Любимая помощница инквизитора (СИ) - Рю Алёна - Страница 2

— Помогите, — произнесла я так же тихо. — Пожалуйста.

Я не знала, кто этот человек. Но почему-то казалось, что захоти он, и я окажусь под абсолютной защитой. Никакой Джоссем не дотянется своими потными ручонками.

— Моя помощь стоит дорого, — предупредил неизвестный.

— Я буду обязана вам жизнью.

Я не видела, но почувствовала, как незнакомец улыбнулся.

— Эта девушка больше не твоя невеста, — объявил он, шагнув вперед.

Я оказалась частично прикрыта его широкой спиной, но все равно заметила, как вытянулось лицо Джоссема.

— Что-о?! — возмутился он и, не дожидаясь ответа, истерично затараторил: — Илеана моя по закону! Я уплатил за нее баснословную сумму!

А Маргарет говорила, что все ради моей безопасности…

— Это твои проблемы, — ответил мужчина в черном, на фоне жениха казавшийся глыбой спокойствия. — С этого момента Илеана принадлежит мне.

— Вам? — Джоссем сделал вид, что ослышался. — Вам??? Да кто вы такой?

— Джосс, поверь мне на слово, — вступил вдруг Линден. — Уходи и не возвращайся, пока не поздно.

— Нет уж, я требую вернуть мне причитающееся по закону, — торговец сжал кулаки. — Я это так не оставлю! Если надо, дойду до самого Великого Инквизитора, и тогда посмотрим, чья возьмет!

Незнакомец откинул капюшон и приподнял маску. Джоссем попятился, впечатываясь в своих бугаев.

— Ваше Милосердие! — его голос задрожал и стал по-женски визгливым. — Не велите казнить! Обознался!

Он стащил со лба шапку и, комкая ее в руках, рухнул на колени.

— Умоляю, монсеньор, простите, — и распластался у тяжелых сапог моего защитника.

Я же замерла, как приколотая булавкой бабочка. Раскаленное острие вонзилось в грудь и не давало вдохнуть. Я боялась даже поднимать глаза.

Он. Передо мной стоял Он. Лау Реннголд. Правая рука императора. Человек из моих кошмаров. Тот, чье влияние простиралось так далеко, что даже в самом далеком захолустье и муха не могла пролететь без его ведома. Он знал всё, видел всё. Безжалостный разрушитель, чья магия по силе могла сравниться разве что с императорской. Наездник на свирепом драконе и страшный человек, наделенный почти абсолютной властью.

По его вине погибли мои родители, и я бежала из дома. Из-за него я вынуждена скрываться и перекрашивать волосы.

Великий Инквизитор уничтожил мой шанс на счастливую жизнь. И теперь я угодила в его лапы.

Осознав ужас происходящего, я попятилась, но меня остановил все тот же охранник. Стиснул руку, чтобы не дергалась. Я обреченно выдохнула.

Кто бы вчера предупредил, что сегодня я умру! Я бы съела полную банку малинового варенья вместо жалких двух ложек. И еще завела бы себе фамильяра, как давно мечтала. Пусть всего на день, но была бы не одинока.

— У тебя тридцать секунд, — проговорил инквизитор.

Джоссем судорожно попытался встать, но, так и не справившись с дрожащими ногами, пополз на карачках. У выхода его подхватили телохранители и поставили на ноги. Хоть вышел, как человек.

— Ты знаешь ферийский? — не оборачиваясь, спросил Реннголд.

— Ae, nistre, — ответила я, что означало «да, господин».

И прикусила язык. Зачем? Зачем? Зачем?

Это же породит новые вопросы! Может, он отпустил бы меня, а теперь… Что я наделала? Глупая!

— Линден, — инквизитор обратился к торговцу. — Объяви, что отбор окончен. Я нашел то, что мне нужно.

На этих словах он поправил маску и повернулся ко мне. На мгновение его черные глаза встретились с моими. Я ощутила, как по позвоночнику прошел разряд, и торопливо уставилась в пол.

По плечам поползли мурашки, а в пятках похолодело. Было так страшно, что я не могла двигаться. Даже не заметила, как охранник выпустил мою руку.

— Идем со мной, Леа, — сказал инквизитор, непривычно сократив мое имя.

Хотелось спросить, куда, но я боялась оскорбить Его Милосердие. Издевательский титул, который, как я раньше надеялась, никогда не придется произносить. Все знали, что Реннголд крайне редко бывал милосердным.

Охранник легонько подтолкнул меня в спину, помогая выйти из ступора.

С улицы послышались недовольные возгласы. Похоже, та самая девица с пышной грудью возмущалась, что Линден взял в помощницы девушку, пролезшую без очереди, и не дал шанса остальным.

Помощницы… Но ведь Линден меня не нанимал…

Реннголд приподнял край шатра с противоположной стороны от основного входа. Этот простой жест заставил меня смутиться. Разве инквизитору не положено идти первым?

Боясь, что моя заторможенность разозлит его, я юркнула на улицу. Мужчина вышел следом. Мы оказались с другой стороны шатра всё на той же ярмарке.

Реннголд поправил свой капюшон.

— Будем идти через толпу, — сказал он вполголоса. — Я все объясню, как останемся вдвоем.

Вдвоем? Холод побежал по плечам, и меня передернуло.

Я ничего не понимала, но все равно кивнула.

Реннголд неожиданно взял меня за руку, отчего мое колотящееся сердце и вовсе унеслось в пятки.

— Не волнуйся, — сказал он, чуть сжав пальцы.

У инквизитора была широкая ладонь, в которой моя ручка едва не тонула. Теплая, чуть шершавая.

И пока мы медленно шли вдоль ярмарочных рядов, я не могла ни о чем думать, кроме этого прикосновения. От волнения голова перестала работать, словно набитая опилками. Хорошо, я хоть не забыла, как дышать.

Инквизитор вывел меня через толпу к краю площади, и дальше мы свернули в переулок. Здесь дежурил городской стражник рядом с шикарной лошадью.

Черный, как мои волосы, тяжеловес с блестящей гривой. От его широкого крупа исходила такая мощь, что казалось, на этом коне можно легко врываться в гущу врагов и обращать всех в бегство.

Реннголд выпустил мою руку и, подойдя ближе, погладил лошадь по блестящей морде. Конь потерся носом о его ладонь.

— Это Метеор, — представил мужчина своего любимца.

— Красивый, — с трудом выговорила я и тут поняла, что забыла про титулы. — Ваше Мило…

— Не надо, — перебил меня инквизитор.

И я, наконец, сообразила, что раз он в маске, то, конечно, не хочет быть узнанным. И обращаться к нему по титулу даже посреди пустого переулка не стоило.

Интересно, а что он делал в шатре у торговца? Зачем была эта очередь на отбор? Если помощника искал инквизитор, а не Линден, то зачем ему ярмарка? Позвал бы к себе в приемную, да и всё…

Череду размышлений прервали ладони Реннголда, на этот раз оказавшиеся на талии. Мужчина приподнял меня и усадил на лошадь. Я только и успела, что ахнуть. Через мгновение сам инквизитор устроился позади, обхватывая меня обеими руками.

Он цокнул, и Метеор застучал копытами по брусчатке.

Все происходящее окончательно утратило реалистичность. Должно быть, я все еще спала в своей кровати. Растягивала приход ненавистного утра, когда тетя Маргарет нарядит меня в платье и выдаст замуж. Да, никто меня не спасал. Я все это выдумала…

От инквизитора пахло цитрусом с нотками свежего морского ветра. Так странно… Сельгард находился далеко от побережья. А вот моя родина — ферийский город Шартон — была портом. Я провела лучшие годы жизни, играя у воды.

Я моргнула, отгоняя непрошеные воспоминания. Еще не хватало расплакаться. Да и думать сейчас надо не о прошлом.

Я сидела почти в объятьях самого страшного человека страны. Чувствовала спиной его размеренное дыхание и не могла поверить, что это происходит.

— Монсеньор, — решившись, заговорила я. — Куда вы меня везете?

— Ко мне в резиденцию.

Мое сердце, едва успокоившись, снова забарабанило.

Вспомнилось, как одна из подружек тети Маргарет сплетничала, что инквизитор любит забирать к себе девушек прямо с улицы. Указывает на любую пальцем, ее хватает стража и приводит к нему. Попасться может даже замужняя или вдова, если она в его вкусе.

Может, дело в этом? Я ему приглянулась, а Линден и ярмарка тут ни при чем.

Еще тетина подруга утверждала, что далеко не всех избранниц инквизитора видели потом живыми.

Мое воображение принялось рисовать картины одна мрачнее другой. Я никогда раньше не была наедине с мужчиной, но по рассказам тетиных подруг кое-какое представление имела.