Танцующие с тенью - Ричо Дэвид - Страница 62

Диалектика работы с тенью

Дружба с тенью осмысленно объединяет кажущиеся противоположности и, таким образом, является примером синхронности.

ПРАКТИКА

У большинства людей уже получилось преуспеть в деле объединения и контейнирования противоположностей в своем опыте и в себе. Например, мы вполне успешно сочетаем изматывающий стресс с восторгом в спорте. Или, скажем, в отношениях с детьми или близкими друзьями: мы продолжаем любить их, то входя в эмоцию симпатии, то выходя из нее.

Посмотрите на эту таблицу и определите свое место в ней.

КАК ПОДРУЖИТЬСЯ С ТЕНЬЮ: ТОНКАЯ РАБОТА

А это порожденье тьмы — мой раб[48]. Шекспир. Буря

А я поговорю с поганым дивом, чтоб нам спуститься на его плечах[49]. Данте. Ад

Далее вашему вниманию предлагается история, которая отлично показывает, что значит подружиться со своей тенью. Однажды великий учитель тибетского буддизма Миларепа столкнулся в своей пещере с пятью демонами, которые высмеивали его духовную практику. Он не стал вступать с ними в бой, хоть и был всегда мужественным воином. Вместо этого он начал искать в каждом из них узнаваемые части себя и в результате подружился с ними.

Итак, мы исследовали свои теневые области, встретившись с собственными внутренними демонами и внутренними божествами. Фрейд говорил о переносе в психотерапии: не работать с ним — все равно что успешно вызвать из мира мертвых духа и не задать ему никакого вопроса. Это, безусловно, можно отнести и к нашим позитивным, и негативным теневым сторонам. Чрезвычайно полезна работа, в ходе которой мы задаем себе и отвечаем на важные вопросы: как мне признать свою тень и использовать ее наилучшим образом? Как она может служить моим уникальным и глубочайшим потребностям, ценностям и желаниям? Как она может помогать на моем пути к выполнению предназначения?

Цель работы с тенью не в улучшении и не в реконструкции себя. Шаги, которые мы предпринимаем в ее рамках, мягки и тактичны: нам надо принять себя, подружиться со своими наихудшими чертами. Мы, метафорически выражаясь, извлекаем золото из темных, но очень заманчивых пещер своей психики. А далее одним скачком все меняется к лучшему, и происходит очистка золота. Улучшение есть результат, а не цель этой работы. (Счастье, кстати, работает так же. Это тоже результат, а не цель. Как и улучшение, счастье есть сдвиг, резкое изменение благодаря благодати, а не шаг, требующий усилий с нашей стороны.) Дружба с тенью — это не следствие набора случайных изменений, это полная трансформация. Речь не об усилиях, нацеленных на то, чтобы улучшить, возвысить себя, — они только укрепляют нашу веру в контроль. Более того, другой стороной такого возвышения является падение, и потому упор на одну из сторон заставляет нас бояться второй. Стало быть, мы можем быть уверены, что по-настоящему подружились со своей тенью, когда чувствуем, что свободны от страха.

Эмма Юнг говорит: «Внутренняя целостность навязывает нам свои пока еще не выполненные требования». Психика человека не только стремится к целостности, но и использует все в нас для достижения этой цели, как фермер использует каждую часть свиньи, чтобы получить прибыль. В случае с тенью это происходит с довольно интригующей экономией. Наша личность содержит в себе две обычные характеристики: влечение и отвращение, симпатию и антипатию. Так вот, в своей тщательной и узконаправленной работе, нацеленной на целостность, психика использует каждую из них для компенсации качеств, которых нам не хватает. Например, Марсия — девушка пассивная, и ее восхищает напористость Мелинды. Психика Марсии «знает», что в ней есть напористость, просто это качество еще не активировано. И она использует восхищение Мелиндой для того, чтобы направить Марсию к раскрытию этого неиспользованного потенциала в себе. А еще напористость Мелинды и восхищение Марсии можно считать примером синхронии, духовного инструмента психики, ведь, чтобы мы достигли целостности, на нашем пути появляется как раз тот человек, который нам нужен, и на нас оказывается именно то воздействие, которое необходимо. Как мы уже говорили, что-то (мы не знаем что, назовем это психикой или благодатью) всегда работает (мы не знаем как, назовем это синхронией или благодатью), в результате чего целостность, которая уже и всегда в нас, получает возможность выйти наружу. Принцип синхронии соблюдается, когда случай встречается с выбором, и мы действуем соответственно тому, что началось за пределами нашего эго. В этом смысле работа, нацеленная на дружбу с тенью, — это духовная работа. Это сотрудничество с силой, которая взрывает наши ограничения безграничностью.

Что надо, чтобы подружиться с позитивной коллективной тенью? Позитивная коллективная тень — это Самость, всеобщая любовь, мудрость и исцеление. Ни один человек в одиночку не способен полностью представлять собой, понять или вместить ее в себя. Однако святые и истинные герои самопожертвования олицетворяют ее своим примером и успешным вкладом в благо мира. К таким людям относятся, например, мать Тереза, далай-лама и большинство других лауреатов Нобелевской премии мира, а также люди по всей земле, героически боровшиеся ради счастья всех и каждого. Они отдают свою жизнь в интересах человечества. Их бескорыстная и продолжительная приверженность идеалам мира, здоровья, свободы и просветления обеспечивает им прямой контакт с Самостью, и они становятся проводниками, которые помогают ей достичь и охватить всех нас. Присоединяясь к ним в их благом деле или живя служением своему местному сообществу, мы расширяем их работу. Мы можем никогда не достичь славы и успеха этих великих мужчин и женщин, которыми по праву восхищаемся. Но стоит следовать их примеру, и это будет наш собственный, ограниченный, но великолепный способ понять и объять коллективную позитивную тень. Ни одному человеку не дано в одиночку полностью с ней подружиться. Юнг говорит: «Только накопление индивидуальных изменений ведет к коллективному решению проблемы».

Религиозные фигуры, боги и святые тоже персонифицируют позитивную коллективную тень: «Все эти визуализированные божества всего лишь символы того, что может произойти на нашем пути». Юнг формулирует эту ошеломляюще-оптимистичную тантрическую мысль по-западному: «В человеческой психике дремлют эквивалентные образы священных фигур».

Доктор медицины и философии и профессор психиатрии, философии и антропологии Калифорнийского университета Роджер Уолш добавляет: «В самых глубинах человеческой психики, когда отброшены все ограничивающие идентификаторы, осознанность не ощущает никаких ограничений своей идентичности и непосредственно воспринимает себя как нечто, находящееся за пределами времени и пространства, что мы традиционно называем Богом». Помимо служения есть еще один способ принять космическую позитивную тень — видеть божественные фигуры как образцы и метафоры духовного потенциала своей человеческой природы и действовать в соответствии с этим представлением. Это святилище Бога отражает нашу собственную высшую природу и призывает нас реализовать его замыслы. У божественного есть сердце, но нет рук, кроме наших. В то же время, перефразируя Юнга, мы не Господь, но наше здоровое эго — единственные ясли, в которых он может родиться. Каждый, кто ассимилирует в себе частичку космической тени, очищает образ Бога в сознании человечества, как это делали Иисус и Будда. Мы преподносим миру божественный дар, как это делали их матери. Мы открываем свои дары для божественного, как это делали волхвы. И когда это происходит, мы можем считать, что нам открылось священное.