"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 1491

— Волконский! — раздался знакомый голос. — А я-то думал, ты не явишься.

Я обернулся. Передо мной стоял Антон Серебров, пятикурсник, которого считали главным фаворитом турнира. Высокий, атлетичный, с холодными серыми глазами. За его спиной маячили два его неизменных спутника — близнецы Ольховские.

— И пропустить шанс надрать тебе задницу? — я улыбнулся. — Никогда.

В глазах Сереброва мелькнула злость, но он быстро взял себя в руки.

— Самоуверенность первокурсника, — он покачал головой с деланным сожалением. — Но ничего, скоро ты поймёшь, где твоё место.

Я собирался ответить, но в этот момент на кафедру поднялся директор. Он поднял руку, призывая к тишине.

— Дамы и господа, — его голос разнёсся по всему залу. — Рад приветствовать вас на Турнире высших сфер. Перед вами — лучшие молодые маги нашей великой империи. Сегодня мы узнаем, кто с кем встретится на арене чести.

Он сделал изящный жест рукой, и огромное табло над нашими головами вспыхнуло, наполняясь именами и линиями.

— Да начнётся жеребьёвка! — торжественно провозгласил директор, и зал взорвался аплодисментами.

Я поднял глаза, ища своё имя среди множества других на магической проекции. В центре аудитории медленно вращалась огромная переливающаяся сфера, испещрённая светящимися линиями. Идеально круглая, полупрозрачная, похожая на гигантскую жемчужину, наполненную мерцающим туманом. По мере вращения из этого тумана проступали закорючки, превращающиеся в имена участников, а между ними протягивались тонкие нити, обозначающие пары соперников.

И когда я наконец нашёл своё имя в левой части турнирной сетки, не смог сдержать кривой усмешки. Напротив фамилии «Волконский» светилось имя, написанное витиеватым шрифтом: «Гвинера Радомирская, Брянское княжество».

Странно, но как только сфера полностью сформировала пары, я заметил необычную реакцию окружающих. Несколько участников обернулись в мою сторону с выражениями, колеблющимися между сочувствием и плохо скрываемым злорадством. Серебров, стоявший по другую сторону от сферы, поймал мой взгляд и беззвучно, одними губами произнёс: «Тебе конец». Правда там было немного другое слово, но смысл тот-же.

Даже обычно невозмутимые профессора, казалось, были обеспокоены. Полозов и Северов переглянулись, нахмурились и одновременно посмотрели в мою сторону с выражением, будто увидели смертельно больного.

— Да что не так-то? — пробормотал я, доставая телефон и фотографируя вращающуюся сферу с турнирной сеткой.

Я протиснулся сквозь толпу к Косте, который стоял немного позади от основной массы участников:

— Может, ты мне объяснишь? Чего они все так реагируют?

Костя почесал затылок и виновато вздохнул.

— Я тебе сочувствую, братан. Это Гвинера. Очень сильный маг земли, сильнейший потенциал на своём курсе. Четвёртый курс Брянской академии магических искусств. — Он сделал паузу, словно подбирая слова. — Тебе не повезло, у всех других попались одногодки. Серебров, например, будет драться с третьекурсником из Киевской академии.

— Ну посмотрим, — улыбнулся я, небрежно пожимая плечами. — Чтобы ей стать моей одногодкой, пусть проживёт несколько сотен лет, хех…

Внезапно я почувствовал лёгкое прикосновение к плечу. Обернувшись, увидел Катю, которая смотрела на меня с весёлым огоньком в глазах.

— Да, братишка, тебе действительно не повезло, — она хихикнула. — Хотя она та ещё красотка. Если уж помирать, то хотя бы от её каменных объятий…

— О да, — мечтательно протянул Костя, явно представляя эти «объятия». — Зажатым меж мощных бёдер…

Я стукнул его по плечу, возвращая в реальность.

— Хватит нести чушь, — я бросил ещё один взгляд на сферу. — Лучше расскажи подробнее, чего от неё ждать.

— Она специализируется на трансформации земли, — Катя стала серьёзной. — Видела, как она на прошлогоднем турнире создала целую стаю каменных химер, а потом управляла ими как марионетками. Тот парень, её противник, две недели в госпитале лежал со сломанными ребрами.

— А еще говорят, что она может менять свойства почвы, — добавил Костя. — Превращать камни в зыбучие пески, а песок в острые шипы. В общем, адская комбинация. Так же она может делать из своего тела голема.

Катя кивнула и похлопала меня по плечу.

— Послушай совета старшей сестры, Димка. Будь хитрее, запасись каким-нибудь артефактом. Может, амулетом воздуха или щитовым кольцом. Что-нибудь, что даст преимущество против стихии земли.

Я покачал головой и достал из внутреннего кармана сложенный лист — официальные правила турнира.

— Не получится, — я развернул бумагу и указал на третий параграф. — «Участникам разрешается использовать только собственную магию и родовое оружие. Любые артефакты, свитки или зелья, усиливающие способности или воздействующие на противника, строго запрещены. Нарушение карается немедленной дисквалификацией».

Так что… фамильные мечи, кинжалы или посохи. Будет досмотр. Ничего, кроме моего меча… или дисквалификация.

Костя присвистнул.

— Дерьмово, братан. Но, может, это и к лучшему?

Я только пожал плечами.

Время неумолимо летело вперёд. Суета академии затягивала в себя, не позволяя остановиться и отдышаться. День сменился вечером, вечер — ночью.

Костя уже давно ушёл на вечеринку, которую устраивали для гостей академии. Он долго уговаривал меня пойти с ним, упирая на то, что нужно «посмотреть на конкурентов», но я отказался. Мне нужно было сосредоточиться.

Я долго сидел за столом, перечитывая заметки о ритуале усиления Гидры и рассматривая схемы магических кругов. Наконец, усталость взяла своё. Я потушил свет и рухнул на кровать.

Сон пришёл мгновенно…

Я стоял на краю огромного утёса. Небо над головой переливалось всеми оттенками пурпура и индиго, а три луны — белая, зелёная и багровая — висели в ночном небосводе. Я сразу узнал это место.

Долина Вечных Туманов, самая восточная точка Империи в моём родном мире.

Я глубоко вдохнул и почувствовал, как каждая клетка моего тела наполняется силой, словно впитывая её из самого воздуха. Это ощущение было непередаваемым — как умирающий от жажды, внезапно нашедший источник чистейшей воды. Я раскинул руки, позволяя магии течь сквозь меня, наслаждаясь её прикосновением.

— Красиво, правда?

Голос, прозвучавший за моей спиной, заставил меня обернуться. На небольшом плоском камне, в нескольких шагах от меня, расположилась гидра.

— Надоело молчать? Решила явится во сне?

Одна из голов существа наклонилась в подобии кивка, а остальные продолжали внимательно осматривать окрестности. Зрачки в её глазах были вертикальными, как у рептилии, но в них читался интеллект, далеко превосходящий животный.

— В тебе всё ещё живёт память Спиро, — проговорила она. — А я в этом мире пока всего лишь тень прежней себя.

Я подошёл ближе, разглядывая фамильяра.

— Это сон, — констатировал я. — Но почему… почему ты привела меня сюда?

Гидра поднялась с камня.

— Пойдём, — сказала она, две головы повернулись в сторону тропинки, ведущей вниз, а две остались смотреть на меня. — Я хочу показать тебе кое-что.

Я последовал за ней по узкой тропинке, спускающейся вниз по склону утёса. Туман внизу становился гуще, обволакивая наши ноги, заставляя почву казаться иллюзорной, нереальной.

— Здесь, — она остановилась возле небольшого разлома в скале.

Проём был настолько тесным, что человеку пришлось бы протискиваться внутрь боком. Но как только Гидра коснулась камня своей центральной головой, разлом начал расширяться. Вскоре перед нами возникла широкая арка, ведущая в темноту.

— Моё гнездо, — прошептала Гидра, и все четыре головы склонились. — Или то, что осталось от него в твоей памяти.

Мы шагнули внутрь, и я ощутил, как пространство вокруг нас изменилось. Теснота сменилась невероятным простором — мы стояли посреди огромного природного зала, высота которого терялась во мраке. С потолка свисали не сталактиты, а кристаллы, изливающие мягкий, приглушённый свет.