"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 1339

Через секунду комнату наполнил дикий вой. Страйкер выгнулся в кресле, натягивая цепи с такой силой, что металл начал стонать. Его мышцы напряглись до предела, а вены вздулись на шее.

Анимадолорис — одна из сильнейших пыточных печатей, доступ к которой имели только агенты БМБ высшего ранга и особо уполномоченные лица императорского двора.

За её несанкционированное использование полагалось немедленное наказание — слишком многие маги были готовы рискнуть жизнью ради секретов этой древней техники.

Тело Страйкера выгибалось, цепи натянулись до предела, а каждый нерв в теле горел.

Боль была настолько всепоглощающей, что жертва даже не могла потерять сознание — печать принудительно поддерживала ясность рассудка, не позволяя укрыться в спасительной темноте беспамятства.

Лобанов наблюдал за происходящим с легким неодобрением — он предпочитал более тонкие методы допроса. Но спорить с Анной в такие моменты было бесполезно. К тому же, возможно, этот ублюдок заслуживал каждую секунду этой боли.

Анна стояла с протянутой рукой над светящейся печатью. Руны пульсировали кроваво-красным светом, отбрасывая отблески на стены допросной.

Егор резко схватил её за запястье, оттаскивая в сторону. Сияние рун медленно погасло, оставив на полированной поверхности стола едва заметные следы — словно следы от сварки.

— Ты его так убьёшь! — в голосе Лобанова звучала досада. — Нам нужны ответы, а не труп.

Он подошел к Страйкеру и рывком поднял его голову за слипшиеся от крови волосы. Лицо допрашиваемого представляло собой жуткое зрелище — глаза закатились, показывая белки с лопнувшими капиллярами, челюсть дрожала в конвульсиях, по подбородку стекала тонкая струйка кровавой пены.

— Ну вот, посмотри, до чего ты его довела! — Егор сердито посмотрел на напарницу, машинально поправляя манжету рубашки, забрызганную кровью допрашиваемого. — А если он потерял рассудок?

— А это мы сейчас проверим! — Анна снова потянулась к печати. Печать начала потрескивать.

— Нет! — хриплый крик Страйкера прозвучал неожиданно громко. Его глаза полыхнули оранжевым огнём — характерный признак оборотня, готового к трансформации. — Я расскажу всё, что помню и знаю! Только убери эту конченую суку подальше от печати!

Анна с довольной улыбкой опустилась на стул, закинув ногу на ногу. Она расстегнула верхнюю пуговицу пиджака и поправила серебряную шпильку в волосах — любимый жест, означающий, что допрос входит в финальную стадию.

— Я не помню, как очнулся, — начал Страйкер, с трудом ворочая языком. Каждое слово давалось ему с видимым усилием — регенерация, обычно свойственная оборотням, почти не работала после того, как Волконский каким-то образом очистил его от волчьей проказы. — Меня вытащили из могилы, это точно помню, помню жар, боль… и как чья-то рука схватила меня за шиворот. И я понятия не имею, почему вы нашли мои останки!

Он сделал паузу, собираясь с мыслями.

— После был какой-то непонятный мужчина в кожаном плаще, с усищами под носом и квадратными очками. Такие старомодные, в толстой металлической оправе. — Страйкер нахмурился, пытаясь вспомнить детали. — Положил мне руку на голову и сказал, что я теперь буду жить для него. Потом были задания, четыре вылазки в иномирье по его приказу. Мне нужно было пробраться в академию. Зачем — не уточнялось. В академии я встретил нежить, но они, как и я, не понимали, что мы частично мёртвые.

— Раз ты, как утверждаешь, грёбаный мертвец, — Анна подалась вперед, — то почему твоё сердце бьётся? Почему кровь течёт по венам? И почему от тебя не исходит смрад… как от падали, которой ты, впрочем, был и при жизни!

Егор деликатно откашлялся, поправляя узел галстука:

— Есть еще один существенный нюанс. Нежить не может превращаться в оборотней — это давно доказано и подтверждено десятками исследований. — Он достал из внутреннего кармана пиджака платок, промокая выступивший на лбу пот. — Любой вервольф, оборотень-медведь или змеелюд после поднятия некромантом теряет способность к трансформации. Это базовые основы некромантии.

Страйкер лишь пожал плечами.

— Я не знаю, — в его голосе звучала искренняя растерянность. — Я просто… существую.

— А почему тогда артефакт-детектор нежити на тебя не реагирует? — спросила Анна. — Если бы ты был поднятой нежитью, он бы нам сообщил.

Страйкер медленно поднял голову. Его взгляд из-под спутанных волос был странным.

— А вы об этом спросите того мальчишку, — его голос внезапно стал низким и хриплым. — Того, кто смог сразиться со мной на равных и выкинуть в этот мир. — Он оскалился, показывая заострившиеся клыки. — Он, похоже, знает куда больше, чем все ваше хваленое Бюро.

Анна и Егор переглянулись. Егор едва заметно кивнул в сторону двери. Они вышли в коридор.

— Мальчишка значит. — Егор прислонился к стене, разминая затекшую шею.

Они синхронно повернулись к молодому агенту, дежурившему у двери. Совсем еще мальчишка — свежий выпускник академии БМБ.

— Петров! — рявкнула Анна. — Метнись кабанчиком в архив. Мне нужно полное досье, все материалы по недавнему инциденту в академии, список всех присутствовавших… и давай досье на каждого, если нужно, запроси в Академии пусть скинут на почту. Что встал? Быстро, быстро, быстро!

Третий день безделья начинал серьезно действовать на нервы. В прошлой жизни я привык к постоянному напряжению. А здесь… размеренная учеба по расписанию, строго регламентированная жизнь академии.

Я с тоской посмотрел в окно, где золотой осенний день манил своей прохладой. После насыщенных событиями первых дней в академии это затишье казалось особенно мучительным. Хотя, определенные подвижки были — приезжала сестра.

Рассказала о предстоящем грандиозном бале в честь возвращения «Золотых Звезд» — элитного отряда выпускников, прошедших через мясорубку иномирья. Эти ребята — молодцы, о их подвигах ходили слухи.

И, что особенно приятно для меня лично, сестра наконец дала доступ к родовым счетам. Хотя по её колючему взгляду было очевидно — она всё еще сомневается в моей финансовой благоразумности. Как будто я собираюсь спускать фамильное состояние на какие-нибудь глупости…

Я рассеянно листал ленту новостей в магфоне, когда взгляд в очередной раз зацепился за потрёпанную энциклопедию на столе.

Перечитал её уже дважды, но эта напыщенная академическая манера изложения вызывала только раздражение. Казалось, авторы специально соревновались в том, кто сделает текст более скучным. Особенно забавно было читать описания простейших болезней, изложенных таким языком, словно речь шла о магии демиургов.

Пришлось заказать через АЗОН «Самую полную медицинскую энциклопедию» — более современное издание. Теперь оставалось только ждать доставку.

В комнату ворвался Костя, сияя как медный таз:

— Пошли в столовую! Сегодня плов!

— Да иду, — я поднялся, разминая затекшую спину. Мысленно отметил, что нужно будет заняться физическими упражнениями — тело подростка требовало постоянной тренировки, чтобы соответствовать моим стандартам.

У входа в столовую заметил ту самую девушку с каре — начинающую некромантку, которую спас во время инцидента с эфирной маной. Интересный экземпляр…

При виде меня она резко развернулась и почти бегом скрылась за углом, только подошвы туфель процокали по мраморному полу.

— Ну вот, опять, — я усмехнулся. — Который день уже шарахается, словно я какой-то прокажённый.

После обеда, когда мы уже выходили из столовой, я почувствовал это — волна чужой силы, прокатившаяся по телу словно сканирующее заклинание.

Но не простая магическая диагностика — нет, это было что-то куда более… неприятное. Волосы на затылке встали дыбом от этого бесцеремонного вторжения.

Как дерзко! Я резко обернулся. Рядом проходила только эта Ирина, новенькая с довольно специфической аурой.

Внезапно накатила волна недомогания, но явно не целительское воздействие. Я мгновенно заблокировал его, выставив энергетический щит, хотя природу определить не успел.