Стальной наследник. Том 2 (СИ) - "Amazerak" - Страница 19

— Алло, — ответил я.

— Алло, это Святослав Прозоровский? — спросил меня важный мужской голос.

— Совершенно верно. Кто говорит?

— Меня зовут Василий. Я секретарь князя Гавриила Сергеевича Вяземского. Его сиятельство просит говорить с вами. Когда вам было бы удобно это сделать?

Ну вот и началось. Старший Вяземский всё-таки узнал о дуэли и захотел за сыночка вступиться. Как иначе я мог этот звонок объяснить?

— Господин Вяземский может позвонить мне прямо сейчас, — сказал я.

Глава 8

Когда позвонил Гавриил Сергеевич Вяземский, я находился в своём кабинете, стоял возле окна и смотрел на желтеющий сад, где среди пожухлой травы ржавели старые, разобранные автомобили. Подобные разговоры вести за столом, да ещё в присутствии гостьи было неуместно, и потому я предпочёл уединиться.

Телефон заиграл привычной мелодией, и я секунды две смотрел на экран, собираясь с мыслями.

— Алло, здравствуйте. Святослав Прозоровский слушает, — проговорил я, нажав зелёную кнопку на сенсорной клавиатуре.

— Здравствуйте, Святослав Павлович! — произнёс в трубке басовитый, дребезжащий голос. — Я — Гавриил Вяземский. Рад нашему знакомству. Мне совсем недавно стало известно о появлении у нас в городе главы одного из великих родов, и я сразу понял: должен навести мосты.

Тот факт, что Вяземский обращался ко мне по имени-отчеству, мог говорить о его расположении, хотя я никак не мог взять в толк, чем оно вызвано. Неужели тем, что я его сыночку стальным прутом все кости пересчитал? Или это всего лишь обманный манёвр?

— И я рад знакомству, Гавриил Сергеевич. Наслышан о вас, — ответил я дежурной фразой. Беседа началась не так, как предполагалось. Не было ни угроз, ни претензий, что сбило меня с толку.

— Сразу говорю, к вам претензий я не имею, — продолжал меня удивлять старший Вяземский. — Мой сын сам виноват в этом инциденте. А вы проявили истинное благородство, сохранив жизнь своему сопернику. За что я вам благодарен.

— Не стоит благодарности. Я не держу зла на вашего сына, и у меня нет цели понапрасну обагрять руки чужой кровью.

— И это показывает вас с положительной стороны. Мне жаль, что наше знакомство вызвано такими обстоятельствами. Зато благодаря вашей дуэли я узнал, что у нас в губернии поселился светлейший князь. И, мне думается, мы можем оказаться друг другу полезны. Как я понимаю, вы слышали обо мне и знаете, кто я.

— Поговаривают, вы владеете половиной города.

— Это, конечно, не совсем так, но во Владимире у меня действительно имеются некоторые активы и связи. Так вот, я считаю, нам с вами есть что обсудить. У меня имеется ряд предложений, касающихся увеличения прибыльности вашей компании. Если вас это интересует, мы могли бы встретиться лично.

Чувствовалось, что Вяземский — деловой человек, он не стал долго юлить, прямо сказал чего хочет и попал в самую точку. Разумеется, меня данная тема не могла не заинтересовать.

— Мне будет интересно выслушать ваше предложение, — сказал я.

— Тогда как смотрите на то, чтобы пообедать в воскресенье в ресторане «Аркадия»?

— Это вполне возможно. Часа в два могу подъехать.

— Договорились. Значит, забронирую столик на два часа кабинете на втором этаже.

— Благодарю.

— До встречи, Святослав Павлович.

— Всего хорошего.

Вяземский положил трубку, я ещё долго стоял и глядел в окно. Самый богатый и влиятельный аристократ Владимирской губернии предложил мне вести совместные дела. Не кроется ли здесь подвох? Не готовит ли он тайную месть за своего сыночка? В ресторане, куда меня позвали, до еды, пожалуй, лучше не дотрагиваться.

С другой стороны, я по-прежнему являлся главой одного из двенадцати великих родов империи. Возможно, Вяземский действительно узрел для себя некую выгоду в сотрудничестве со мной, причём такую, что даже избиение сына отошло на второй план. Это тоже выглядело вполне вероятно.

В любом случае я не пойму истинные намерения Гавриила Вяземского пока не поговорю с ним с глазу на глаз. Тут я вспомнил, что в воскресенье Настя хотела встретиться с поручиком Савенко и тоже в обед. Придётся настоять, чтобы сестра перенесла мероприятие на вечер. А в субботу к нам приедет Шаховской — ещё одна важная персона, с кем было желательно установить дружеский контакт.

У меня оставались два свободных дня, и я раздумывал, чем их занять: то ли охотиться на демонов вместе с дружиной, то ли разыскать бывшего работника лаборатории Прозоровских, контакты которого дал мне Лыков. Учёный сейчас проживал в Нижнем Новгороде, и я хотел отправиться туда лично. Не сказать, что ехать очень далеко, но какое-то время это займёт.

Когда я вернулся в гостиную, сидевшие за столом девушки устремили на меня вопросительные взгляды.

— Звонил Гавриил Вяземский, — ответил я на немой вопрос. — Тот самый, чьего сына я вчера побил.

— И что говорит? — спросила Настя. — Он тебе угрожал?

— Наоборот, сказал спасибо, что не его отпрыск остался жив.

— Серьёзно?

— И предложил встретиться в ресторане, поскольку у него ко мне якобы есть некое дело.

— Странно… Ты уверен, что это безопасно?

— Конечно же, нет! — я сел за стол. — Думаешь, после всего произошедшего я верю, что встреча с кем-то из местных может быть безопасно?

— А недавно, кстати, новость была, что Гавриил Вяземский приобрёл долю владимирской табачной компании, — вклинилась в разговор Анжелика. — Такое чувство, что скоро он здесь скупит всё.

— Только непонятно, почему в провинции торчит, а не живёт в Петербурге, — проговорила Настя.

— А, как по мне, ничего удивительного, — пожала плечами Анжелика. — Здесь перед ним вся аристократия в ножки кланяется, сам генерал-губернатор у него на поводке. А кто он в Петербурге? Там таких, как он, пруд пруди.

— И то верно, — согласилась Настя.

— А добычей изменёнки он занимается, не знаешь? — спросил я у Анжелики.

— Как будто нет. Не припоминаю, чтобы такая информация попадалась. Но, может быть, и владеет куском земли на границе. Сложно сказать. Ему здесь столько всего принадлежит, что я не удивлюсь, если так и окажется.

Нас прервал Ерофей, неожиданно появившийся в дверях. Я ещё утром попросил его зайти после завтрака, и вот он пришёл, а планировка дома была такова, что попасть в жилую часть можно только через гостиную или через боковую лестницу, которой никто не пользовался, кроме меня. Оставив девушек обсуждать Вяземского и прочие проблемы, мы с воеводой отправились в кабинет.

— В общем, ситуация следующая, — я уселся в рабочее кресло. — У нас с пятым отделением дела пока не клеятся. Долгорукова… помнишь, которая приезжала после нападения? Так вот, Долгорукова обещает помочь мне с лицензией, но говорит, что это сложно. Кое-кто в пятом отделении не желает усиления моего рода. Поэтому с сегодняшнего дня мы больше не сдаём добычу в Климовское. За бесценок я её продавать не собираюсь. Отныне будем копить и ждать, пока мне вернут полную лицензию.

— Ваша светлость, долго ли мы так продержимся? Хранилища заполнятся за месяц даже с учётом того, что добычи будет раз в десять меньше, чем в последние недели. А что потом? — задал закономерный вопрос Ерофей.

— Во-первых, хранилища можно обустроить новые. Не обязательно всё держать в подвале. Подойдёт любая комната с морозильными артефактами. Ямы, на худой конец. Во-вторых, ты прав, долго мы копить ООС не сможем. Месяц-другой потерпим, потом придётся сдавать. Но не пятому отделению. Буду договариваться с Орловым, чтобы дал более выгодные цены. Даже если по итогу, за вычетом всех расходов на транспортировку, я получу такие же деньги, как от пятого отделения, лучше продам деду, чем этим жадным сволочами, которые под меня копают.

— Воля ваша. Главное, чтобы нас потом не обвинили в контрабанде.

— А каким образом нас обвинят в контрабанде? Что незаконного я делаю? Я, как и любой помещик, имею полное право продавать ООС одному из светлейших князей.