"Фантастика 2025-103". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Виланов Александр Сергеевич - Страница 148

– Что это? – пробормотал я.

Несмотря на то, что вид судна мне казался смутно знакомым, от него так и веяло чем-то родным, память мне ничем помочь не могла, за полным своим отсутствием. Проследив как это летающее нечто скрылось, запомнив в каком направлении улетело, я стал проговаривать вслух слова, оказывается я умею говорить и стоит потренировать, а то как бы и это не забыл.

– Я помню… Нет, не правильно, не помню, но знаю, что вот эти воды, это море. Эти штуки, это волны набегают на берег. Сижу на песке, это тоже знаю. Эти птицы… хм, не помню. Что птицы только. У них гнёзда. Это небо, вон там ветка сухая на берегу. А там трава, высохшая…

Очень хотелось пить и есть, я уже понимал, что это такое, так что встав, отряхиваясь от песка, волны всё выше поднимались, похоже прилив, о, я знаю, что это такое, вот и двинул по берегу, выискивая место, чтобы подняться наверх, и направиться вслед за той летающей штукой. Там такие же как я… Люди? Да, люди, надеюсь они помогут. Помогут мне вспомнить кто я.

Бормоча, я посмотрел на гнёзда и летающих птиц, шум так и стоял, после чего шатаясь двинул к обрыву, и пытаясь удержаться за трещины и выступы, стал подниматься. Я не так и далеко ушёл от места где очнулся, ну вроде вижу это место, если прищуриться, двигался по берегу, осваивая тело. Двигал руками и ногами. Иногда падал, с координацией были проблемы, но чем дальше, тем уверенно я шёл, и к моменту, когда подошёл к стене, уже вполне владел телом. Наполовину поднялся, под возмущённый клёкот птиц, некоторые пикировали на меня, вблизи проходя, пару раз помётом попали, явно чуяли опасность своим гнёздам, но я действительно решил поживится. Совал руку в гнёзда, и проверял. Дважды птенцы были, не то, а выше яйца, проверил на просвет, благо как раз снова солнечные лучи упали на нас. Нет, там зародыши видно, так и искал. Очень есть и пить хотелось, голову от слабости кружило. Наконец два свежих яйца, которые я тут же высосал. Мелкие были. А так используя гнёзда как лестницу, и добрался до вершины, там цепляясь за траву, выбрался, и перекатившись на спину, замер. На меня падал помёт возмущённых птиц, а я лежал и улыбался. Немного закинул в желудок нужного материала, хоть что-то. Отдышавшись, я встал, осмотревшись, море пусто, но вид на фоне далёкого шторма, в «окна» лучи падают, был шикарен. Хоть сейчас картину рисуй. Так и любовался бы.

Я же, бросив последний взгляд на эту красоту, сорвав пук травы и вытираясь на ходу, побрёл прочь, пока силы есть, нужно добраться до людей. Двинул в ту сторону, куда улетело нечто. Кстати, там дымы, и вроде что-то есть. Не поселение ли?

Знаете, я, наверное, перестану доверять людям. Схватили, в каталажку бросили, ничего не объяснили. Плохие люди. Вот, сейчас меня куда-то перевозят, на подобие того летающего судна, со странным названием дирижабль, что видел ранее, но это не оно, другой тип. Снова камера и наручники. А вообще дело было так.

Я до наступления темноты вышел на тропинку, и вскоре встретил двух мужчин, что с инструментом, названными ими косами, шли в попутном мне направлении. Те подивились, увидев меня, один дал тряпицу, прикрыть телеса, так вместе и дошли до мелкой деревни рыбаков на берегу моря. Кстати, язык на котором те общались, я знал, но ранее речь держал и учился говорить явно на другом. Вот и тут перешёл на этот язык и общался с ними, быстро восстанавливая навык общения на этом языке. Те узнали, что я очнулся на берегу, памяти нет, обнажён, ничего не помню, надеялся выйти к людям и вышел к ним. Также узнал, что я нахожусь на берегу конфедерации Ногей, мир Жёлтый. Тут рядом Большой океан, до другого берега больше шести тысяч километров и там находится королевство Босния, с которым конфедерация воюет вот уже как десять лет. И конца края этой войне нет. Впрочем, гражданским на это плевать, если бы их деревушку пару раз не разоряли рейдеры противника. А на месте, мы прибыли уже когда стемнело, сначала к дому местного полицейского. Он на деревню один, дома был, рабочее время-то закончено. А тот опросив меня, тут и узнал, что писать и считать тоже умею, стал проверять какими-то штуками, я кстати с удивлением узнал, что тут магия есть и маги, и тут вдруг полицейский заорал и ударил меня кулаком по голове. Очнулся уже в околотке, со связными руками, в камере.

Двое суток держали, хорошо кормили неплохо, рыбы жаренной много. Одежды подкинули сердобольные рыбаки, вполне неплохая серая рубаха и пахнущие рыбой чёрные штаны. Это всё, но моего размера, уже хорошо. Спасибо и за это. Бесед со мной не вели, более того, меня охранял обязательно кто-то. Часть времени сам полицейский, обычно днём, другое время кто из деревенских, вооружённых ножами, один так с тесаком. Причём, глаз не сводили, как мне удалось подслушать, меня опознали как особо опасного разыскиваемого преступника. В особой базе числюсь, опознали по какой-то ауре. Удивили. Так два дня и прошли. А там прилетело это судно, зависло в стороне от деревни, и прибыл конвой, на меня надели кандалы, на руки и на ноги, на шею странного вида кожаный ошейник, хотя старший, офицер, что-то проворчал что не особо он мне и нужен, однако сопроводили, шесть солдат и маг с офицером, дальше подняли на борт судна, на подобии лифта, спустили площадку. Пока я размышлял, пытаясь понять откуда я знаю, что такое лифт, меня в камеру отвели, сменили кандалы на более лёгкие, правда ошейник остался на месте, и вот мы вроде как куда-то летим, иногда лёгкая вибрация от двигателей по корпусу пробегала, но вот не ощущал полёта. Тяжесть не наваливалась, или невесомость, а вроде должны быть. Чёрт, откуда я это знаю? Видимо что-то прорывается через ту стену, которую я обойти не могу. К своей памяти.

Летели вроде недолго, я только уснул, как разбудили, дальше повели к выходу, спустили, пока на площадке опускались к поверхности, рассмотрел, что мы в каком-то крупном городе. Дальше закрытая карета, долго везли, почти час, высадили во внутреннем дворике, сплошной камень вокруг, дверь, ступеньки вниз, и вот камера. Одиночка. В течении суток меня трижды вызывали на допросы, но памяти-то нет, поэтому на всё отвечал, что не знаю или пожатиями плечей. Памяти нет. Хорошо не били. А на второй день привели из камеры в кабинет, а там мужчина-блондин, в фиолетовом костюме из бархата, с интересом посмотрев на меня, спросил:

– Узнал меня?

– Простите, я ничего не помню, очнулся на берегу океана.

– Да, читал отчёт следователя. Садись.

Я подошёл к указанному стулу, и сел. Два конвоира меня пристегнули к нему. Дальше сняли наконец ошейник, и пока блондин меня с интересом изучал, двое магов со мной работали какими-то магическими приборами.

– Не одарённый. Никаких следов Дара, чистая душа простеца, – наконец сообщил тот маг, что постарше. – Физическое состояние идеальное. Возраст, пятнадцать лет и тридцать шесть дней.

Блондин, которому это и доложили, к нему обращались как к аристократу, ваша светлость, выслушал, и уточнил:

– Тело, превращённое в амулет может быть, скрытые маскировкой чары?

– Может. Нужно часа три на проверку. На считывание памяти ещё час. Используем амулет, что снимает копию памяти для создания языковой базы для обучения. Самый быстрый способ.

– Действуйте. И начните с памяти.

Дальше маги начали работать, а вырубило меня импульсом боли, когда несколько предметов у головы расположили. Насколько вырубило не знаю, но очнулся и прислушался, не двигаясь и не меняя дыхание. Тот же маг докладывал блондину, по тому что удалось выяснить:

– Память чиста. Никаких следов коррекции, но при этом он знает четыре языка, два мне неизвестны, и остались некоторые знания. Разум очень развит, хорошая память, сейчас, повторюсь, чистая. Некоторые фрагменты знаний будут всплывать у него, когда встретиться нечто знакомое.

– Заблокированные участки?

– Нет, ваша светлость. Восстанавливать нечего, всё удалено. Почти всё, иначе бы он стал пускающим слюни овощем. Тонкая работа и я не могу сказать, кто бы так смог поработать. Мне такие специалисты незнакомы, даже среди заграничных.