Пленница ледяного герцога (СИ) - Варварова Наталья - Страница 41

— К нам ворвались демоны. До этого они, если и проникали, то в небольших количествах, а сейчас их много, — глухо бормотал Самуэль.

Я старалась не дать страху себя сожрать, не пустить его слишком глубоко. Раньше я вообще не стала бы бояться демонов. Мне казалось, что они честнее и видят в людях равных себе… до тех пор, пока не начала сомневаться в Анри.

Пресветлые были хладнокровными монстрами, если судить по их отношению к людям. Однако все указывало на то, что демоны не отличались от них в лучшую сторону. У пресветлых имелось в моих глазах единственное важное отличие — Азазель. И я должна сделать так, чтобы мой принцепс победил в этой схватке и во всех последующих.

Выдерживать напор камней, угрожавших устроить какофонию, все сложнее. Самуэль, я его раскусила, вместо того, чтобы вытаскивать меня из хранилища, делился собственной силой. Старик стоял на ногах еще хуже, чем я. Но без его поддержки я давно бы сломалась.

Аз умудрился установить над всеми нами защиту, потому что я насчитала как минимум три попытки прорваться сюда. Если не в хранилище, то на виллу. Но как это возможно, если герцог наглухо перекрыл все подступы… Один удар пошатнул дом до основания. Где-то рухнула стена, но щит Аза держал крепко, и внутрь проникнуть не сумели.

— Демоны, демоны, — злобно шипел Самуэль.

И я предствляла, о чем он думал. Если достанут меня, то Азазель может и не выстоять.

— Недолго осталось. Терпите, моя хорошая. Он на хвосте и вот-вот прихлопнет всю шайку, — продолжал прислужник.

Аз тихо и угрожающе рычал, и от этого звука камни вспоминали о долге и вели себя поспокойнее.

И вот принцепс обратился к нам в последний раз и приказал оборвать связующие нити для запрятанного в хранилище камня. Леопард лениво, будто играючи, отвернул лапой в сторону целый стеллаж. Из укрытия поднял ларец за скобу, вынес в самый центр — подальше от других кристаллов — и открыл без видимых усилий.

Я и раньше догадывалась, что одни артефакты подтягивали энергию у других. Но этот ничего не отдавал — лишь забирал. Какой смысл хранить его здесь… Поддерживать то, что должно было угаснуть?

— Это все, что осталось от Левиафана и его семьи. Если обрубить эти нити, не уничтожив оболочку бывшего владыки Чертогов, то черная зараза хлынула бы во все стороны. Затопляла бы все новые и новые территории. Азазель фактически перевел его на себя и подкармливал своей митрой.

Действительно, большая часть энергетических жгутиков тянулась к камням Фиолетовых, а они в свою очередь черпали силу у царственного аметиста.

— Он решил, что момент настал. Значит, рубим, — сообщила я каким-то чужим голосом. Во рту пересохло настолько, что даже жидкость, смешанная с укрепляющими нектарами, не давала эффекта. Но Самуэль каждые пять минут протягивал мне пиалу.

Аз изготовился не подпустить меня к камню. Он огрызался и явно собирался сожрать его сам. Но я не сомневалась, что, если впиться в эту дрянь зубами, взять ее в рот, то мой любимец издохнет у меня на глазах. Я шипела, отгоняя его, и у леопарда не хватало решительности отодвинуть меня силой. Должен же быть выход, как обезвредить эту ядовитую пакость.

— Вам полагается личное оружие, монна. В союзе, дважды благословенном Древом, не может быть, чтобы вас оставили без средства защиты и нападения.

Самуэль настолько ослаб, что еле ворочал языком. Я потянулась к поясу на талии и сквозь ткань платья нащупала ножны, которых не было там, когда герцог меня раздевал. Да побрали бы Небесные кущи эту чудовищно неудобную одежду… Еще минута ушла на развязывание тесемок — и я, не веря своим глазам, вытащила кинжал!

Черный металл играл бликами в мерцающем свете камней. Они да звезды составляли здесь основное освещение. Лезвие средней длины было заточено с обеих сторон, рукоятка из темного, как ночь, обсидиана сверкала не менее зловеще. Но мне некогда его разглядывать. Я потянулась к тонкой нити, которая скрепляла кристалл-паразит с одним из камней Фиолетовых.

Взмах и удар. Самуэль схватился за сердце, Аз заскулил, как собака. Наверное, ни один пресветлый не смог бы сделать то, что сделала я, и не пострадать. Но я из другой расы. Мне плевать, что это был за правитель такой, который в итоге обрек свой народ на изнурительную пытку. Еще взмах, еще и еще.

Камень, это мутное бельмо, наконец потух. Крысюк закрыл уши руками и опустился на пол. Я же не слышала никаких звуков, но готовилась последовать его примеру. Из меня будто вытащили стержень. Это как же долго я держалась только за счет старика…

Аз толкнулся мне в колени, требуя, чтобы я обхватила его за шею и повисла. Он поднялся в воздух вместе со мной и нырнул в портал. Надеюсь, это нестрашно, что Самуэль так и остался в хранилище. Леопард вышел в спальне и встал рядом с кроватью. Перекатилась на нее я уже самостоятельно.

Сон, куда я провалилась, больше напоминал беспамятство. Но одно я знала точно. В какой-то момент в нем появился Азазель.

Глава 53. Встреча

Я очнулась в той самой позе, которую так любил супруг до праздника в нашу честь, — я лежала на нем сверху, его руки сомкнулись на мне, как два обруча, а мои лодыжки оказались под его. Голова покоилась у него на плече.

Я не могла сообразить, что с Азазелем. Для спящего он дышал слишком неглубоко. Мне приходилось прислушиваться, чтобы уловить дыхание. Что это — беспамятство, кома? Но ведь тело оставалось таким же сильным, как обычно.

Он легонько вздохнул мне в волосы. Я подняла голову, чтобы посмотреть на него, и чуть не закричала. В первый момент мне показалось, что он изувечен, потому что по лицу и по плечам расползлись черные подтеки. Затем я вспомнила, что кровь у него голубая. И все равно не верилось, что муж рухнул в постель, не помывшись. И… обнаженным? Не надев традиционный расшитый халат.

Провела пальцем по щеке. От него не пахло гарью или кровью. Даже этот запах я научилась отличать. С кем поведешься… Тонкий дегтярный аромат остался, но его не побеждала даже ванна с душистыми солями. Нет, темная субстанция не оставалась на пальцах. Я сообразила, что под кожей у него лопнули сосуды, или что-то подобное.

Неужели заразился? Потянулась губами к пульсирующей жилке у него на виске, и в этот момент принцепс перехватил мою руку, которая оказалась у него на плече. На меня глядели не его обычные холодные лазоревые глаза, а темные, почти грозовые.

— Что с тобой? — прошептала я, поймав себя на мысли, что, несмотря на многочисленные признаки того, что он далек от нормы, я никак не могу испугаться.

Он молча закрыл рот поцелуем. Приподнял меня и уложил на простыни. Почему-то я не сопротивлялась. Если он подцепил эту их болезнь, то, значит, я тоже обречена. Вместо того, чтобы отталкивать, потянулась к нему, послушно раздвигая бедра. Моя покорность, кажется, действовала на него, как красная тряпка. Он прорычал что-то нечленораздельное.

Я опять оказалась не до конца готовой к его вторжению. Тогда он помог мне пальцами. Их уверенные движения, синхронные с его осторожными толчками… это было так распущенно, слишком интимно. Он объяснял мне на ухо на их певучем языке, что я самая красивая и желанная. На этот раз я понимала хотя бы половину фраз.

Вдруг мужчина перестал двигаться, а пальцы, наоборот, усилили напор. Вторая рука, почти в такт, ритмично сжимала мои ягодицы. Его губы опустились ниже, стремясь накрыть вершину груди и наконец поймав сосок. Я и не думала ему мешать. Перестала размышлять, насколько правильно то, что происходит между нами.

Очевидно же, что он не восстановился после одного из самых тяжелых боев в своей жизни. Я или помогу ему, или умру рядом. Завидная участь, но другой я себе не оставила. Азазель коротко простонал. Ох, это было не похоже на стон раненого или умирающего. Нет, он явно молил о другом.

Я недолго балансировала на пороге того огромного, что он мне обещал. Тело били уже знакомые судороги, однако сладкое забытье все не наступало. Азазель положил обе руки мне на поясницу и вошел глубже. Я выгнулась всем телом и потом сразу и стремительно заскользила навстречу пожару, сорвалась в него словно с огромной высоты. На одно бесконечное ослепительное мгновение я забыла о том, кто я такая.