"Фантастика 2025-104". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 1525

Глава 12

Придя домой и наспех скинув сапожки и пальто в прихожей, я потрепала за ухо прыгающего около меня довольного Мухтара. Это был шкодливый и очень забавный пес-подросток, кажется, один из многочисленного потомства овчарки Найды, с которой мы когда-то, притаившись с внутренней стороны двери, думали: впускать или не впускать таинственного незнакомца. Со шкодливым псом Мухтаром мы сразу подружились. Было в нем что-то, напоминающее мне о детстве: может быть, потому что Мухтаром звали щеночка, которого когда-то мой братец Димка попытался избавиться, так как ему попросту надоело вставать рано каждый день и вести собаку на прогулку.

Найда прожила долгую и счастливую жизнь в этой большой коммунальной квартире. Когда она умерла, хозяева — родители тогдашней Егоркиной «невесты» Ирочки плакали несколько дней. Рыдала и сама Иришка, и даже Егорка, на тот момент уже парень-подросток, всхлипывал, запершись в ванной, чтобы его никто не видел.

Мухтар довольно развалился на полу кверху пузом, предлагая мне его почесать.

— Как ты думаешь? — спросила я, гладя собаку и глядя в ее довольные и абсолютно счастливые глаза. — Звонить? Или уже поздно?

Пес лизнул мою руку и ожесточенно забил хвостом.

— Вот и я думаю, — согласилась я. — Уже поздно. Потерпим до завтра. Я тебе, кстати, кое-чего принесла.

Обрадованный Мухтар потрусил на кухню. Я вывалила ему в плошку мясные обрезки, которые частенько забирала из столовой, и, вернувшись в комнату, призадумалась. Что же делать? Пока совершенно никаких зацепок. Милиция, конечно, ищет, но искать она может очень долго. Можно, конечно, позвонить Сонечке — с ее связями она запросто может сделать так, что поиски ускорятся. Уже не раз она выручала меня. Однако на часах уже около девяти вечера. А встала Софья, наверное, около шести, чтобы успеть к восьми часам приехать в свой отдел с окраины города. Не буду, пожалуй, ее сегодня беспокоить. Пусть спокойно спит. И так она у нас как палочка-выручалочка — то одному поможет, то другому…

Взгляд мой задумчиво блуждал от окна к стене и обратно. Тут я краешком глаза заметила фото, которое висело над кроватью. Оно было сделано в далеком 1956 году. На нем была запечатлена большая компания ребят, человек шесть, не меньше. В центре ее две девочки с прической «бабетта» на головах и в ярких коротеньких платьях в горошек чокались бокалами с коктейлем. Их имена я, к сожалению, не помнила — столько лет прошло! Да и виделись мы всего пару раз. Слева стояла я, держа за руку улыбчивого симпатичного парня. Это Иван, парень с завода, с которым я тогда встречалась. А справа в вальяжной позе стоял красавец с надменным видом, высокой прической, в узеньких брюках и ботинках на странной подошве, чем-то смахивающий на Алена Делона, небрежно обнимал за талию мою подругу Лиду. Весь его вид словно говорил: «Ты, малышка, хороша, но таких у меня… А впрочем, вечерок скоротать можно».

Как молоды мы были, как искренне любили… Не все, правда. Вот этот лощеный ловелас вряд ли способен кого-то искренне любить.

Вдруг на ум мне пришли слова Андрея о каких-то странных друзьях, которые в последнее время появились у его супруги. Друзья, которые странно одеваются, говорят «не по-нашему» и необычно себя ведут…

А что, если снова прыгнуть в прошлое? Только уже из семидесятых в пятидесятые? Я вынула из рамки фотографию, положила ее в книгу, чтобы не помялась, и положила книгу в сумку.

На следующий день, едва дождавшись, пока закончатся уроки (будто бы я школьница-двоечница, а не примерный советский преподаватель), я помчалась на Кутузовскую набережную. Точного адреса я не знала, но очень надеялась, что найду нужную квартиру по памяти.

Сам дом не найти было трудно — он издалека привлекал внимание. Уже на подходе было видно, что живут тут не рабочие и колхозницы. К подъезду нужно было пройти по ухоженному дворику, в котором чинно прогуливались хорошо одетые женщины и мужчины. Мужчины были одеты в явно не советского пошива одежду, дамы были в шубах. Тут текла совсем другая жизнь — размеренная, сытая, богатая… Все вокруг будто говорило: «У нас все отлично!»

Эти женщины не вставали спозаранку, чтобы успеть отвести детей в школу или садик и прибежать к началу смены на завод, не считали рубли до зарплаты и не откладывали на новое пальто. Они просто шли в магазин и покупали его. Они не становились после работы к плите, не стирали вручную одежду, не ночевали летом дикарями в палатках… Тут жила элита.

Я на миг представила себе обычный день такой дамы — супруги кого-нибудь из партийного аппарата или прочей элиты. Просыпалась она, наверное, не раньше десяти утра, приводила себя в порядок в в роскошной ванной, неспешно просматривала прессу, запахнув дорогой шелковый халат и поедая завтрак, приготовленный старательной домработницей. Детей в ведомственный детский садик или хорошую школу отвозил, скорее всего, личный водитель. Маникюр, педикюр и прочие дамские радости тоже можно было позволить себе делать на дому — финансы позволяли.

В холле меня встретил суровый мужчина. Нет, не седовласый дядечка-охранник, разгадывающий сканворды и пересматривающий по сотому разу у себя в подсобке все серии «Глухаря» и «Убойной силы». Он не отбывал срок на рабочем месте, не поглядывал от скуки на часы в ожидании окончания смены, а строго выполнял свои обязанности. Этот человек явно понимал, на каком он месте, кого охраняет, и не хуже теперешних бойцов спецназа знал, как нужно действовать в случае чрезвычайных ситуаций. Мимо такого не то что грабитель не пройдет — муха без пропуска не пролетит. Готова поспорить, что у него и оружие при себе имеется. Под такой охраной точно можно спать спокойно, не боясь никаких воров и грабителей.

— Здравствуйте! — вежливо поздоровался он со мной, просканировав взглядом. — Вас ожидают?

Серые холодные глаза охранника внимательно смотрели на меня. Наконец я собралась с духом и спросила:

— Извините, пожалуйста, а Лео… то есть Леонид тут живет?

— А какая у него фамилия?

— Я не знаю.

— Тогда в какой квартире? — уточнил мужчина.

Манеры его были безупречными, взгляд — доброжелательным, но я четко сознавала, что соврать и проскочить мимо под выдуманным предлогом вроде: «Я к подружке, она из шестьдесят второй квартиры» точно не получится. Мигом позвонят в квартиру и уточнят. И тогда мне точно не поздоровится. Да и не помню я уже, какие тут квартиры… Лет двадцать почти прошло с тех пор, как мы с Ваней, Лидой, ее тогдашним ухажером Лео и другими ярко одетыми пацанами и девчонками отплясывали «атомный» и пили коктейли… А еще тогда мы первый раз поцеловались с Ваней в укромном уголке роскошно обставленной квартиры, возле окна, из которого открывался шикарный вид на вечернюю Москву пятидесятых.

— Ну, она такая большая, хорошая, — как школьница, застигнутая на месте шалости, принялась я сбивчиво бормотать. Мужчина, очевидно, сразу понял, что я — незваная гостья. Лицо его потихоньку стало терять первичную приветливость.

— Товарищ, тут все квартиры такие. Других нет, — нахмурившись, сказал он. — Если помните, скажите номер квартиры или телефона жильца и цель Вашего визита, я позвоню и сообщу, что Вы пришли. Если нет — прошу прощения, больше ничем помочь не могу. Всего доброго! — и он жестом указал мне на дверь.

Чувствуя себя униженной, я с отвратительным настроением я вышла на улицу. Последняя зацепка оборвалась. В надежде непонятно на что я еще больше часа слонялась по дорожкам дворика. Вышедший покурить охранник уже начал косо посматривать на меня, да и небо стало потихоньку темнеть — зима, световой день короткий. Махнув рукой, я пошла к метро. Сильно похолодало, и я вытащила из кармана собственноручно связанные варежки. Сейчас надену, и сразу станет теплее.

— Девушка! Девушка! — вдруг окликнули меня.

Я обернулась. Широким шагом ко мне шагал мужчина лет сорока.

— Про-оездной обронили! — протянул он мне карточку. Видимо, я ее выронила, пока варежки доставала. Вот растяпа!