Стальной наследник. Том 2 (СИ) - "Amazerak" - Страница 37

— Мы можем пойти дальше, но нет никаких гарантий, что найдём тех, кого ищем, — сказал я. — Они могли уйти очень далеко отсюда, пока мы вторые сутки толчёмся на пятачке в десять квадратных километров.

— И что вы предлагаете делать? — раздражённо спросил капитан Радилов, которому совсем не нравилось, что трое из четырёх человек в отряде ему фактически не подчиняются.

— Я бы предложил вернуться на базу и ждать, пока разведка снова не обнаружит цель, после чего немедленно выдвигаться в том направлении, а не спустя несколько дней, когда демонов и след простынет.

— Но это невозможно. У нас приказ, — заупрямился капитан.

— Тогда ведите нас дальше. Вы же здесь командир.

— Само собой. В общем, так. Сегодня надо добраться до деревни Д-18. Там переночуем, а завтра двинемся в Д-19. Дальше — по обстоятельствам.

Я подошёл к Радилову и тоже уставился на карту:

— Значит, нам придётся пойти через этот лес.

— Лес — слишком опасное место. Найдём обходной маршрут.

— Господин Радилов, я знаю, что в лесу опасно. Но вы же, наверное, понимаете, что наша цель может находиться в самых труднодоступных местах. Мы имеем дело с разумными существами, которые не будут сидеть в деревне и ждать, пока за ними придут.

— Мы в любом случае не сможем прочесать всю чащу. Тогда зачем рисковать?

— Куда выведет эта дорога?

Капитан потёр лоб и стал всматриваться в карту.

— Мы здесь, — ткнул он пальцем. — Значит, дорога выведет, скорее всего… вот на эту просеку. А по ней можно выйти к Д-18.

— Вот и отлично. Идём. Не забывайте, что у меня хороший обзор. Опасность я обнаружу издалека.

— Двести метров — это недалеко, — капитан опять пошелестел картой, потёр лоб. — Ладно, двинемся напрямик. Сивый, ты идёшь первым. А вы, господин Прозоровский, со своими держитесь за мной и внимательно осматривайте местность через эфир.

Таким порядком мы и двинулись по тропе, которая вскоре затерялась в чаще. Дальше мы пробирались почти наугад, но на просеку всё-таки вышли, где над желтеющими кустами и молодыми деревцами возвышались опоры ЛЭП старыми, ржавыми великанами.

Просека так сильно заросла, что Сивому пришлось прорубать дорогу тесаком, но и это мало помогло. В итоге мы пошли не по просеке, а по лесу вдоль неё, где под сенью деревьев было значительно меньше густых кустов.

Когда среди листвы показались бревенчатые домики с проваленными крышами, солнце уже закатывалось за горизонт, а вокруг сгущалась тьма. Дальше идти не имело смысла. Ещё один бесполезный день подходил к концу. Необходимо было найти место для ночлега.

По деревне бродили два слабых морфа, которых Стрекоза застрелила из карабина. Обследовав несколько заросших улиц, мы выбрались к скотному двору. Длинный одноэтажный хлев вполне подходил для ночлега, несмотря на дыры в железной крыше. Я сказал, что устроим стоянку здесь, и капитану не оставалось ничего другого, кроме как согласиться.

Стрекоза, Молот и Сивый отправились собирать ветки для костра. Капитан устроился снаружи на поваленном дереве, стал изучать карты и переговариваться по рации с базой, а Надя взялась ставить палатки.

— Давай помогу, — предложил я

— Если вас не затруднит, ваша светлость, — Надя стрельнула в меня глазами, и на губах её мелькнула едва уловимая улыбка.

Я стал втыкать колья, а Надя расправлять полотнище.

— Не надоело ещё бродить в этой пустоте? — поинтересовался я.

— Такова моя служба. Вы деньги за это платите, — справедливо заметила Надя.

— Это верно. Но честно говоря, мне и самому уже осточертело бродить без всякой цели. Думаю, завтра денёк ещё походим — и домой.

— И хорошо. Никогда дольше трёх дней не бывала в аномалии. Обычно Сокол посылал нас на два-три дня. Мы всё это время охотились, а другие возил добычу на базу.

— И тебе нравится такая жизнь?

— Да, конечно, нравится. Это лучше, чем жить в приюте.

Надя говорила вполне искренне. Она не знала ничего другого, кроме пансиона для одарённых простолюдинов и службы в дружине. Ей не из чего было выбирать.

— В приюте тяжело было?

— Не сказала бы, что слишком. Я была на хорошем счету у преподавателей, а другие воспитанницы не сильно донимали. Боялись получить удар током. Вот слабым было по-настоящему тяжело. Их так беспощадно гоняли, что некоторые даже умирали на тренировках. У нас одна девчонка не выдержала нагрузок. А ещё две погибли во время учебного поединка. Среди мальчиков несчастных случаев было больше. Но старшие обычно говорили, что погибшие были слишком слабы, а удел слабых — смерть. Поэтому никто не хотел оказаться слабым.

— Не удивительно, — я забил ладонью последний колышек. — А твоя семья? Родители? Ты знаешь что-нибудь про них?

— Ну… они живут во Владимире. Я навещала их пару раз, помогаю им деньгами, но… даже не знаю, как сказать. У меня с ними слишком мало общего.

Пришли Сивый, Стрекоза и Молот, притащили охапки ветвей и принялись разжигать костёр. Наша с Надей задушевная беседа закончилась, мы все уселись вокруг огня греться, поели консервы из банок, после чего стали готовиться ко сну.

В одной палатке спал я, в другой — Надя, в третьей — Стрекоза с мужем, в четвёртой — капитан. Сивый остался дежурить и следить за костром. Прошлую ночь часовыми были мои дружинники, а в эту настала очередь капитана и унтер-офицера.

Я пока не рисковал демонстрировать всем наши с Надей отношения. Не хотел вносить разлад в дружину, однако понимал, что долго так продолжаться не может. В этом мире у аристократов не было официальных наложниц, но неофициально их всё равно держали, ведь у каждого великого князя под боком крутилось множество бастардов. Возможно, стоило придумать Наде новую должность. Пусть будет, например, моей личной помощницей или телохранительницей. С другой стороны, не хотелось опытного бойца, да ещё и третьеразрядника отвлекать от вылазок и держать постоянно при себе.

Я лежал в палатке, прислушивался к звукам окружающего мир и то и дело осматривал эфирное пространство. Прошлой ночью было также: тоже далеко не сразу уснул.

И вот, наконец, я подумал, что надо засыпать, проверил последний раз эфирный слой, повернулся набок и закрыл глаза. Заснуть не получилось, и я ещё раз проверил эфирный слой. И вдруг обнаружил, что на границе видимости появилось жирное бордовое пятно. Оно увеличивалось.

Я вылез из палатки и закричал:

— Подъём! К нам движется стая!

Все повыскакивали из палаток, похватали оружие.

— Где? Где вы заметили стаю? — всполошился капитан.

— Там, — указал я пальцем. — Они идут оттуда и будут здесь очень скоро. Капитан, обороняй с Сивым тот вход. Молот и Стрекоза — с ними. Надя, ты держишь со мной эти ворота.

До наших ушей доносились рычание и топот ног. Стая была уже совсем близко. У хлева имелись двое ворот с обоих концов, демоны же приближались сбоку. Мы не знали, с какой стороны они завалятся к нам. И всё же наша позиция выглядела довольно выгодной: длинная постройка обеспечивала хорошую защиту.

Стая обогнула здание с двух стороны. В темноте, едва освещённой дрожащими языками костра, появились красные глаза. Хлопнули выстрелы, сверкнули молнии. В электрических проблесках показались уродливые существа. Некоторые воспламенились, других накрыл град острых камней. Демоны ломились в проход и валились замертво, следующие спотыкались о тела первых и тоже дохли. Куча тел росла, хлев наполнился адскими воплями и жутким рёвом раненых тварей, завоняло жжёным мясом.

От мощного удара стена рядом с нами обрушилась, и в хлев ввалился трёхметровый плазмоморф с пятью руками и мерцающими прожилками на каменном теле. Надя обернулась, и между её ладоней сверкнула молния. Зверя электрические разряды не остановили. Он размахнулся лапами, но я оказался между ним и девушкой. Меня закрыл щит, а стальная пика вонзилась в живот демона.

Отпихнув монстра, я сбил с ног заскочившего в пролом здоровенного волка, на которого в следующий момент опустилась каменная кувалда Молота. В помещение влетел второй четвероногий зверь, и из его пасти вырвалась струя пламени. Я сразу же воткнул пику в глотку твари и подставил щит, поскольку пятирукий монстр обрушил на меня серию ударов.