Пленница ледяного герцога (СИ) - Варварова Наталья - Страница 45

Над столом снова возникла голова Бааза. В этот раз над его рогами кружило темное облачко, из-за чего демон выглядел почти комично.

— Нас засекли, повелитель. Ударный отряд Серебристых, зараженных — не более восьми процентов. Будут через одиннадцать минут. При прямом столкновении победа за нами. Однако обнаружим себя, и столкновения начнутся по всей линии границы. Здесь следов нет, живых — одна девушка в вашей зоне.

— Принято, — откликнулся владыка.

Сатаниил больше не терял времени. Он деловито трогал бесчувственную меня; гладил шею, ощупывал плечи, стискивал запястья. Его привлекали зоны, где кровеносные сосуды ощущались лучше всего.

— Даже хорошо, что твоя подруг сняла мое напряжение. Меньше отвлекаюсь на твое безупречное тело. Жаль будет отдавать его пресветлым, но ты же не подведешь, правда?

В воздухе опять мелькнули мои камни. Демон подбросил их надо мной, и они вспыхнули, наполняясь нежным фиолетовым свечением.

— У тебя даже цвет ауры такой, что специально не придумаешь. Не захотела под огонь, пойдешь под лед.

Он приложил ладони к моему лбу. Фелиция, то есть я, уже несильно отличалась от бездыханной Арабеллы. Даже конвульсии стали вялыми. Однако владыка удовлетворенно хмыкнул и, похоже, остался доволен.

— Так, пусть будет горе-жених и потеря девственности. Подсознательно насилие уже зафиксировано. К нему добавится чувство вины, а также избегание отношений и влюбленности. Не нужно, чтобы, пока я буду тебя натаскивать, ты сбежала под венец и дала себя обрюхатить. Не для того мама ягодку растила, — почти пропел он.

Я думала, что уже увидела все и даже больше. Однако последний финт владыки заставил обреченно застонать. Он обернулся в… Анри. Седого, подтянутого, нескладного и совершенно нестрашного.

— Так, малышка, открой глазки, но в себя не приходим… Я спас тебя, защитил и вернул домой. Ты очень везучая девочка. У тебя впереди еще несколько лет тишины и тренировок с любимыми камешками. Ты ничего об этом господине не вспомнишь, но отблагодаришь безусловным доверием в первую же встречу.

Бррр, я с широко открытыми глазами без проблеска мысли напугала сама себя. Сатаниил погладил меня по голове, а затем резко дернул и без того глубокий вырез вниз. Обнажив грудь, он припал к ложбинке губами.

— Когда все кончится, я обязательно попробую то, от чего отказался. Но сначала охота, и никаких следов демона.

Шумное дыхание Азазеля напомнило, где я. Он обнимал меня, вытирал слезы, шептал мое имя и сокрушался, что согласился все это показать. Я же пыталась свыкнуться с простой истиной: ловушка Сатаниила удалось. Перворожденный связал свою жизнь со смертной девушкой. Было еще и второе — демон снял полные магические отпечатки и мог подобраться ко мне даже здесь, на вилле принцепса.

— Эль-Аму-Тадир, я ударю первым. Это спасет нас обоих.

Я целовала склоненное надо мной лицо. Что бы ни случилось, я хочу быть его силой, а не причиной падения.

Глава 57. Азазель. Вызов

— Брат мой, в этот раз ты продумал не все. Левиафан побежден, его сынок скрылся с позором. Зачем начинать кампанию сейчас, когда после большого сражения Дома обескровлены. Многие воины не вернулись, многие не успели восстановиться, — Эйнджил не побоялся открыто выступить против главы сената.

Азазель видел в этом плохой знак. После долгожданной победы его авторитет не мог пошатнуться. Но сенаторы держали в уме, что даже удачная битва сократила отведенные его телу дни. Перерождение приближалось. После того количества митры, что он извел, он не был уверен, что продержится еще семь дней и семь ночей.

Разговор с Фелицией на эту тему он еще не начинил. И мысль о том, что его женщина останется в одиночестве, пока они с Самуэлем отправятся под крону… Он поднял взгляд на сенаторов, склонивших перед ним головы. Доверять можно только Ариэль, но из-за своего Дарьяла обычно несгибаемая монна потеряла покой, а, значит, и возможность рассуждать здраво.

— Мы все знаем, почему ты спешишь, Эльдаир Агьяр, — мягко начал Кассиэль. — Но десять-двадцать лет ничего не решат. Для низших это время, а для нас песчинка. Демоны не успеют уладить свои разногласия, Астарот не помирится с владыкой так быстро. Сатаниил пытался угробить его возлюбленную супругу, эту адову распутницу.

— Не наговаривай на Иштар, Кассиэль. У богини любви длинные крылья. Ты же не хочешь умирать в одиночестве, в окружении ненавидящих тебя рабов, — непривычно задумчивая Ариэль подала голос.

Азазель созвал сенат и поднял в воздух пять правящих камней, когда архонты совершенно этого не ждали. Несколько дней назад принцепса выдернули на бой с брачного ложа, и теперь, вместо того чтобы залечивать раны в компании избранницы, он настаивал на молниеносном рейде. Он, которого шепотом и за спиной критиковали за лишнюю осторожность.

— Однако сегодня, Азазель, я соглашусь с остальными, — продолжала племянница. — Ты самое могучее существо в Чертогах. При этом ты в опасном шаге от перехода, тебе требуется обновление… Ощущение близкой победы может пьянить. К тому же ты переживаешь за Фелицию.

От Азазеля не укрылось, как от этого имени скривились Эйнджил и Кассиэль. Лорат остался невозмутим. Ариэль не умолкала. Она всегда ощущала себе связующим звеном между ним и сенатом:

— И, поверь мне, это лишнее. Если она понесет, то защита ее и ребенка выйдет на первый план, объединит Дома вне зависимости от их статуса. Но ведь и сама по себе твоя супруга неприкосновенна. Мы, Алые, выделим ей охрану.

Эйнджил не желал оставаться в стороне. Он жестикулировал и предлагал сформировать свиту для жены принцепса. Выбрать исполняющего обязанности главы сената, подзарядить от аметиста остальные камни — а начать с того, что выработать четкий регламент. У Азазеля от сопровождавшего эту речь мелькания ауры зарябило в глазах. И, правда, не восстановился.

— Хватит, — махнул он рукой.

Замолчали все — потому что во время речи главы Синего дома остальные успевали вставлять свои комментарии. «Как дети», — подумал Азазель, но сейчас он четко понимал, что не в силах доверить самое дорогое ни одному из верховных.

— Мы протрубим сбор, а я — персональный вызов. Левиафана, мы это знали, поддерживал его сын. Но я и не ведал, насколько глубоко Сатанаэль отравил Чертоги. На протяжении эпох он ослаблял нашу расу. Под наводке демонов перевертыши уничтожали виллы, кланы и отдельные Дома. Вчера он покусился на само Древо. То ли пытался впрыснуть свою отравленную кровь, то ли получить противоядие. Я не дам ему времени, чтобы подготовиться к следующей встрече. Оно играет против нас. Завершу все так, как и собирался.

Трое собратьев не глядели на принцепса, и только Лорат кивнул. Азазель слышал, что глава Серебряных боролся с темной немочью, то есть с последствиями заражения в раннем возрасте. Не раз и не два слухи признавали его мертвым.

Этот хмурый пресветлый одним из первых в своем Доме отказался подпитываться животной энергией (к ней до недавних пор относилась и человеческая). Лорат считал, что это усугубляло болезнь. Он заговорил медленно и веско:

— Согласен, брат. Они не ожидают атаки. Твой бой с предводителями настроит архонтов. Если ты выиграешь, то, несмотря на всю усталость, они пойдут вперед и сметут демонов. Сейчас граница части контролируемых ими нейтральных миров проходит слишком близко к нашей. Оттуда перевертыши получают корм, экипировку и информацию. Оттуда они тянут туннели через Загранье. Откладывать развязку еще на пару десятков лет не стоит.

— Уже двое настаивают на сражении. Тогда и я присоединюсь, — вмешалась Ариэль. — Я привыкла доверять чутью Азазеля. Да будет так, как видит его митра.

Кассиэль и Эйнджил уже не могли повлиять на решение сената. Их камни закружились в общем круге… Правильно ли рассматривать этих двоих как союзников? Азазель для себя еще не определился. Возможно, Кассиэль сманил на свою сторону кого-то другого из Синих, и скоро в этом Доме произойдет смена власти. И тогда зря герцог подозревал открытого и импульсивного Эйнджила.