Льдинка - Варго Александр - Страница 19

«Ты знаешь, чем рискуешь?» – прямо спросил он.

«То есть?» – не понял Дильс.

Майор сипло вздохнул, выдавая в себе то ли астматика, то ли заядлого курильщика, и сказал:

«Ты слышал про советскую экспедицию, пропавшую два года назад?»

Дильс утвердительно кивнул. Тогда об этом трубили все газеты.

«Так вот, они не пропали. Их нашли в какой-то пещере, все мертвые. Восемь человек, сваленные, как куча тряпья. Причем неясно, отчего они умерли. Но интересно другое. Все те, кто находился в этой пещере, все, один за другим отдали богу душу в течение месяца. Улавливаешь? Я не пугаю, просто излагаю факты, товарищ Дильс».

От Дильса не ускользнуло, что его имя майор выговаривал с едва скрытым пренебрежением, но он привык не обращать на это внимания.

«Далее, – продолжал Лукашин, вытирая лоб не очень свежим платком. – Загадочно исчезает норвежская экспедиция. Они получили разрешение на какие-то исследования, хотя, на мой взгляд, чего там искать? Голые скалы и камни, вот и все. Вроде они что-то нашли и сообщили об этом прессе, но ЧТО именно – не говорилось. Хотели, б…дь, сюрприз сделать? Сделали. У них было два самолета, и был подан сигнал, что они вылетают». Майор показал Дильсу два внушительных кукиша, и тот непроизвольно отметил на тыльной стороне ладони чекиста вытатуированный якорь.

«Вот так. Ни вертолетов, ни людей, ни находки, едрить его за ногу. Смотрим дальше. На этом острове есть круглогодичная станция, принадлежащая Чили. Однажды оттуда поступил сигнал SOS, на остров немедленно отправили самолет. Результат аналогичный предыдущему», – в лицо Дильса снова уставились знакомые фиги.

«Так что смотри в оба, – подытожил майор. – Ты коммунист, сознательный, идеологически подкованный советский человек, ветеран войны, но я просто обязан предупредить тебя, что с этим островом не все гладко. Сказать откровенно, просто паршиво», – с этими словами Лукашин протянул Дильсу свою крупную ладонь.

Дильс вежливо пожал ее и быстро ушел. Он даже не задавался вопросом, стоит ли пересмотреть свое решение лететь на остров Усопших. Страна доверила ему ответственное дело, и он справится с ним. Он даже не задал майору, казалось бы, такой очевидный, напрашивающийся вопрос: «Почему бы не забыть об этом острове, раз там происходят такие необъяснимые вещи?» Ответ лежал на поверхности. Если они сдадут позиции, желающих разместить на острове свои зимовки будет ой как много. А русские не привыкли сдаваться.

«Вер…лет», – вдруг едва слышно выдохнула Злата, и Дильс ощутил неприятный холодок – только сейчас до него дошло, что странные огоньки и шлейф, похожий на сложенные воедино пряди паутины, произрастал именно с того склона, где находился их вертолет.

Лана шла уже минут десять, но никаких признаков, что она вышла на дорогу, не наблюдалось. За те несколько часов, пока они находились дома, снега выпало столько, сколько не выпадало за все время их пребывания здесь, и девушку снова начала охватывать всеобъемлющая паника. Больше всего угнетало отсутствие света – и без того слабо светившая луна (хотя совсем недавно она сверкала, как надраенная пряжка новобранца) скрылась за облаками, и она брела наугад, со всей отчетливостью осознавая, каково живется слепым. Она старалась не думать о бесследном исчезновении дома и, самое главное, друзей, поскольку не без оснований подозревала, что чем больше сейчас она будет пытаться найти рациональное объяснение происшедшему, тем более у нее шансов сойти с ума. И еще холод. Густой, обволакивающий холод, который, казалось, проникал везде и всюду, обжигая своим колючим дыханием. Шапки и перчаток не было – они остались дома. Но если голову худо-бедно грел капюшон куртки, то рукам явно приходилось туго, и пальцы медленно, но верно деревенели, даже дыхание мало помогало.

Лана посмотрела наверх, намереваясь отыскать знакомые созвездия. Но небо, словно насмехаясь над бедной путницей, было сплошь затянуто темной пеленой, сводя на нет возможность разглядеть что-то в этой кромешной тьме.

Совершенно некстати Лане на память пришел один фильм, который они недавно смотрели с Антоном. Он назывался «Ловец снов», по одноименному роману Стивена Кинга, о пришельцах, намеревавшихся в очередной раз (разумеется, безуспешный) завоевать Землю. Фильм был так себе (произведения Кинга довольно сложно экранизировать), но один эпизод врезался ей в память. Дело было зимой, два друга на снегоходе ехали по лесу в сторону своего дачного домика, как вдруг на их пути оказалась женщина. Она сидела прямо посреди дороги, на снегу, в полной неподвижности. Чтобы избежать столкновения с ней, снегоход совершил опасный маневр, в результате чего перевернулся. И тогда показали крупным планом лицо этой замерзшей женщины. Одутловатое, с тупым, ничего не выражающим взглядом, покрытое инеем, сопли под носом превратились в мутные сосульки.

Потом выяснилось, что внутри этой бедолаги росла какая-то тварь, вроде как в «Чужих», но сейчас Лана даже не вспоминала об этом, это было вторично. Перед ее глазами маячило белое, застывшее, обмороженное лицо с остекленевшими глазами, и, как ни старалась, она не могла прогнать от себя этот образ.

«Ты станешь такой же, – всплыл в сознании чей-то мерзкий шепот. – Ты знаешь, как это происходит… ты закрываешь глаза, и тебе кажется, что все позади и ты находишься в теплой комнате… веки смыкаются… ты засыпаешь…»

– Замолчи! – с беспомощной яростью закричала Лана в темноту, поднеся ко рту покрасневшие кулачки. Она с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться. Где же дядя Женя? Где Янка, Антон? Тима? Почему ее все бросили?!

Она решила звать на помощь, так как убеждала себя, что их продолжают искать даже ночью. Но только она открыла рот, как вдруг увидела прямо перед собой два громадных сугроба. Лана перевела дыхание и подошла к ним вплотную, боясь поверить, что она нашла снегоходы. Она осторожно, почти с любовью стряхнула рукавом снег и облегченно вздохнула – точно, это были они, два «Бурана».

Да, она нашла их, но вот только какую пользу она сможет извлечь из этого? Лана пока не знала, но все равно мысль о том, что она рядом со снегоходами, придавала ей некую уверенность. Она стала очищать машины от снега, как вдруг вздрогнула, замерев на месте. Нет, ей показалось… Или нет? Странный звук послышался снова, на этот раз более отчетливо, и Лана с ужасом поняла, что это за звук. Волчий вой, вот что это.

Пальцы словно случайно коснулись ледяной поверхности зажигалки, которая лежала у нее в кармане. Она с удвоенным рвением принялась очищать «Бураны», лихорадочно раздумывая, где у них бензобак. Огонь. Вот что ей нужно, огонь.

Проснувшись, Тима долго не мог понять, где он. Почему-то ему казалось, что он давно вернулся в Москву и находится у каких-то знакомых. Вот только мебель тут какая-то странная… да и вообще, ни у одних его знакомых дома нет такого оригинального интерьера. Наконец он сел в кровати, вспомнив вчерашние события. За окном забрезжил рассвет, нежно-лиловый, как нераспустившийся бутон розы. Тима растолкал друзей и стал одеваться. В соседней комнате уже слышались голоса, к которым примешивался мерный рокот генераторов, исправно снабжающих их теплом.

Яна была мрачнее тучи и не изъявляла особого желания разговаривать. Она молча умылась в скромном жестяном умывальнике, долго раздумывая, стоит ли воспользоваться мылом, которое явно не внушало ей доверия, – маленькое, липкое, серо-желтого цвета. Она вспомнила, что такие иногда встречались в поездах дальнего следования, особенно в плацкартных вагонах. Впрочем, выбирать особо не приходилось, и Яна со вздохом принялась намыливать руки, лоб и щеки. А когда она собралась все это смывать, к ней неожиданно подошел Константин и как ни в чем не бывало закрыл кран.

– Эй, подождите! – сказала Яна с возмущением, хотя в голосе четко проскальзывали нотки растерянности. – Я не закончила!

– Лимит, – холодно улыбнулся Костя. – Такими темпами ты всю воду израсходуешь.