"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 621

Здоровяк усмехается — ага, вот кого имела в виду девушка!

Присев на корточки, он неторопливо убирает пистолет. Но мы все понимаем, что достать его мужик успеет раньше, чем кто-либо из нас даже пошевелит рукой. Это профи — или я ничего не понимаю в военном деле! Приходилось мне встречать таких… г-м-м… ребят, да…

— Он проводит одного из вас к Алле. И всё — на этом моя помощь вам заканчивается. Пусть ваших раненых забирают не из моего дома — вокруг много любопытных глаз! Вон, поблизости множество развалин, туда и перетащите их, как стемнеет.

— Мисс, я чрезвычайно вам благодарен! Поверьте, что руководство базы…

— Ничего обо мне не узнает — таково моё условие! У вас там не то, что течет — как из ведра хлещет! Если уж хотите меня как-то отблагодарить, мы найдём какой-нибудь иной способ! Вот, например, Зевса можете использовать, как связного, разумеется. Это к нему тут приставать не каждый рискнет, а вот к беззащитной девушке…

Ох, что-то я сильно в её словах сомневаюсь! Найти за небольшое время такого спеца — и где? В этой дыре? Воля ваша, но вот тут я Марии не верю ни на грош.

— Кто пойдёт со мной? — интересуется здоровяк.

Тут и вариантов никаких нет, идти надо мне. С Крамером Алла разговаривать не станет. Не в том, разумеется, смысле, что не будет отвечать на его вопросы, этого-то не произойдёт. Но вот раскрывать перед ним факт своей связи с базой не станет точно. Не та фигура, чтобы ей с ним откровенничать. Всего лишь сержант…

— Значит, так! — легко поднимается на ноги Зевс. — В пути выполнять все мои указания — быстро и без болтовни. Скажу нырнуть в сортир — ныряй, только воздуха в грудь набери!

Нырнуть — куда?

Видя моё замешательство, проводник коротко объясняет мне смысл своих слов. Это у них тут юмор такой специфический, да?

— Вас ищут, — коротко говорит он. — Назначена награда, неофициально, сами понимаете. Прилетали ваши вертушки, высадили десант. Те потоптались на месте, забрали тела погибших — и загрузились назад. Для них вы все погибли. Там машина взорвалась — всё вокруг разметало в клочья. Даже и не понять, сколько тут народу полегло. А атаманы предупредили, что за каждого найденного американца будет выплачено по тысяче евро. За мертвого — живой стоит вдвое дороже.

Зачем им нужны живые?! Что они хотят с нами сделать?

А сумма, между прочим, весьма завлекательная! Вот и наш проводник… а кто ж его знает, вдруг он соблазнится таким кушем?

— Вы и сами нам заплатите, — пожимает плечами Зевс. — Цену теперь знаете…

Да, ясное же дело — заплатим! Кто б сомневался-то! Уж чего-чего, а всяких-разных цветных бумажек нам не жалко — не свои! Гривен — тех вообще можем насыпать целый чемодан! Это добро и на самой Украине не больно-то кому надобно, а уж здесь… Можем и карбованцами расплатиться — их у нас тоже немало припасено. Валюта Дикого поля иногда вдруг кому-то внезапно требуется, поэтому и мы держим у себя дежурный запас. Так, на всякий случай, разумеется. Хоть они и стоят не очень-то дорого, по сравнению с нормальными деньгами, но их курс колебаниям подвержен слабо. Вот гривна, та скачет. Как пьяный клоун на вечеринке — такие иногда фортеля выделывает! А карбованец относительно стабилен.

Винтовку пришлось оставить — она слабо сочеталась с гражданской одеждой. На удивление, у Марии в доме оказался приличный запас всякого добра — от армейской формы до вполне гражданских пиджаков. Мне, так вообще подобрали почти по фигуре, словно специально подготовились, добывая брюки и куртки разных размеров и фасонов. А вот ботинки я оставил свои — в таких тут столько народу шастает!

Осмотрев меня, проводник кивает — порядок!

— Дождемся сумерек — и потопаем. Народ с постов тоже жрать попрёт, весь день уже на ногах — а про кормежку никто и не почесался вообще! Вот, под шумок, и пойдем, благословясь! Подремли пока…

Странное дело, слова его действуют на меня как-то расслабляюще, и только сейчас я понимаю, что совершенно нечеловечески устал. Бросив взгляд на мастер-сержанта, вижу, как он утвердительно кивает. Ну, что ж, пожалуй, я последую этому полезному совету, ведь впереди предстоит совершенно непредсказуемая ночь!

Постовой лениво повернул голову, провожая взглядом автомобиль, увозивший смену. Теперь, как минимум, четыре часа на посту будут находиться вновь прибывшие боевики. Приглядевшись к внешнему виду, определяю — это люди Артема, на их нарукавном шевроне имеется изображение шестеренки. «Механики» — так их здесь называют. А это значит, что и сам Панас тоже в курсе дела. Без его ведома и одобрения, никакие блокпосты в городе не могут быть выставлены. И Артем, беспрекословно выполняющий все приказания главгангстера, просто не может позволить себе никакой «вольности поведения». Его люди — это одни из самых преданных Панасу головорезов, даже не смотря на их относительную малочисленность. Так что любой приказ главного городского бандита будет исполнен в точности. Договариваться с ними — это попусту тратить время. Пример Дмитро, ещё недавно гордо расхаживавшего по улицам, хорошо показывает тщетность любых надежд на какую-либо «стабильность» положения кого бы то ни было из бандитских главарей. Любой из них нужен ровно до того момента, пока выгода от его сдачи не превысит выгоду от сотрудничества с ним. И ни на секунду дольше. Так что «бухтеть» против ветра никто и пробовать не станет. И никакой самостоятельности тут нет — да и быть не может. Себе, знаете ли, дороже обойдется. Во всяком случае, рискнуть и пойти наперекор Панасу люди Артема не посмеют. Прикажет им главгангстер пристрелить собственного атамана — нажмут на спуск, ничуть не задумываясь. Никакой «личной» преданности тут нет, есть только закон волчьей стаи — сильный всегда прав! А Панас куда сильнее Артема… и может хорошо заплатить за выполнение такого приказа. И не надо думать, что такое положение вещей присутствует только здесь — по всему Дикому полю так, да и по всей Украине ничуть не лучше дело обстоит. Здесь всякий готов предать и продать своего ближнего, не говоря уж о прочих — только плати! Война ли тому виной? Не знаю… Но вполне допускаю, что не только она.

Шепотом поясняю проводнику свои соображения относительно «механиков», тот молча кивает.

— Ждем… рано ещё, народишко всякий шастает туда-сюда. Заметить могут, нам оно ни к чему, — спустя несколько минут поясняет он мне.

Мы идем не в бар — там слишком много посторонних глаз. Дом Аллы — вот, что интересует меня сейчас. Часа через три-четыре она туда вернется, это я могу предсказать почти наверняка. Она всегда возвращается домой приблизительно в это время. И как правило — одна, что тоже немаловажно. Я не ожидаю с её стороны каких-либо особых мер предосторожности, с чего бы это вдруг? Что бы ни происходило в городе, бара это не касается — там нейтральная территория. И, соответственно, его сотрудники тоже не являются объектом чьих-либо притязаний, нет никакого в этом смысла. Не слышал, чтобы на кого-либо из них хоть кто-нибудь нападал. Нет, всевозможные неуправляемые отморозки, разумеется, не в счёт, но даже и они пять раз подумали бы в подобном случае.

Я в который уже раз мысленно поблагодарил Марию — в одиночку мне не удалось бы пройти и трети пути. Мы-то все привыкли ходить по дорогам. Точнее — не ходить, а ездить. И поэтому все прочие варианты передвижения никто особенно и не изучал, просто не имелось такой необходимости. А мой провожатый шел, казалось, на автопилоте. Пригибался в нужных местах, пропуская над головою покосившуюся балку, безошибочно сворачивал в нужный проём. И ни разу при этом не ошибся, точно выводя нас в нужное место. Чувствовалось, что эти места ему знакомы более, чем хорошо. Ориентировался он тут настолько точно, что даже к месту предполагаемых или заранее известных постов, мы выходили всегда с нужной стороны. И заранее могли спокойно убедиться в наличии, либо отсутствии любых неприятностей. В виде незапланированного поста, например…