Рациональное зерно (СИ) - Хохряков Анатолий "Seniortук" - Страница 24

– Разговаривая с тобой я понял, что ты серьёзно намерен делать Мешок безопаснее для людей? – полувопросительно обратился ко мне Арни.

– Да, это так. Тем более вы мне поведали много важных вещей, до которых я додумался ранее. Ведь это логически вычисляется, иначе вечный дождь давно бы смыл все коммуникации и фундаменты домов.

– Тогда мы нанимаем тебя ещё на месяц, поможем доработать твою амуницию и обучим нашим премудростям. Согласен вступить в игровой союз, тем более ты подходишь по всем параметрам, – сделали мне второе предложение за первую неделю пребывания в Мешке.

– Я не хочу быть в прямом подчинении и на побегушках, просто не выдержу, психика не даст, но на правах свободного стрелка без проблем, – согласился я. – Тем более наши планы совпадают. О ваших секретах я буду молчать, а дневник будет спрятан так, что никто не найдет.

– Пусть будет так, но мы обязательно поговорим об этом позже, – согласился янки.

Впереди ждала ещё одна охота и заслуженная награда за хорошо проделанную работу. Только проблемы с чужим эго никуда не денутся, пока я не состою на официальной службе у какой-нибудь силы. Игровики не в счёт, их немного, но они серьёзная сила, которая никуда не лезет без причины. Когда разберусь со своим недоразумением, тогда можно думать об полноценном участии, а мне сразу вспомнились строки.

Давно уже заснуть не может весь дом.

Прошел слушок, что дьявол водится в нем.

Любит он танцевать и мешает всем спать он порою ночной.

Закрыв глаза, ты забегаешь в подвал.

Желая видеть, где же он танцевал.

Ты почти уже спишь, но устало глядишь, кто же это такой.

Проснись и ты разглядишь танцующую мышь,

Фанатика блестящие глаза.

Ее ты можешь добыть, схватить, поймать, убить.

Но знай, остановить ее нельзя.

Ее ты можешь добыть, схватить, поймать, убить.

Но знай, остановить ее нельзя

Канцлер Ги. Танцующая Мышь.

Глава десятая. Обычный переговорный процесс.

Движение – это жизнь, не помню кто сказал крылатую фразу, но в условиях Мешка она являлась правдивой на все сто процентов. Экипаж машины боевой выехал за три часа до заката, вознамериваясь поохоться на удобной площадке перед фортом, практически в полосе отчуждения. Камней много не бывает, а после пополнить боезапас у местного торговца, гильзы сами из воздуха не материализуются.

– А бракованные куда уходят? – спросил у Дворфа я, помятую осведомлённость крафтера по всем техническим вопросам.

– На переплавку и отливку новых, имеются умельцы, собравшие цех для производства, – загадочно улыбнулся пулемётчик.

– По факту вы постоянно увеличиваете боезапас за счёт трофейных патронов со всякого отребья в кварталах, а также покупая у торгового союза? – уточнил очевидную вещь у представителя игрового союза.

– Ага, – коротко согласился Дварф.

– Главное торговцы в курсе ситуации, но бизнес не должен простаивать, а камней наши боевые группы приносят на порядок больше остальных старателей, – добавил Арни. – Готовься, работаем, как позавчера.

– Принято, – ответили одновременно все члены группы по радиочастоте.

Пересекая редкие открытые пространства Гринч по привычке, увеличивал скорость, но было понятно, что засады на путников в подобной ситуации организовывают только твари Мешка. Например, нас трижды пытались расплющить автомобилем, бетонной плитой и мусорным контейнером. Если бы не чутьё Арни, подобное имело право на успех, но своевременные ускорения или торможения автомобиля с последующими короткими очередями по жёлтым карликам решали проблему свободного проезда, а свиту телекинетика добивал я, используя ТТ. Необходимая практика использования оружия последнего шанса, приобретённого, но забытого в суете событий. Старый добрый Тульский Токарев показал за что его любили использовать в перестрелках на короткой дистанции, с лёгкостью прошивая скоростных тварей, а также перебивая суставы ног красным гигантам, опрокидывая силачей на землю для контрольного выстрела в голову.

– Я смотрю ты эстет, – усмехнулся Гринч, когда я сменил его за рулём. – Арсенал на все случаи жизни в компактном исполнении.

– Так получилось, – совершенно честно признался я. – Брал надёжное и мощное, после информации по зелёным черепахам.

– Это да, новички цепенеют при встрече с ними, впадают в панику и теряют время, необходимое для отступления, – согласился снайпер, почёсывая шрам на лице.

– Наверное, но мне не понять. Зверей встречал после полученного бонуса, – легко признался Гринчу. – Возможно когда-нибудь эмоции вернуться, но мне вроде и не нужно уже.

– Пожалуй ты прав, выживание в Мешке даже без подобной «помощи» Микса делает людей хладнокровными убийцами, только чувства всё равно дают о себе знать, порой, когда не ждёшь, – вздохнул стрелок. – Радуйся царскому подарку, а остальное и так померкло бы, просто процесс ускорился.

Громко смеясь, снайпер полез в люк, закрепившись карабином за специальные гнёзда в салоне. Надёжность можно отнести к главному принципу группы, выработанному за долгие годы планомерного наступления игрового союза на территорию Мешка. Семьдесят процентов восстановленного объекта, делает его системным. А если восстановить такое же количество зданий в рамках всего Мешка? Станет ли он нормальным, прекратив вечные дожди и геноцид людей посредством тварей, впрочем, наблюдая за действиями нашей бригады становилось не ясно, кто угнетаем на просторах бесконечного города.

На территории кварталов попадались различные разграбленные магазины, но пару раз нам повезло пополнить запас консерв в маленьких торговых точках, которые до прихода торговых сетей, частенько оккупировали первые этажи домов, выручая жителей обычным ассортиментом необходимых товаров. Определить не тронутый объект не являлось сложной задачей, ориентируясь на целостность дверей, которые всегда материализовывались запертыми, словно Мешок старательно берёг свои запасы. Оказалось, есть ещё одна особенность дождливого мира, здесь ничего не портиться. Просто не успевает, если нычки не забрали люди, то её распотрошат монстры, сожрав всю биологическую составляющую. Стерильность – девиз моей новой реальности, судя по всему.

Разочек остановились у охотничьего магазина, где быстро смели все комплектующие для производства патронов разного калибра и даже два новых аппарата для запрессовки. Оружия, как и ожидалось не было, вынесенное подоспевшими ранее рейдерами, зато комплектующие для Сайги нашлись. Наконец-то обнаружилось боковое крепление для коллиматора, окончательно превращая оружие в футуристический образец игровой индустрии. Первоначальные строгие формы Калашникова превратились в оружие будущего, но сохранив видимые для профессионалов характерные черты.

– Седой, с таким стволом только на обложку рекламного буклета, а не бегать по развалинам. Исключительно на соревнованиях красоваться, – посмеялся Гринч.

– Это мне говорит человек использующий Штайр? – резонно парировал нападки.

– Тоже верно, не забудь запасные стволы для оружия, они тебе понадобятся на следующей стоянке, – напомнил снайпер.

– Уже, спасибо, – поблагодарил за напоминание.

В общем, аккуратно перемещаясь на машине мы смогли подъехать к нужной площадке практически без проблем, чтобы провести полноценную охоту. Арни предупредил форт о предстоящем светопреставлении и попросил поддержать огнём на случай отступления. Получив подтверждение, преступили к работе. Тяжёлой, опасной, но работе по активному отстрелу различных групп тварей, споро подходивших на убой. Зверья появлялось на порядок больше, чем в предыдущем сафари, подтверждая теорию об увеличенном количестве угроз возле скопления людей. Следовательно территория вокруг форта являлась опасной в любое время суток, это без учёта конкурентов за ресурсы. Людей в смысле, готовых при случае обобрать ближнего своего, но отсутствие нормальных сил правопорядка делало подобное возможным. Другое дело, что в реалиях Мешка жертвы представляли из себя опасные мишени, активно противодействуя угрозам, до последнего вздоха борясь за существование. Потому что для многих происходящие жизнью не являлось, скорее иллюзией мира, который призван наказать за грехи, а может мотивировать на прокачку словно в игре или расширить возможности человеческого мозга по обучению. Кому как нравиться, но я испытывал твёрдую уверенность в реальности всего происходящего.