Пленница ледяного герцога (СИ) - Варварова Наталья - Страница 15

Меня так и подмывало съязвить, что я не просила о таком щедром и во всех смыслах чистом даре. Но иногда я бываю осмотрительной. Да и обижать его после того, как он примчался отбивать меня у Кассиэля — ладно, момент неподходящий.

— Давай я покажу, что пресветлые делают вместо поцелуев? — ни с того ни с сего предложил он.

Азазель стоял слишком близкоо. После того, как я отпрянула, он вновь приблизился и сейчас нависал надо мной. Белые крылья раскинулись, заслоняя собой облака в небе.

— Давай в следующий раз. Я не настолько любопытна.

— Дай свою ладонь, пожалуйста. Мы соединим руки. Для твоего народа в этом жесте нет ничего интимного. А мне поможет успокоиться и завершить брошенные на середине дела.

Мы так мало знакомы, а он уже разобрался, как правильно задевать мое чувства. Тревога внутри не смолкала. И все равно я нехотя протянула ему ладонь.

Сначала по телу прошла судорога от того, что его накрыло ледяным коконом. Потом эту корочку льда растопил жар. Теперь колотило уже от него. Чуждая сила бушевала вокруг. Герцог всего лишь держал мою руку в своей. Но меня он либо раздавит, либо……Принять, а затем подчинить. Это чьи сейчас были мысли? Я обняла его свободной рукой и, закрыв глаза, прижалась щекой к его шее.

В этот момент все куда-то сгинуло. Остался лишь мир под нашими ногами, много-много свободного пространства над нами и радость Азазеля, на которую я самозабвенно отвечала. Все нервные окончания трепетали разом. Воздуха в легких стало много. Если я выдохну его махом, то взлечу без помощи сандалей. И, конечно, это оказалось слишком сильно, потому что я опять отключилась.

Глава 21. Цепи и камни

— Госпоже срочно нужно предстать перед Древом вместе с господином. Вы хоть знаете, в каком мире мы живем? — сокрушался рядом знакомый голос.

На этот раз крыс выбрал ярко-голубой халат, подпоясанный кушаком из блестящего материала. В нем он был похож на райскую птаху. Точнее, на ее чучело, до которого добралась моль.

— Эххмм… Ой.

Да, стоит мне помиловаться с Азазелем, — и я не то, что забываю единый язык, но не могу складывать слоги на любом из существующих наречий. Тем не менее, со второй попытки получилось:

— Какой такой мир… У вас аквариум в миниатюре: каждый норовит сожрать того, кто послабее.

— Я имел в виду, что это снимет много проблем разом. У господина война на носу. Перевертыши подступают все ближе. А вы маленькая и слабая. И даже для любви не годитесь. Беспокойство с вас одно.

Жаль, что не дотянуться даже до сандалии с крылышками. И подушку поднять не в состоянии. Но Самуэль же один из них… Он прекрасно улавливал мое настроение. А еще он единственный, кто звучал у меня в мыслях.

— Леди, не нужно злиться на старика. Хорошо, что до господина наконец дошло, что визит к корням откладывать нельзя. Вместе отправитесь уже завтра. Сегодня подберем вам подходящие камни. А ближе к ночи вернется принцепс. Прорепетируете танцы для предстоящего бала.

Выдавила из себя кривую ухмылку. О чем это он? Опять все силы уйдут на то, чтобы подняться. Еще день буду приходить в себя. О, первая богиня, в кого же я превратилась за несколько недель на этой вилле? А ведь меня не могли сбить с цели два дядюшки и одна тетушка, даже когда они объединяли усилия. Бездна с этим балом. Камни — вот мой шанс на побег. Только с чего бы герцогу дарить мне такую возможность…

— Я попробую, — твердо заявила я, но Самуэль пресек мою попытку подняться.

— Сначала отварчику хлебнете. Как глаза обратно заблестят, так и пойдем.

Позволила ему напоить себя подозрительным дымящимся взваром, который пах горелыми шишками и хлебом. Хотя напиток и дымился, горячим он не был. Случалось вливать в себя и куда более мерзкие коктейли. Когда я готовилась к тому, чтобы попасть к ним в сенат, то не только продумывала, куда спрятать одежду, чтобы не напугать родственников до полусмерти, но и смешивала самые несочетаемые ингредиенты.

Это помогло сделать так, чтобы хитрая система безопасности пресветлых не увидела разницы между мной и воздухом. Пару травок я так и не идентифицировала — я нашла их в шкатулке Анри.

Пока жидкость подозрительно долго булькала внутри, я не утерпела и потребовала подробностей. Расчет на то, что Самуэль не поскупится на разъяснения, оправдался тут же.

— Не пойду я к Древу, зачем оно мне? Это ваша святыня, я здесь чужачка.

— Разве Азазель не объяснил сам? — очень натурально изумился старик.

Понимать, что тебя ждет — уже половина успеха. Бал интересовал меня гораздо меньше. Не планировала задерживаться здесь так надолго и вся обратилась в слух.

— Если Древо подтвердит выбор Азазеля, то его митра, да и вся его сила разом, перестанет оказывать на вас парализующее действие.

— Браво! То есть я не буду падать в обмороки, когда ему в очередной раз захочется ко мне прислониться.

Крысюк кивнул. Его блеклые серые глаза сохраняли мерцание, несмотря на возраст. Ничто в прислужнике герцога не указывало на то, что терпение и такт относились к числу его добродетелей. И он тут же ляпнул очередную гадость.

— Ну, положим, ему много чего захочется. Сейчас его желания привели бы к вашей гибели. Но с благословением Древа…

Я подпрыгнула на кровати. Запихнула ноги в волшебную обувь, без которой в этом распрекрасном доме так легко свернуть себе шею.

— Я здесь, чтобы освободить свой мир от таких, как вы, и не собираюсь стать десертом для главного тирана. Ясно тебе?

— Не смею вам возражать прекрасная мон… леди. Под сенью ветвей, которым ведомо прошлое и будущее, вы услышите свое сердце. Если моему лорду не будет там места, значит, перворожденный погибнет. Но таков конец любого, даже бессмертного. И он будет за вас биться.

Желание продолжать этот спор резко пропало. С чего он взял, что Азазель настолько ко мне привязался? И с какой стати меня должна заботить его судьба! Чем слабее пресветлое воинство, тем больше людей смогут свободно дышать. И тем могущественнее станет Бездна…

Кому принадлежала эта мысль? Я уставилась на Самуэля, но тот, не обращая на меня внимания, перебирал содержимое двух шкатулок на столе.

— Куда, куда же я его засунул? — бормотал он себе под нос.

Старик достал из кармана халата необычной формы ключ, который изгибался, как клюка. Причем сделан он был не из металла, а из какого-то серо-белого камня. В полумраке спальни он слегка светился.

Потом мы отправились выбрать «мои» камни. Но не по лестницам и переходам, а через портал. То ли крысюк остерегался показывать мне дорогу к хранилищу, то ли оно действительно находилось далеко.

Сокровищница, — вряд ли это, конечно, она, — полностью соответствовала общей сдержанной атмосфере. Мы очутились в каменном мешке, посреди которого возвышался круглый стол, вытесанный из здоровенного валуна. Если не ошибаюсь, из гранита. Высоко над нами мерцали лиловые облака. Помещение представляло собой вытянутую вверх бутыль, — и я разглядывала небо через отверстие в горлышке.

Где же камни? Стеллажи занимали все пространство вдоль стен, от пола до потолка. И на них стройными рядами громоздились примерно одинаковые шкатулки. Лесенок я не заметила. Зато сверху, от краев «горлышка», спускались цепи разной длины. Одни заканчивались где-то высоко, другие доходили почти до уровня моего лица. На конце у каждой крепился странный предмет — как будто песочные часы поместили вовнутрь кристалла или закрыли стеклянным куполом.

— Достаточно выбрать пять камней. Все они заперты, чтобы посторонний не догадывался об их природе… То есть взять пять шкатулок, любых. Брать по очереди и складывать на стол. Сандали доставят к любой из них. Советую не торопиться и не трогать те артефакты, что на цепях. От них мало толку.

Глава 22. Ваше лицо кажется мне знакомым

Интересно, это совпадение, что Азазель доверил мне прийти сюда? Не мог же он не понимать, что я умела обращаться с камнями… Мой дар раскрывался медленно, уже в подростковом возрасте. Главным образом, заключался не в скудной целительной силе, не в умении передвигать предметы, а в том, что я хорошо разбиралась в минералах.