Скрепы нового мира (СИ) - Дмитриев Павел В. - Страница 55

В процессе нет ничего принципиально нового: математика на уровне семнадцатого-восемнадцатого века, то есть, вполне доступная для расчета с помощью бумажки, карандаша и логарифмической линейки. Да и сами по себе свечи науке вполне известны, хотя, почему-то, используются исключительно в Японии.*

Практический эффект от всего этого шаманства... прямо скажем, сомнительный. То есть, хорошо запомнив график Dow справа налево, я мог предсказывать будущее более-менее достоверно. Без послезнания, или слева направо, получалось намного хуже. Наши трейдеры не устают хвастаться своими небывалыми успехами в торговле по новой системе, однако я-то знаю точно - без задумчиво-необязательных рекомендаций "гуру" они бы наломали немало дров, то есть, загнали кучу позиций в убыток.

Основная проблема, как водится, обнаружилась в головах. Жизнь и наставники долгие годы вбивали в подкорку трейдерских мозгов непреложную аксиому: "продажа без покрытия годится только для коротких спекуляций". Вечная позиция в шорте им кажется совершенно противоестественной, на каждом падении они ищут точку, в которой нужно перевернуться, откупить акции, открыть лонг. Мне едва ли не каждый день приходится тыкать пальцем в подходящие для падения паттерны. С одной стороны смешно, с другой - получается вполне обоснованно, технический анализ страшно удобен для манипуляций, в одной и той же картинке несложно отыскать подтверждение любого движения цены.

Вид ситуационного зала произвел запланированный der Wow-Effekt. Более того, в точку попали первые же слова фотографа:

- Scheisse! Герр Кирхмайер, вы гений, вы обогнали весь мир на сто лет!

"Только на пятьдесят", - хотел возразить я, да вовремя одумался, надавил на страшно модный в Германии патриотизм: - Мы, немцы, всегда умели привести в правильный порядок хоть цифры, хоть чувства.

- Не то что бойкие ребята по ту сторону океана, - с лету подхватил нехитрую мысль журналист.

- Дураки и деньги должны расстаться, - добавил я глупого пафоса. - Математический порядок Эber alles!

Выслушав признательный смех я продолжил экскурсию:

- Как вы знаете, цены на фондовом рынке двигают люди, а значит, прогнозирование будущего теснейшим образом связано с человеческой психологией. К моему великому сожалению, эта область исследована немецкими учеными совершенно недостаточно. Однако есть все основания предполагать, что усредненная реакция продавцов и покупателей на изменение рыночной ситуации имеет тенденцию повторяться раз за разом, паттерн за паттерном.

- Золотое дно! - сдавленно просипел фотограф.

- И вы готовы рассказать... - с опаской вторил ему журналист, не забывая при этом выводить быстрые каракули в своем блокноте. - Нам? Всем?!

Самое время поиграть в благородство:

- Я не считаю себя вправе обогащаться в одиночку в такое трудное для нации время!

Выпущенный через несколько дней специальный номер "Экономики за неделю" взорвал околобиржевой мирок как "Толстяк" - Нагасаки. Объяснение выдающихся успехов Quantum Leap на фоне стремительно сползающего на последнее, сорокабаксовое дно Dow вышло... чересчур эффектным. Фотографии "паттернов теханализа" свели с ума привыкших к скудной меловой доске инвесторов и брокеров. На нас мешками посыпались мольбы, проклятья, предложения последних ста марок в управление и ультимативные требования миллионных пожертвований. Телефоны звонили не замолкая ни на минуту; полиция выставила охрану на входе в офис.

Спасение от напасти пришлось искать в "полном" раскрытии секретов фирмы. Самым простым способом - выступлением в зале Кролль-оперы с лекцией "об анализе ценных бумаг по методу герра Кирхмаера". Билеты продавались в пользу безработных Берлина, невероятно дорого, от ста до пятьсот марок за место. Все равно случился полный аншлаг. Спекулянты-неудачники, они же будущие, завязшие в неудачно купленных акциях инвесторы, не только заняли все кресла, но и толпились в проходах. Многие стенографировали и фотографировали. После основного доклада - почти три часа мучили меня провокационными вопросами.

Легче не стало - обсуждение нюансов биржевой игры выплеснулось на страницы бульварных газет, которые, наплевав на преддверие мартовских президентских выборов, безжалостно выкинули с первых страниц грызню политиков. Возможность гарантированного современной наукой обогащения захватила публику. Предостережения и призывы к осторожности оказались тщетны, кажется, в какой-то момент моя известность переплюнула самого Гинденбурга.

В попытке хоть как-то удержать ситуацию под контролем, я занялся троллингом - запустил в бурлящий котел новостей не менее полудюжины чудесных "уток". Первая, и самая безобидная, приводила нерушимые доказательства того, что я внебрачный сын шефа 13-го гусарского Нарвского полка и одной из русских великих княжен. Сам шеф, он же благополучно здравствующий в Голландии экс-кайзер второго рейха Вильгельм II, комментарием сие откровение не удостоил. Недовзрослые обыватели кинулись обсуждать сей казус в кнайпе, биргартены и прочие бройхаусы, серьезные люди покрутили пальцами у виска.

Так и повелось. Дешевые писаки таблоидов буквально упивались разоблачением старой развесистой клюквы и придумываем новой, еще более невероятной, кислой и ветвистой. С каждым апдейтом ситуация вокруг прошлого, настоящего и будущего Quantum Leap становилась все смешнее, а потому - безобиднее. Любой рассказ о моем прошлом вставал вровень с предыдущими двумя дюжинами версий, будь он по-настоящему правдивый - ничего бы не изменилось, в числе прочих, был бы немедленно осмеян и объявлен досужей выдумкой. Единственное, что меня по настоящему заботило - нарастающее недовольство горе-спекулянтов, расстроенных постоянными проигрышами "по системе Кирхмаера".

Выручили стервятники с Wall Street. Где-то месяц спустя после моей презентации, они сообразили, что услуга "построения графиков" более чем востребована и может продаваться за немалые деньги. Патентов же на свое изобретение глупый немец-филантроп не оформил, значит - его можно грабить. Шумиха вокруг Quantum Leap как по волшебству затихла, неожиданно выяснилось - все придумано до Кирхмаера! Более того, система торговли "по свечам" уже давно доступна в крупных брокерских конторах Нью-Йорка, Чикаго, Лондона, Берлина и прочих столиц. Плати за сервис "смешную" сотню баксов в месяц и разглядывай, пока не надоест, увешанные цветными ленточками стенды.

Кто другой может и обиделся бы, а мы с Сашей на радостях закатили для себя и преимущественно женского коллектива роскошный корпоративчик на третьем этаже Кафе Йости, что на Фридрих-Эберт-штрассе. Кроме прочего - отметили превращение скромной трейдерской компании Quantum Leap в респектабельный паевой фонд Quantum Fund. Шаг не столько выгодный - лишняя ответственность не привлекала ни меня, ни Александру, сколько вынужденный - ближе к маю 1932 года нашим управлением собралось примерно три миллиона долларов своих денег и чуть более десяти миллионов средств пайщиков, размещенных у нас под двадцать процентов от прибыли.

Жить бы да радоваться... в огромной бочке меда нашлось ведро дегтя. Всего одно, но дегтя не простого, а красно-бело-черного.

Для вмешательства в политические процессы оказалось категорически недостаточно одних лишь денег, понадобились люди и время. Или, хотя бы, только время. Если бы мы смогли идеологически давить Гитлера и НСДАП с 26-ого года! Да черт с ним, с 26-м, справились бы и в 29-ом. Завели нужные связи, профинансировали полезных политиков и партии, сняли кинофильм, купили радиостанцию и две-три массовые газеты.

Поздно!

Слишком поздно. Весной 1932 года останавливать миллионами марок, долларов или фунтов рвущегося к абсолютной власти Гитлера - все равно что кидать гальку в накатывающую на берег волну.

Последним предупреждением для нас с Сашей стали выборы президента Германии. Они состоялось 13 марта, точно так же, как и в истории старого мира. Результат вышел... слегка иной. Пауль фон Гинденбург победил в первом туре, набрав 51,2 процента.** Адольф Гитлер - вытянул 32 процента. Последний призер гонки, товарищ Тельман, едва перевалил за 10. То есть, цифры на пару процентов изменились в ту или иную сторону, второй тур не понадобился, но не более того.