"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 987

Надо будет спросить при случае. Интересно, мне скажут или отговорятся, что секретная информация?

Итак, передо мной стояла задача — убить дракона.

«Обрушить на него пол, то есть потолок, и вся недолга» — вот что пришло мне в голову первым. К счастью, ненадолго: я сообразил, что куски глины такую живучую тварь могут и не убить. Надо что-то понадежнее. Проблема в том, что все мои боевые заклятья требовали движения воздуха или непосредственного контакта с глефой! Чтобы обеспечить этот прямой контакт, опят же придется разрушить глиняную корку. Но беда в том, что после этого не только я смогу дотянуться до твари, но и она до меня. Нет, можно рискнуть, я, скорее всего, успею быстрее, но я прямо-таки чувствовал, что есть способ лучше! И если подумаю пять минут, то я его непременно найду.

Эх, жаль, что не успел научиться у Аркадия прямому телекинезу — сейчас бы пригодился. Я бы стелекинезил глефу в это отверстие для воронки и…

Постойте-ка. А зачем мне для этого телекинез? Монстр замурован почти без зазоров, в смысле, от потолка до спины этого «дракона» (все равно названия не помню, так что пусть так) меньше метра. Глефа у меня два метра длиной. Осталось только найти — или сделать — подходящую трещину…

Отверстие пришлось все-таки вырезать: то, в которое вставляли воронку, не подходило, так как располагалось над мордой чудовища. А мне нужен был корпус. Но это труда не составило: я уже очень хорошо чувствовал свою «циркулярную пилу», так что мне удалось не повредить хрупкий пол больше необходимого. После этого я встал на колени и осторожно опустил глефу вниз как можно ниже. И — врубил на максимум режущие потоки воздуха!

Вообще-то я редко использовал этот спелл: в дальнем бою куда полезнее оказались «воздушные пули», в ближнем — «циркулярная пила». Но рано или поздно всему находится применение. Вот и в этот раз нашлось. Я закрутил воздушные потоки вдоль лезвия, словно винт мясорубки — и вонзил в тело твари.

Блин, как она завопила! Несмотря на то, что вопль оказался приглушен полом и стенами, мне показалось, что у меня сейчас уши полопаются! Одновременно возникло чувство магической накачки, куда более сильное, чем прежде — забилось сердце, закололи кончики пальцев, я ощутил приступ эйфории и всесилия. Тварь, почуяв, что ее убивают, открывала портал — не ту жалкую трещину, что я почувствовал раньше, а нечто посерьезнее!

Ексель-моксель, этак сейчас на огонек еще кто-нибудь залетит! А я тут на коленях и Всадника Ветра держу за кончик древка! Почти что со спущенными штанами!

Но чувство эйфории пошло на спад почти сразу — полноценный портал схлопнулся, не успев сформироваться: у твари все-таки не хватило энергии. Трудновато распоряжаться своей магической мощью, когда твои кости и мышцы покрошены в фарш воздушной мясорубкой!

Однако моя придумка все-таки сыграла со мной злую шутку. Чем отличается фарш от туши? Тем, что он мягкий и податливый. Сам дракон не мог пролезть в созданный им прокол Кромки. А вот то, что от него осталось после моего воспитательного сеанса, — смогло.

Прорыв с хлюпаньем всосал остатки чудовища и схлопнулся. Утянув заодно и глефу: Всадника Ветра буквально вырвало у меня из рук, и я мог только с ужасом наблюдать в щель, как мой предмет-компаньон исчезает в черный разрыв портала прямо подо мной.

…

…

…

Да вашу ж Машу!

Меня одновременно пробило горячим и холодным потом, я перепугался до смерти, что исчезну вот прямо сейчас, — и успел предварительно поздравить себя с тем, что таки избавился от Проклятья вместе с глефой, ведь как ее теперь вернуть, если она исчезла в Междумирье? Плюс перед глазами пронессся в виде новостной ленты весь запас ругательств, почерпнутых за две жизни (вы, кстати, удивитесь, какой большой процент от общего числа реально узнаешь в детстве — последующие годы просто полируют изначальные наработки).

Но все это длилось секунду, не более. Потому что после короткого удара паники Всадник Ветра оказался у меня в руке, будто никуда и не исчезал. Целехонек, даже лезвие не запачкалось.

Ну что ж, похоже, Проклятье в случае чего дотянется до меня и в Междумирье.

Глава 8

Кончилось тем, что я заночевал по ту сторону хребта, но вовсе не оттого, что мне так было удобнее или быстрее, нет. Просто я вызвал специалистов Ордена для зачистки, и в этот раз пришлось долго дожидаться, пока они прилетят, затем еще провожать их по подземному ходу… А там уже дело близилось к полуночи и смысла куда-то дергаться не имелось.

Орденцы в этот раз прилетели аж на трех вертолетах, причем специалистов сопровождал взвод охраны, который прихватил с собой кучу снаряжения, в том числе зимние палатки с печками. Место в такой палатке бойцы мне и предложили, а я не стал отказываться. Конечно, благодаря термоконтролю Проклятья я могу хоть на снегу спать, но удовольствия мне это отнюдь не доставляет.

Метакосмсоозоологов прибыло аж пятеро, но моего знакомца Константина среди них не оказалось — наконец-то не его смена. Впрочем, с теми, кто прилетел, я тоже быстро нашел общий язык. Все — компетентные спецы, явно привычные к детям-волшебникам и явно в общих чертах посвященные в ситуацию.

— Я с вами согласна, — сказала немолодая уже тетка, главная в этой команде. Она представилась как Аглая, без отчества. — Если это правда был Огнеящер, то они очень живучие. И пищи им много не требуется. Одна из причин, почему они редко охотятся в живых мирах.

— То есть эта гадина еще и огнем дыхнуть могла? — спросил я, порадовавшись, что решил разобраться с монстром через дырочку.

— Эта — вряд ли. Чтобы дышать огнем, им нужно вдохнуть горючих газов, которые в изобилие в Междумирье, но не в нашей атмосфере. Так что обычно способность дышать огнем они теряют в течение получаса после перехода Кромки.

Потом Аглая задумчиво добавила, что она, конечно, не археолог и не в состоянии теоретизировать, как воздушный хищник застрял в подземной пещере — так-то Прорывы всегда открываются в воздухе — но лет двести назад на этом самом месте произошло сильное землетрясение, и что, возможно, именно тогда тварь умудрилась попасть в ловушку.

— Двести лет? — не поверил я. — Вы хотите сказать, что Огнеящер настолько живучий?

Аглая только плечами пожала.

— Говорю же, я не археолог. Но ничего невозможного в таком стечении обстоятельств не вижу. Редкая, конечно, история, да. Но по моему опыту любая редкая история случается как минимум единожды. В пользу этого говорит еще и то, что на этом склоне давно не было жилых деревень. Последнюю расселили еще до начала строительства Искровых башен. А ведь кто-то же эту тварь замуровал…

Ночевка в палатке дала еще одно преимущество помимо удобства: я воспользовался ноутбуком космозоологов, чтобы набрать подробнейший отчет для Аркадия. Он меня об этом не просил, но я решил, что лишним не будет. Опять же, историю с глефой лучше довести до сведения старшего аналитика Ордена — авось, он из этого поймет больше, чем я.

Домой в пещеру я отправился на следующий день, напившись горячего чая и позавтракав армейским пайком, которым угостили меня ребята из Службы (кстати, неожиданно вкусно). Настроение у меня было приподнятое, однако умеренно. С одной стороны, хорошо разобрался со сложным делом — молодец я. С другой, банально не выспался. Спал всего часа четыре. Для мальчика-волшебника как будто достаточно, но, похоже, вся эта история тяжелее мне далась, чем я думал. Вроде даже и не дрался толком, но тут магичил, там подмерзал… А дома, в пещере, меня даже горячего чаю не ждало! Банку-то я так и не отыскал в сугробе.

Однако на подлете в пещеру я… Вновь увидел, что в ней хозяйничали! Это что теперь, каждый раз так будет?

На сей раз, правда, я заметил вторжение не по ждущим у пещеры девочкам в разноцветных платьях, а по большой сумке на колесиках, которая довольно сюрреалистично смотрелась на пустом горном склоне возле входа в пещеру (разумеется, без следов, ведущих снизу). Кстати, моя импровизированная дверь в пещеру была распахнута настежь.