Любимая помощница инквизитора (СИ) - Рю Алёна - Страница 19

— Куда мы идем? — я наконец оторвала взгляд от подвески и посмотрела на Джона.

— Ты такая красивая, — проговорил он и, толкая меня за плечи, прижал к стене дома.

— Что ты делаешь? — я выставила вперед ладони.

Парень придвинулся ближе, припечатывая меня своей огромной массой.

— Поцелуй меня, — потребовал он, склоняясь ближе.

— Нет, — ответила я, но вышло почему-то жалобно. — Нет, не надо.

— Поцелуй меня, — повторил Джон.

В моей голове лопнула какая-то струна. В ушах запищало, а сердце забилось о грудную клетку. По спине и плечам поползли мурашки. И хотелось бежать. Немедленно, без оглядки. Куда угодно, но бежать!

Мое тело стало ватным и так и оставалось прижатым к стене. Я была словно во сне. Силилась, но не могла пошевелиться.

Испуганно посмотрела на пухлые губы Джона. Его лицо было все ближе, и теперь его глаза казались наполненными до краев безумием.

— Нет, — беспомощно прошептала я. Единственное, на что хватало сил, — маленькое, короткое слово.

Парень скривился.

— Неприятен я тебе, да, — проговорил он, окинув меня голодным взглядом. — А ведь я был с тобой мил. Приносил цветы, готов был ждать тебя, как верный пес. Исполнил бы любое твое желание. Но вечно вы, красавицы, задираете нос. Думаете, весь мир обязан падать к вашим ногам, а вы ему ничего не должны. А вот ошибочка…

— Джон, — выговорила я. — Пожалуйста, отпусти меня.

С трудом нащупала свое левое запястье и нажала ледяными, непослушными пальцами на браслет Реннголда.

Пожалуйста, только бы сработало!

— Отпущу, если поцелуешь, — Джон дунул мне на губы, и я их брезгливо поджала. — Ничего, я не гордый. — Его влажные ладони легли мне на талию, а лицо стало еще ближе.

Я чувствовала, как мое тело немеет все сильнее. Я, кажется, и говорить больше не могла. Ужас пронзал тысячами игл, а перед глазами всё расплывалось.

— Будешь моей, — прошептал Джон, вытащив откуда-то блеснувшее на солнце лезвие. — Навсегда.

Лау

Когда Леа ушла относить иярда наверх, я решил проведать Адаманта. Дракон летал в горы и, похоже, вернулся в скверном настроении. Я чувствовал его негодование и, выйдя на задний двор, направился было к нему. Миновал большую часть сада, как краем глаза заметил движение и обернулся.

Леа сбегала из особняка, как нерадивая школьница с уроков.

Она сбегала. От меня.

Как будто я и так не сказал ей, что ужин вовсе не обязателен.

Значит, не поверила. Мы столько дней провели бок о бок, а она по-прежнему меня боялась.

Обидно.

И правильнее было бы оставить ее в покое. Пусть идет, куда ей надо. Хоть к жениху, хоть к любовнику.

Но пока я об этом думал, ноги сами несли за ней. Что я делаю?

«А вдруг она встречается не с парнем, а с подпольщиками?» — внутренний голос услужливо подсказал причину, почему стоило за ней проследить.

В конце концов, разве это маловероятно?

Да, попала она ко мне в помощницы случайно. Но ее могли завербовать и сразу после. И хотя я ни разу не поймал ее за неуместным любопытством, все равно она была бы идеальной шпионкой.

Убедив себя, что дело в этом, я последовал за Леей до самой площади. Здесь на бортике фонтана сидел паренек лет двадцати с чем-то. Крупный и не сказать, чтобы совсем уж страшный. Видимо, тот самый Джон.

В груди кольнуло от ревности. Нет, захоти я отношений, он мне явно не соперник. И всё же…

Леа подошла к нему, они о чем-то поговорили, подержались за ручки и вместе двинулись в сторону переулка.

Отвернувшись, я провел рукой по волосам.

Лау, до чего ты дошел! Это какой-то позор. Следишь за девушкой, которая просто ушла на свидание. Прав Эрик: собака на сене.

Она не твоя.

Но могла быть твоей.

Нет.

Почему я все еще здесь стою?

Надо возвращаться домой, а лучше прямиком на работу. Зарыться в бумаги или спуститься в подвал. Там младшие инквизиторы наверняка кого-нибудь допрашивают. И мое присутствие резко увеличит их эффективность.

Да.

Браслет на моей руке завибрировал, сбивая с мысли.

Леа?

На мгновение я усомнился, не мерещится ли мне. Нет, Леа звала на помощь.

Я ринулся вперед. И чем ближе был к ней, тем сильнее ощущалась вибрация.

Далеко они не ушли. Этот гаденыш прижимал ее к стене, да еще и ножом угрожал. Мир передо мной застелила тьма. Вокруг пальцев родились черные вихри, разлетаясь во все стороны и окутывая узкий переулок.

Сначала я отменил его лезвие, а затем и руку. Парень вскрикнул и, схватившись за то, что осталось от запястья, отшатнулся. Песок под ногами смешался с кровью. На лице Леи отразился смертельный ужас. Она открыла рот, похоже, чтобы закричать, но не смогла.

Я подскочил к ней и, рывком содрав висевшую на шее цепь, крепко обнял. Зарылся пальцами в шелковистые кудри. Даже не хотелось думать, что случилось бы, опоздай я хоть на минуту. Будь я еще в особняке, а не за углом.

Краем глаза я заметил, что подонок пополз из переулка. Я выбросил вперед свободную руку. Тьма окутала его горло, начала душить, заставляя упасть. Еще мгновение, и от него ничего бы не осталось. И мне было не жаль. Он заслуживал худшего.

Если бы Леа не прошептала:

— Пожалуйста, остановись.

Вихри отпустили его, и парень рухнул рожей в песок. Я же подхватил девушку на руки и, прижимая к себе, как самое главное сокровище, вынес из переулка.

Нас заметил один из городских стражников. Я кивнул ему, и тот заторопился к месту преступления.

Леа вцепилась в края моей рубашки и, уткнувшись носом в грудь, заревела. Я присел на бортик фонтана, продолжая обнимать ее. Она обвила руками мой торс и всё продолжала плакать.

— Тсс, все хорошо, — прошептал, целуя ее в висок. — Ты в безопасности.

Я запоздало пожалел, что оставил гада без руки прямо у нее на глазах. Не надо было ей этого видеть. Но не удержался. Хаос подери!

— Что с ним? — было первым, что спросила Леа.

— Жив, — коротко ответил я. — Он дал тебе ментальный амулет. Такие артефакты запрещены. Но мы выясним, откуда он его взял.

Леа чуть отстранилась, но я продолжал придерживать ее за талию.

— А что, если он… — проговорила она, растерянно глядя мне в глаза. — Что, если он и ту девушку, Нику…

Я только сейчас заметил, что глаза у Леи было не просто голубые. От зрачка разбегались тоненькие сиреневые прожилки. Как необычно…

— Я чуть не убила мачеху… — продолжала причитать Леа. — А это был он.

Я положил ладонь ей на затылок и снова прижал к груди.

— Никого ты не убила, — сказал тихо, поглаживая ее по волосам.

— Но могла… Если бы не ты… вы…

Ее начало трясти, и я поднялся на ноги. Леа охнула и крепче схватилась за меня. Такая маленькая, хрупкая и дрожавшая, как листочек на ветру.

Я поймал извозчика и забрался в экипаж вместе с ней. Так и держал у себя на коленях всю дорогу до особняка. А она не возражала. Прижималась ко мне, подрагивая и всхлипывая.

Всю жизнь бы ее в руках и держал.

Глава 10. Крылатый волчонок

Лау

Я отнес Лею в комнату и уложил на кровать. Волчонок-иярд приоткрыл глаза, глянув на нас с любопытством, но провалился обратно в сон.

Леа тоже выглядела так, что ей не мешало бы отдохнуть. Бледная, с распухшими от слез глазами. Даже такой она оставалась красивой.

Вот только, похоже, в ее голове начало, наконец, что-то складываться. И когда я усадил ее на край кровати, она подняла на меня уже другой взгляд. Испуганный и полный сомнений.

Я положил ладонь ей на плечо и чуть сжал.

— Тебе надо отдохнуть.

— Да, спасибо, — она отвела взгляд и негромко сказала: — Я бы хотела побыть одна.

Я понимал.

— Зови, если что-то понадобится.

Она кивнула и снова бросила на меня всё тот же взгляд, полный сомнений и неожиданной боли. Чего она боялась сейчас?

Джон до нее больше не доберется. Наказание для мачехи можно отменить. И я никаких линий не пересекал. Ведь не пересекал же?