деревья и спрыгнули с веток на проезжавших всадников. В то же время из подлеска с ревом показались остальные. Они прыгали на всадников или пытались мощными челюстями схватить лошадей за бока.

Наконто держал в правой руке короткое колющее копье; тремя ударами он убил трех чудовищ. Мерен и Хилто рубили мечами, воины, следовавшие за ними, пришпорили лошадей и присоединились к схватке. Но троги были бесстрашны и упрямы и дрались яростно. Даже тяжело раненные или умирающие, они не сдавались. Двое напали на Дымку, чтобы впиться ей в бока. Серая кобыла нанесла два мощных, точных удара копытами. Первая обезьяна упала с разбитым черепом, вторая получила удар под челюсть, который сломал ей шею.

Одну из девушек стащили с седла Хилто, и трог в один укус разорвал ей горло, прежде чем Хилто разрубил ему череп. К тому времени как Наконто пронзил копьем последнего трога, многие лошади были покусаны, одна настолько серьезно, что Имбали пришлось избавить ее от страданий ударом топора по голове.

Снова построились, выехали из долины и, достигнув развилки, повернули на восток, к горам и Проходу Китангуле. Ехали всю ночь, а поутру увидели над равниной облако пыли. До полудня догнали хвост длинной плотной колонны беженцев. Тинат ехал позади и, едва завидев их, галопом поскакал назад, им навстречу.

– Добро пожаловать, храбрый Камбизес! – крикнул он. – Вижу, ты спас девушек.

– Тех, кто выжил, – подтвердил Мерен, – но им пришлось нелегко, и они почти выбились из сил.

– Мы найдем им место в повозках, – пообещал Тинат. – А что ты и твой отряд? Пойдете с нами из Джарри или решили дождаться старого мага?

– Ты сам знаешь ответ, доблестный Тинат, – ответила Фенн, опередив Мерена.

– Тогда давайте прощаться. Благодарю за храбрость и за все, что вы для нас сделали. Боюсь, мы больше никогда не встретимся, но я горжусь своей дружбой с вами.

– Доблестный Тинат, ты неисправимый оптимист, – улыбнулась Фенн. – Так легко ты от нас не отделаешься. – Она подъехала на Вихре и поцеловала военачальника в усатую щеку. – Когда встретимся в Египте, поцелую в другую, – пообещала она и повернула лошадь, оставив Тината в приятном смущении.

Теперь они превратились в маленький отряд – три женщины, трое мужчин. Наконто и Имбали на сей раз предпочли ехать верхом, и для них нашлись запасные лошади.

– Куда? – спросила Фенн у Мерена, подъезжая к нему.

– Поближе к горам, насколько позволит безопасность, – ответил Мерен. – Когда Таита вернется, нужно будет быстро отыскать его. – Он повернулся к Сидуду, ехавшей с другой стороны. – Не знаешь поблизости место в горах, где мы могли бы укрыться?

Она ненадолго задумалась.

– Знаю. Есть долина, где мы с отцом собирали грибы. Мы ночевали в пещере, о которой мало кто знает.

Вскоре на западном горизонте поднялись сверкающие белые вершины трех вулканов. Огибая Мутанги, все с невысокого холма, на котором когда-то охотились на кабана, смотрели вниз, на пепелище. До них доносился запах горелого дерева и плоти. Повернув на запад, к горам, все молчали.

Долина, о которой говорила Сидуду, лежала в предгорье. Скрытая деревьями и складками местности, она была не видна, пока не подъедешь. Здесь росло довольно травы для лошадей и журчал ручей. Пещера оказалась сухой и теплой. В расщелине в глубине пещеры семья Сидуду оставила две побитых кухонных кастрюли и другую утварь, а также связку сухих дров. Женщины приготовили ужин, и все собрались у костра.

– Здесь достаточно удобно, – сказала Фенн, – но далеко ли мы от крепости и дороги в Облачные Сады?

– Шестью-семью лигами севернее, – ответила Сидуду.

– Хорошо, – сказал Мерен, набивший полный рот мяса. – Достаточно далеко, чтобы оставаться незамеченными, но достаточно близко, чтобы быстро найти Таиту, когда он спустится.

– Я рада, что ты сказал «когда», а не «если», – негромко заметила Фенн.