"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 1496

И действительно, в воздухе материализовались светящиеся стрелки, указывающие путь к многочисленным проходам в стенах арены. Толпа зрителей, непрерывным потоком выливающаяся из портала, послушно разделилась на группы.

Мы с Костей последовали за Полозовым, спускаясь по широким ступеням прямо на арену. Полозов остановился в центре, где обнаружилась огромная мозаика, выложенная разноцветными камнями — геометрический узор, постепенно переходящий в стилизованное изображение четырёх стихий.

— Внимание! — профессор Полозов поднял руку, и воцарилась тишина. — Сейчас мы разделим вас на группы по жеребьёвке. Шесть групп по шесть участников. Каждый проведёт показательную тренировку против своего соперника.

В воздухе перед Полозовым материализовалась светящаяся сфера, заполненная мерцающими именами. Профессор взмахнул рукой, и имена выстроились в колонны.

— Группа первая! — провозгласил он, и имена засветились ярче. — Займите позиции в северном секторе арены.

Я быстро нашёл своё имя в пятой группе.

— Займите позиции согласно вашим группам, — скомандовал Полозов. — Противники встанут напротив!

Я неторопливо направился к указанному сектору, размышляя о вчерашнем разговоре с Катей во время бала. Сестра отвела меня в сторону и рассказала историю, проясняющую ледяные взгляды Гвинеры. Оказывается, род Радомирских затаил смертельную ненависть к Волконским еще три поколения назад.

Корни вражды уходили во времена Серебряного восстания, когда Радомирские имели неосторожность примкнуть к мятежникам против империи. После подавления бунта император, не желая марать руки, передал суд над изменниками нашему прадеду. Тот проявил по тем временам неслыханное милосердие — казнил только главу мятежного рода, а император конфисковал две трети их владений и передал нам. Детей же пощадили, сохранив им титул и оставив треть земель.

Любой здравомыслящий человек счел бы это актом невероятной щедрости. Но вместо благодарности потомки Радомирских десятилетиями лелеяли обиду, превратив её в родовую вендетту. Особенно их задело то, что аристократическое происхождение, которым они так гордились, оказалось ценой лишь трети их былых владений. Болезненный удар по самолюбию.

Впрочем, дело могло быть не только в казни и конфискованных землях. По словам Кати, в поместье Радомирских хранились древние артефакты неописуемой ценности, которые после изъятия пополнили сокровищницу нашего рода. Возможно, ненависть Гвинеры питалась мечтами о возвращении этих реликвий.

Теперь, глядя на пылающие злобой глаза Гвинеры, я прекрасно понимал её мотивы. Родовая вражда… какая архаика. Три столетия меняют перспективу. Но если она хочет разыграть карту кровной мести… что ж, я подыграю.

Полозов взмахнул рукой, создавая в воздухе магический громкоговоритель.

— Уважаемые зрители! — его усиленный голос разнёсся над трибунами. — Приветствуем вас на предварительной тренировке Чемпионата Высших Сфер!

Трибуны взорвались аплодисментами. Тысячи зрителей, многие из которых прибыли из самых отдалённых уголков империи, кричали и размахивали флагами своих академий.

— Сегодня участники продемонстрируют свои способности в спарринге, — продолжил Полозов. — Цель — не победа, а демонстрация магического потенциала. Каждой паре даётся пять минут. Запрещены смертельные заклинания и необратимые повреждения.

Я усмехнулся. В моём понимании, не бывает необратимых повреждений. Даже смерть можно… скорректировать при определённых условиях.

— Начинаем с первой группы! — объявил Полозов, и указанные участники вышли в центр арены.

Я наблюдал без особого интереса, как молодые маги демонстрировали свои таланты. Стандартная программа — элементальные атаки, примитивные щиты, базовые трансформации. Ничего выдающегося. Затем вторая группа, третья…

— Сомнительное зрелище, — прошептал я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Детский сад.

— Для тебя всё детский сад, — возник рядом Костя, каким-то образом пробравшийся с трибун. — Потому что ты трёхсотлетний дед.

Я не удостоил его ответом, но губы сами собой растянулись в улыбке.

Четвёртая группа завершила выступление, и на арену вышли представители нашей академии — третьекурсник Игорь Васнецов против мага из Оттоманской империи.

— Васнецов крут, — шепнул Костя. — Огневик чистой крови.

Я скептически оглядел долговязого парня с русыми волосами, собранными в небрежный хвост.

Оттоманский маг атаковал серией водяных копий, которые Васнецов небрежно испарил. Затем третьекурсник перешёл в наступление.

Я должен признать — парень был хорош. Каждое движение чёткое, выверенное, без лишних жестов. Огонь повиновался ему как часть его существа. За три минуты он полностью подавил сопротивление противника, загнав его в угол.

А затем произошло нечто интересное.

Васнецов отступил на несколько шагов, глубоко вдохнул и выпустил изо рта тонкую струйку пламени. Огонь не рассеялся, а начал формировать в воздухе фигуру. Сначала вытянутая голова с острыми зубами, потом изогнутая шея, массивное тело, крылья…

— Огненный дракон, — выдохнул Костя с нескрываемым восхищением.

Существо было прекрасным. Не просто скульптура из пламени — живое, дышащее создание, скованное волей мага. Дракон расправил крылья, достигавшие размахом двадцати метров, и издал оглушительный рёв, от которого содрогнулись трибуны.

Оттоманский маг, в панике забыв о защите, попытался сбежать. Дракон одним движением настиг его, обрушив на противника волну пламени, которая, впрочем, не обожгла, а лишь окутала его, подняла в воздух и мягко опустила у края арены.

Трибуны взорвались овациями. Васнецов стоял в центре, гордо подняв голову, а его огненное создание кружило над ареной, постепенно растворяясь в воздухе.

— Вот это мастерство! — Костя ткнул меня в бок. — Признай, это было круто!

— Неплохо, — нехотя согласился я. — Для ученика третьего курса.

Следующие пары не впечатлили. Два студента из нашей академии с треском проиграли. Один — магу земли из Берлинского ковена, второй — магу ветра из Парижского института.

К концу второго часа стало ясно, что лидирует Восточная академия Китайской империи. Их представители демонстрировали удивительное сочетание силы и техники, каждый раз срывая бурные аплодисменты.

— Группа пятая! — объявил профессор Полозов. — Приготовиться!

Я поднялся на ноги, разминая затёкшие мышцы. Предвкушение схватки отзывалось лёгким покалыванием в кончиках пальцев.

— КОНСТАНТИН ВЕДМИНОВ! — внезапно прогремел усиленный голос Полозова так, что заложило уши. Профессор, забыв деактивировать магический громкоговоритель, впился взглядом в моего друга. — НЕМЕДЛЕННО ЗАЙМИТЕ МЕСТО НА ТРИБУНЕ С ОСТАЛЬНЫМИ СЕКУНДАНТАМИ!

Костя вздрогнул, оглянулся по сторонам и, пробормотав мне «Удачи, не убей никого», поспешил ретироваться. С трибун раздались смешки.

Полозов, осознав свою оплошность, раздражённо дёрнул уголком рта и отключил усиление голоса. Затем он кивнул мне и… указал на Гвинеру Радомирскую.

— Дмитрий Волконский против Гвинеры Радомирской. — объявил он уже нормальным голосом.

Гвинера вышла на арену, и песок под её ногами словно вздохнул.

Полозов встал между нами, окидывая нас обоих внимательным взглядом.

— Напоминаю, — обратился он к нам, но смотрел почему-то только на меня, — абсолютные заклинания запрещены. Убийство соперника карается немедленной дисквалификацией и уголовным преследованием.

Я удивлённо приподнял бровь. Абсолютные заклинания? Серьёзно? Даже в моей прошлой жизни подобные чары были доступны лишь магистрам с огромным опытом. О чём он вообще?

— Не беспокойтесь, профессор, — я изобразил улыбку. — Я обещаю не убивать госпожу Радомирскую… сегодня.

Гвинера прищурилась и провела пальцем по горлу. Жест, понятный без слов в любом мире.

— Я опозорю тебя, Волконский, — процедила она сквозь зубы, когда Полозов отошёл на безопасное расстояние. — Твой род заплатит за всё.