Любимая помощница инквизитора (СИ) - Рю Алёна - Страница 15

 Я все больше убеждался, что она идеальная помощница. Дисциплинированная, внимательная и трудолюбивая. Мне повезло. Несказанно повезло.

Я любовался ею, глядя, как она работает, как склоняется над бумагами, убирает прядку волос за ухо и закусывает губу. Мне нравилось ее дразнить и поддевать. Видеть, как в бездонной голубизне глаз вспыхивает пламя. Леа была с горячим сердцем, и как ни старалась, спрятать это не могла.

И каждый раз, когда она общалась с другими мужчинами, будь то инквизиторы или простой люд, я ловил себя на желании вмешаться. Оградить ее, даже если никто не нападал. Увести к себе в кабинет и целый день на нее смотреть.

Леа была моей.

Пусть между нами не могло быть романтических отношений, я все равно не готов был делить ее с другими. И потому внезапное появление цветов на ее столе вызвало бурю раздражения.

— У тебя появился поклонник? — заметил я едко.

— Джон. — Она кивнула.

И все. Не стала ничего объяснить. Не сказала, что его внимание ей не нужно. А мне теперь мучайся в догадках, обычный ли он ухажер, или у них всё взаимно.

Джон. Аж имя скрипело на зубах. Тот, кого она вытащила из петли. Может, зря я тогда согласился?

И ладно бы цветы появились один раз, но теперь их приносили регулярно.

— Ты чего такой заведенный? — удивился Эрик, когда мы прогуливались в редкий выходной. — Ревнуешь к какому-то сопляку?

Я не отвечал, но друг и так все понял.

— Ну и чего ты терпишь? Возьми ее прям на своем столе, она разом о других забудет.

— Нет, — отрезал я.

— Нет, — передразнил меня Эрик. — Собака на сене. Ни себе ни людям. А я бы за ней поухаживал. И цветы от других мужиков попросил бы выбрасывать в урну. Вот, кстати, тебе идея.

— Нет, — повторил я. — Она имеет право…

— При чем тут право, если тебе это мешает работать? Она у тебя в приемной не для красоты сидит. Так что пусть понимает, что личная жизнь должна оставаться за порогом.

Можно было бы, конечно, сделать и так. Отругать или даже припугнуть, чтобы больше никаких цветов. Но ведь тогда Леа просто начнет их скрывать. А видеться с мужчинами после работы я ей запретить не могу.

— Смотри, она девочка юная и хорошенькая, — продолжал Эрик. — Захочет выйти замуж. Что тогда будешь делать?

Я молчал. И правда, что тогда?

— Говорю тебе, бери ее, пока не поздно. Раз она тут на блюдечке. А там, глядишь, и женихи отвалятся. Будет твоя, пока не надоест.

Это было бы подло по отношению к ней. Леа и так согласилась работать на меня, потому что альтернатива была еще хуже. А теперь приятель предлагал поставить ее в еще более неприятное положение. Опозорить и привязать к себе. Нет, от безысходности не бывает верности. Леа нужна была мне именно такой, как сейчас. Цельной, сильной, готовой, если надо, со мной поспорить.

А значит, ничего не попишешь. Придется смириться, что однажды она уйдет. Вот только я надеялся, что произойдет это не так уж скоро. Может, через пару лет.

А тут эти цветы. Каждый раз так и хотелось выдрать их из вазы и, скомкав, вышвырнуть в окно.

Ладно, надо перестать о ней думать и заняться делом.

— Как там борьба с подпольем? — поинтересовался Эрик, словно читая мои мысли.

— Перехватили партию оружия, — ответил я. — Несколько ящиков переносных бомб. Такими можно подорвать часть дворцовой стены или уложить немало стражников.

— М-да-а, дела плохи… — протянул Эрик. — Если у них появился доступ к такому оружию… А поняли, кто их снабжал?

— Да в том-то и дело, что нет. — Я наморщил лоб. — Судя по всему, там несколько узлов. Купец, который привез ящики в Сельгард, получил их на складе в Лортоне вместе с другим товаром. Он даже не знал, что везет.

— А не врет?

— Не врет. Мы умеем допрашивать, ты же знаешь. Так что теперь пытаемся выяснить, откуда ящики пришли в Лортон. Думаю, ниточки протянутся в Шартон. Но это надо еще доказать.

— Разве Ферийский Совет не предан империи? — удивился Эрик. — Почему они такое допускают?

— Так и не могут навести порядок после переворота.

— Уж сколько лет прошло!

— Да почти восемь, — я глянул в сторону, снова подумав о Лее.

Она была там. Одновременно со мной. Мы могли проходить по одним и тем же улицам. Могли даже случайно пересечься. И не знать, что судьба нас теперь свяжет.

В целом, Эрик был прав. За восемь лет уж можно было взять страну в стальной кулак. А вспоминая письма, которые переводила Леа, невольно начинаешь думать, что Совет ведет свою игру. Как минимум потакает распространению наркотиков. А там и до незаконного оборота оружия недалеко.

— Ладно, — я поднялся из-за стола. — У меня еще сегодня ворох дел.

— Выходной же!

— А что поделаешь? Почту должны были принести.

— А красавицу свою, поди, тоже на работу вызвал, тиран!

— Нет, — я улыбнулся. — Сегодня отпустил. У нее день рождения, и она ушла к тетке.

Эрик чуть не захлебнулся воздухом.

— День рождения? — воскликнул он. — И ты ничего по этому поводу не устроил? Лау, я тебя не узнаю!

— Не хочу, чтобы наши отношения переходили грань. Я ее шеф, а не друг и не любовник.

Эрик неодобрительно покачал головой.

— А ей, получается, восемнадцать? — уточнил он. — То есть она теперь может выйти замуж без согласия опекунов?

Я кивнул. Получалось так.

— Ага, и пока ты работаешь, к ней там небось клинья подбивают. Я бы на твоем месте показал, кто у девчонки хозяин.

Чтобы она снова начала меня бояться? Нет уж!

Или всё же…

Глава 8. День рождения

Илеана

Работа в инквизиции неожиданно начала увлекать и даже нравиться. С жалобами я решила поступать так. Сначала их сортировать по тому, в чей адрес они на самом деле обращены, а потом готовила краткую сводку, что людей не устраивало. Она за подписью Великого Инквизитора отправлялась капитану Барфорду или в соответствующее ведомство. После чего те должны были прислать отчет, что было сделано по каждому пункту. И если ничего не сделано, то почему.

Реннголд мой подход хвалил, да и у меня появилось чувство, что делаю что-то полезное, а не просто протираю юбку за казенным столом. Я даже поймала себя на том, что собираюсь каждое утро с удовольствием. На службу в инквизиции! Я. В инквизиции.

Эх, мама бы не одобрила.

Но Реннголд оказался не таким, как я себе представляла. Не всесильным, но и не свирепым монстром. Даже его дракон вблизи был совсем иным. Так и хотелось его погладить!

Хотя с тех пор я больше не пыталась. Не хотела злить инквизитора. Но иногда смотрела из окна на переливающуюся на солнце спину. И казалось, что дракон меня чувствовал. Поднимал голову, поворачивался в сторону особняка и как будто искал меня.

Нет, конечно, такого не могло быть! Но иногда думалось, а вдруг?

Сегодня была суббота, а еще мой день рождения. Реннголд частенько работал по выходным, но меня чаще отпускал. И сегодня тем более не стал настаивать. Прям с утра сдержанно поздравил и сказал, что не планирует меня беспокоить все выходные.

Это вроде была хорошая новость, и в то же время почему-то стало грустно. Инквизитор был моим шефом и в этом плане вел себя безупречно и по-деловому. Не думаю, что он видел во мне женщину. Но почему-то захотелось, чтобы сегодня это вдруг стало по-другому. Чтобы он пригласил меня на свидание.

Так, Леа, зачем тебе это? Только проблем наживешь на свою голову! Правильно он делает, что держит дистанцию. Зачем ему какая-то простолюдинка, да еще и его работница? Он может себе позволить роман с кем угодно, с дочками лордов, да и, наверное, с принцессой мог бы, если бы у императора были дети.

Выкинув из головы эту ерунду, я отправилась к тете Маргарет. Она приготовила праздничный обед и пригласила знакомых.

— Вот она, моя девочка! — воскликнула тетя, когда я появилась в дверях.

Ее подружки высунулись из комнаты и взяли меня в плотное кольцо. Обнимали и поздравляли, после чего все расселись за обеденным столом.