Сказание об Оками 7 (СИ) - "Seva Soth" - Страница 56

– Слышь, ублюдок, автограф дай, – потребовала я. Голос отзывался в шлеме глухим звоном. Вообще базарить во время боя – это дурость. Но, во-первых, я неуязвима, во-вторых – тяну время, не особо надеясь на победу. В-третьих, уже проиграла, так как шевельнуться не в силах.

– Чико, Итачи, что там с Окамимару? Почему не поднимается? – спросила у самых дальнозорких наблюдателей.

– Кристалл, О-тян. Я отсюда хорошо вижу. Твою марионетку в здоровенный кристалл вплавило, – Чи-тян расположилась во дворце, рядом с Утакатой, а вот позиция Итачи в городе. Он любит массовую резню, вот пусть с туманниками развлекается.

– Минус два шиноби Кири. В масках их АНБУ, – спокойным тоном сообщил Фумито. Биджу… страшнее всего от того, что он под ударом. Но если бы поранился, сказал бы, наверное.

– Эн-сама… ну скоро вы там? Ягура почти перешел мост? – голова Окамимару оказалась очень удобно повернута так, чтобы видеть спину как будто нарочно неспешно уходящего мизукаге. Если ударить сейчас, то даже дворец не очень пострадает, наверное. Позиция нашего главного калибра на воде, на небольшой лодочке. Надеюсь, ее отдачей не потопит.

БАБАХ! Походу, на той единственной демонстрации Эн-но-Гёджа очень поскромничал. Реально так занизил силу удара. Мне бы сейчас средние пальцы на обеих руках оттопырить и сказать “БУМ!”, но их ублюдок тоже в кристалл заключил. Покинула хорошо послужившую мне марионетку. Ощущать, каково это – находиться в эпицентре килотонного взрыва – мне ни разу не улыбается. Ну а “печать единорога” с двух рук показала уже своим собственным телом.

Ну и знатно же жахнуло! Аж весь туман в стороны разбросало, благодаря чему я с бывшего маяка Тадзуны смогла всё отлично увидеть в подзорную трубу. Разглядеть, как Ягура обрастает сделанной из чакры плотью, как из прикрытой бронированным панцирем задницы у него вырываются три протуберанца хвостов, обретающих материальность, и как джинчуурики попросту втянул в себя энергию разрушительной техники, как будто бы сигареткой глубоко затянулся. Хорошо хоть не срыгнул, показывая, как ему угощение зашло.

Ох люби меня биджу! А если бы он взял и отразил атаку точно также, как режущую плоскость ранее? Старика Гёджу на атомы бы разнесло.

– Эн-сама, валите оттуда! – прокричала я в Кацую.

– Эн-но-Гёджа потерял сознание, скорее всего, перенапрягся. Я попытаюсь привести его в чувство, – королева улиток как приговор озвучила. Бессознательный старик станет легкой добычей кому угодно. Может и сам от случайной волны утонуть.

– Фумито, займись стариком Эном. Чико, прочь с крыши, но держись поблизости, – скомандовала я. У самой руки чесались ломануться к Ягуре. Но что я вообще ему сделаю, обросшему непробиваемым панцирем? Накатило ощущение собственной бесполезности и никчемности. Разрушительница биджева. Одному-единственному эталонному мудиле отомстить неспособна. Че, довольна тем, куда пришла? Горжусь тем, что старый дед за меня своей задницей рискует?

Простой и понятный план отправился к мизукаге под хвост. Ну ничего. У нас же еще заготовки есть! Сейчас Утаката как отлюбит бывшего начальника во все щели своими тентаклями… не-не-не, фантазия, выключайся, я не хочу этого представлять.

В общем-то, наш носитель реактора медлить не стал и уже атаковал так, как умел – в треххвостого ублюдка полетели… мыльные пузыри, запускаемые с крыши дворца даймё. Та еще фигня на первый взгляд, но каждый, соприкасаясь с препятствием, взрывался с выплеском едкой кислоты. Ягуре пофиг. Бронированный утырок даже не почесался ни разу. Хорошо, наверное, быть такой вот большой сверхпрочной черепахой с сердцем из чакрареактора.

Жених Шизуне утверждал, что так не умеет. Что он не понимает, как укротить энергию биджу внутри него. С громким треском, какой, наверное, до Страны Молний докатился, где его услышали и за внеплановую грозу приняли, Ягура вломился во дворец жирного пирожочка даймё Волн и принялся там всё крушить. Подробностей особенно не видно, но вылетающие из быстро оформившихся руин пузыри и дикие энергетические всплески с характерными для обоих джинчуурики сигнатурами говорили о том, что пошла самая жара.

– Я подобрал Эна-сенсея, эвакуирую, – доложился Фумито. Двойное облегчение. Старик мне тоже ценен. И как дедушка ученицы, и как наставник мужа, и как административная единица.

Я расправила своё крыло из прочной ткани и умудрилась спланировать на порывах ураганного ветра к мосту, где застыл в кристаллической ловушке Окамимару. Почти рефлекторно долбанула по застывшей биджевой блевотине Ягуры, куда угодила марионетка. Твердая. Так просто не освободить, долгие минуты придется возиться.

Пришло время выложить на стол козыри. Я щедро влила в призывной контракт огромное количество чакры, почерпнутой прямо из печати Бьякуго. Вот она, моя девочка! Истинное тело королевы слизней такое огромное, что погребло бы под собой весь этот островок-дворец. Сейчас явилась хорошо, если ее треть, и всё равно Ягура перед ее ликом мелковат.

– Кацую-сама, наш выход! Давай, утопи этот остров в кислоте!

Так она и поступила, исторгнув десятки тонн самой едкой субстанции из всех, мной когда-либо встреченных. Я укрылась на голове призыва прямо посреди ее миленьких белых рожек. У Утакаты против кислоты есть офигенный резист, даруемый его биджу. Это мы проверили во время краткого эксперимента. Там, где мой палец от едких выделений Кацую моментально до кости прожгло, парень почти не пострадал. Так, кожа слегка покраснела, типа аллергия.

Впрочем, Утаката рисковать не стал и попросту взлетел в небо в очередном пузыре. Парня окружает слабо светящаяся голубоватая аура, а пониже спины у него торчат шесть биджевых отростков. Типа, хвосты. Ягуру же прямо утопило. Обломки дворца даймё легко плавились. Камень, дерево, металл. Ничто не уцелело. Тут скоро не останется ничего, кроме ровной площадки, покрытой засохшей белесой твердой массой, в какую превращается кислота, застывая.

– Спасибо, красотка, – поблагодарила я призыв и отпустила ее. Сама же ловко спрыгнула на освободившееся место. Сейчас я показала технику даже не уничтожения, а растворения деревень. Неужели Ягура и после подобного не сдох?

Бесформенные белесые руины, бывшие совсем недавно шикарным дворцом даймё, раскололись. И из этого яйца вылупилась черепашка. Гигантская биджу-черепаха. Ублюдка даже не поцарапало!

Утакату наверху в его прозрачном яйце-пузыре вдруг начало корежить. Точнее, вокруг него нарастать сделанная из чакры псевдоплоть. Пока носитель треххвостого мудилы проламывался через недавнюю кислоту, рядом с ним на несчастный клочок суши плюхнулся антропоморфный слизень с шестью толстыми хвостами, подсвеченный бирюзовым. Аура Ягуры, для контраста, красная. У хороших биджу тентакли светятся синим, у плохих – красным. Очевидная мысль! Походу, Утаката таки нащупал рычаги контроля над своим реактором. По сути, разумной батарейкой, о чем стараюсь не думать – слишком на рабство это похоже.

Следующие пять минут, бездну времени, я, подобрав оброненный Окамимару меч, кромсала кристалл, не позволяющий марионетке освободиться. Там где-то еще джонины тумана остались, пригодится для разборок с ними. Но пока прибрала в свиток, как и жезл-передатчик. Мне нужны будут свободные руки.

Работа руками не мешала мне наблюдать за красочным световым шоу. Два хвостатых ублюдка ярко сияли во внезапно наступивших сумерках и по тому, что я видела, трансформация в слизнемена Утакате хоть и помогла, но он все равно не вывозит. Уже весь утыкан гигантскими кристаллами, похожими на кораллы, результатом атак Ягуры. Сколько он еще продержится? И шевелиться уже стал медленней.

Есть! Сломала последний кусочек коралла и Окамимару вырвался из плена. Сколько же я тут с ним долбалась?

– Народ… я хотела поберечь ваши глаза, но ублюдок оказался слишком крут, – нехотя проговорила я в Кацую. – Утаката сейчас ляжет… и правда, не зря наш джинчуурики боялся йондайме мизукаге. Да и мне бы стоило, особенно после предыдущей с ним встречи. Само воплощенное разрушение, еще и прикрытое черепаховой броней. Да и то, что не закрыто, тоже прочное. По ходу схватки наш хвостатый прописал ему неплохой прямой щупальцем в голову и вообще без эффекта. Одно хорошо – пока что город не особенно пострадал, только дворец.