"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 548

Интересный это всё-таки получился механизм – Дикое поле… очень кстати он пришелся ко двору, так сказать. Очень многие проблемы можно было теперь попросту списать на неуправляемых дикопольцев. Мол, что ж вы от них хотите – варвары!

Конечно, можно было эту «заразу» выполоть.

Пройтись, так сказать, «огнем и мечом» по городам и весям, призывая всех к порядку железной рукой.

Можно.

Только вот вопрос: кто это будет делать, и кому отойдёт под управление освобожденная территория?

Никакая из соседних стран в одиночку это сделать, разумеется, не могла. За исключением России – но та недвусмысленно послала все подобные предложения и намеки… словом, далеко послала, так, что никто более с ними к ней и не лез. И у самих, мол, забот выше крыши, экономику надобно поднимать. Не до вас, панове, сами решайте свои проблемы. Ах, не ваши? Ну – так и не наши, тем более! Отбросив на фиг всякую дипломатию, Россия рубила с плеча, совершенно не желая принимать во внимание ничьих, даже самых сокровенных, интересов. Её это положение устраивало, а на всех остальных было откровенно начхать. Взоры громадной страны были устремлены на восток, и в европейских делах она никакого участия демонстративно не желала принимать. Правда, были какие-то там намеки… но они так намеками и остались.

Теоретически, это могло сделать НАТО… ну, да, я тоже сказки читать люблю. Любил, если быть более точным.

Нет, конечно, если дать денег да помощь военную оказать, личный состав соответствующим образом простимулировать – я не зарплату имею в виду, если кто не понял до сих пор. То… наверное, можно попробовать.

Заровнять атаманов под плинтус, физически истребить те несколько десятков тысяч их воинства, вычистить свинцовой метлой города, попутно истребив наиболее дурных и очумелых от жадности хуторян и контрабандистов – словом, можно рискнуть.

Но вот что делать потом…

Отдать эти территории Украине?

Так там тотчас же все повторится по-прежнему – здесь ни у кого никаких сомнений не было в принципе.

Польше?

Вы умом не подвинулись?

Румынии?

И вовсе не смешно…

Венгрии?

А может, мы как-то без фантазий обойдёмся, а?

Вот так…

Так вот – «бычи».

От сокращения – «бывший человек».

Не бомж – тут все ясно. И не семья должника – с этими никто не церемонился.

А просто – не вписался человек в окружающую действительность.

По разным причинам.

Заболел (не слишком серьезно, такие тут тоже долго не задерживались), работу потерял, кормилец помер… да мало ли причин!

Социальный статус (это для Дикого-то поля?) кое-какой ещё оставался. Пока была возможность иметь собственную крышу над головой.

Дом – это для Дикого поля очень серьезно!

Свой дом.

Пока ты никому не кланяешься в пояс за право иметь над головой крышу – теоретически ещё можно на что-то там рассчитывать. Можно претендовать на работу, с тобою даже станут разговаривать. По крайней мере, сразу не пошлют. Даже могут и какую-то помощь оказать: гуманитарные конвои ещё иногда заезжали на эти земли. Их не трогали и поборами не облагали – какой дурак станет обижать благодетелей? Те, кто попробовал – уже обживают места на кладбищах. Только вот распределение полученного – это сразу взяли под контроль атаманы. И порядок тут имелся, да какой!

Могли и свозить «представителей общественности» на такую процедуру. Под жесткой охраной и неукоснительным соблюдением всех положенных формальностей. Мол, хотите видеть страдающее от голода население – вот оно!

«Бычи» прекрасно вписывались в эту картинку.

Дома – имеются.

Их обитатели – в наличии. Ни разу не бомжи и не оборванцы какие-то. Местное население, страдающее от последствий недавней войны и имевшего когда-то место разгула преступности.

Нужда – так вот она.

Рассказать на камеру свою печальную историю – вообще без проблем. И что ценно – абсолютно откровенно и взаправду. Смысла врать не было, в глубине души каждый из них ещё на что-то надеялся, и гумпомощь тут была куда как нужной!

Так вот они и существовали.

При обязательном условии – надо было иметь свою крышу над головой.

Но поскольку пустых домов было в достатке, то и большой проблемы это не представляло.

Так что я тотчас же выбросил все это из головы.

Обсудив с мастером вопросы по ремонту и даже слазив с ним в подвал (который оказался на удивление ухоженным), мы продолжили разговор уже на улице. Надо отдать мужику должное, спецом в своём деле он был изрядным, и я мысленно добавил Тарасу ещё сотню. С такими ребятками дом очень быстро станет пригодным для жилья, и можно будет показать фигу своей гостинице.

– Неделя, пан сотник, это уж как Бог свят! – для убедительности приложил руку к груди мастер.

Неделя?

Да я уже чуть не на полмесяца рассчитывал! Если дядька не брешет…

– На слове ловлю!

– Ну… ещё денька два, сверх недели-то – и можно будет уже отделку внутреннюю начинать. Кладка-то просохнуть должна!

– Так это… слыхал я, что и тут как-то побыстрее обойтись можно?

– Можно, – степенно кивает дядька. – Все можно. Только ведь вы туточки сами жить собираетесь, га?

– Сам.

– Так и не гоните гусей, пан сотник. Это я вам авторитетно заявляю. Не новичок и за свои слова отвечаю. Кому чужому – так и поспешить можно и всякой «химией» ускорить. А чтоб себе… здоровье не купишь!

Прав мастер!

Ладно… перетерпим как-нибудь…

Какой-то шум привлекает моё внимание.

Оборачиваюсь и вижу стремительно мелькнувшую позади тень.

Пистолет сам собой прыгает мне в руку, а земля больно толкает в подошвы ботинок.

Оп-па!

Одним движением перемахиваю через полуразобранную стену, винтом ухожу вниз, одновременно сажая на мушку…

Стоп…

М-м-да…

– Ой!

Под стеной, сжавшись в комок, скрючилась небольшая фигурка. Явно не боевик, даже и оружия никакого не видно. Да и…

– Ты чего тут? – грозно вопрошаю я, пряча за напускной строгостью некоторую растерянность.

И есть с чего – девки испугался!

Правда, надо отдать должное, она тут и сама виновата: а неча скакать зайцем у меня за спиной! Тут такие, знаете ли, аналогии на ум приходят…

– Из «бычей» это, пан сотник… – появляется над стеною голова мастера. – Я ж вам говорил… то девка ихняя.

– Ну да! – подхватывает та. – За вещами я, уж не обессудьте, пан…

– Сотник.

И тут до неё доходит.

Мертвенная бледность покрывает её миловидное лицо.

В Диком поле рабство есть. Неофициальное – так оттого ничуть не иллюзорное. Все попавшие сюда бомжи и прочие бедолаги не имеют почти никаких шансов на то, чтобы выйти когда-нибудь за пределы этого образования. Угодил в цепкие лапы какого-нибудь хозяйчика – всё! Чечня отдыхает – там до такого и не додумались в своё время.

Но можно попасть в рабство и иным путем, даже не относясь к бомжам и бродягам.

Как таковой судебной системы, в общепринятом смысле, в Диком поле нет. Есть, конечно, судьи, заседающие в относительно крупных городках и поселениях. В городах побольше – само собой разумеется, суды присутствуют.

Но какого-то, общего для всех, уголовного кодекса или уложения о наказаниях – здесь не имеется. Не хочу сказать, что судят как бог на душу пошлет – это не так. Иногда – так очень даже разумно и обстоятельно – иной западный судья с тоски бы удавился, ей-богу! От осознания собственной профнепригодности.

За убийства или грабежи, если не стоит за тобою немалая и влиятельная группировка, можно и пулю в лобешник схлопотать. Прямо во дворе суда: у каждого судьи есть на то свои хлопцы. Они охрана и приставы… и палачи, в случае необходимости.

За хулиганские выходки и прочую дурь – тут если только здоровенным штрафом обойдёшься, так и будь тому рад. Если нет к тебе иных претензий.

За квартирные кражи… здесь надобно учитывать психологию большинства хуторян.

«Моё – не трожь!»

С их точки зрения, убийство – даже как-то благороднее выглядит. Там хоть причины веские могут быть. И буяна пьяного хуторянин оправдать готов: все такими бывают… А какие веские причины у вора? С точки зрения хуторянина, таковых не может быть в принципе. И уж если застукают тебя в своём доме – месть будет запредельно жестокой. И совсем не обязательно, что шлепнут – рабы нужны всем.