"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 1023

— К каким вычислительным мощностям?

Аркадий аккуратно коснулся пальцем собственного виска.

— Вот к этим. Телекинез — это прежде всего математика. Даже, я бы сказал, стереометрия. И немного векторная физика.

О-хо-хо.

Короче, как я понял, телекинез состоит из двух компонентов: во-первых, компенсация гравитации — фактически, антиграв — а во-вторых, собственно пространственное перемещение предмета. И если вы думаете, что для второго нужно просто «пожелать», чтобы предмет полетел куда нужно, или «представить», как он куда-то летит — то ничего подобного. Как просто и приятно было бы пользоваться магией в таком случае!

— Для компенсации гравитации ты напитываешь предмет магической энергией вот по такой схеме, — сообщил Аркадий, рисуя на листке блокнота невероятно завихренные потоки. Уже одно это было на порядок сложнее, чем создавать воздушные щупы! — А дальше — нарушаешь равновесие. Подаешь с одного бока энергии поменьше, с другого — побольше. Предмет у тебя тут же начинает валиться по параболической или гиперболической траектории, в зависимости от того, сколько ты энергии подал… — поглядев на мое лицо, он заметил: — Так, орбитальную динамику мы точно обсуждать сегодня не будем. Лучше попробуй разные варианты, и сам интуитивно поймешь. Для успешного телекинеза нужно постоянно держать баланс, подхватывать предмет с одной стороны и подталкивать с другой. Это непросто, да. Но раз ты уже научился делать магические щупы, принцип тебе в целом понятен.

Он указал рукой на выложенные им на стол грузики.

— Я приготовил для тебя несколько объектов с известным весом. Твоя задача на сегодня — понять, сколько энергии требуется для перемещения каждого. Поскольку магия сильно рассеивается с расстоянием, подавать ее в далеко расположенные объекты не получится. Или получится, если эти объекты будут невелики, но сил уйдет масса. Я понятия не имею, какой радиус будет тебе доступен. Мой нынешний ограничивается размерами этой комнаты. Для начала попробуй взять грузик в руку и просто приподнять его над ладонью.

Я попробовал — и у меня получилось с первого раза! Но ощущения были, как будто в руках у меня не граммовая гирька, а минимум килограмм картошки (для моей магии гирька ощущалась бугристой и какой-то валкой, словно норовила рассыпаться — похоже, так воспринималась сложная магическая турбулентность).

— Блин, реально тяжело!..

— Я предупреждал.

— А как же Проклятье?.. В смысле, почему на полет вообще сил не расходуется? И на воздушные контейнеры тоже очень мало?

— Потому что не ты формируешь путь, по которому энергия подается в объект — например, в твое тело — а предмет-компаньон. И вычисления тоже проводишь не ты… Точнее, они проходят в твоей голове, насколько я понимаю этот механизм, но управляет ими программа Проклятья. Своего рода клиент-серверная архитектура.

— Но почему Проклятье не предусмотрело какой-то другой способ перемещения? Менее энергозатратный? Какие-нибудь… — я пораскинул мозгами, — крылья из тех же воздушных потоков?

— … И реактивная струя из задницы для огневиков, — пробормотал Аркадий.

Я прыснул от смеха, снова больше от неожиданности, и гирька тут же упала мне обратно на ладонь.

— Во-первых, это не такой затратный способ полета, как кажется. Когда ты кастуешь телекинез на другой предмет, энергия рассеивается в пространстве. Когда ты обращаешь его на самого себя — она частью возвращается к тебе же и снова поступает в кровь, — пояснил бессердечный маг. — Во-вторых, у Проклятья нет недостатка в энергии. Как мы теперь твердо знаем благодаря тебе, оно качает ее непосредственно из Междумирья. После чего раздает своим жертвам через предметы-компаньоны. Его архитекторам было важнее не экономить энергию, а сделать так, чтобы дети-волшебники как можно меньше могли сделать сами, и при этом обладали достаточно универсальным инструментарием.

— Что значит, знаете благодаря мне?

— А это как раз второй вопрос, который я хотел с тобой обсудить. Но сначала давай разберемся с остальными гирьками и с их движением. А то опять заболтаешь меня.

— Это я тебя забалтываю, значит… Ну ладно.

К концу часа мне удалось добиться, чтобы гирьки стабильно летали по прямой и не врезались в стену. При этом кренились они в любую сторону совершенно произвольно и даже переворачивались вверх ногами. Я начал подозревать, что трюк со стаканом воды, который Аркадий продемонстрировал мне в день нашего знакомства, либо был инсценирован с помощью незаметной лески, либо требовал прямо-таки виртуозного владения телекинезом, до которого сотни, а то и тысячи часов тренировок.

— Ну, хоть что-то, — кисло сказал я, когда мне удалось пронести гирьку весом десять граммов от одного конца комнаты в другой.

— Зря уничижаешься, — улыбнулся Аркадий. — Для первого занятия более чем удовлетворительный результат. Примерно как я от тебя и ожидал, даже несколько лучше. Ты очень быстро учишься. Для меня первая тренировка кончилась тем, что я нечаянно засветил камешек себе в глаз. Если бы не регенерация ребенка-волшебника, быть мне не только бессердечным, но и одноглазым.

— То есть ты до этого тоже в бытность ребенком-волшебником допер?

Аркадий кивнул.

— Одновременно с воздушными жгутами. Стал пробовать закачивать энергию в предметы разными интересными способами. Чаще нарывался на жесткий блок от Проклятья — даже не гиас, а просто невозможность послать энергию по определенным траекториям. Что дало мне основание подозревать в этом ключи к магии других стихий. Некоторые варианты накачки энергией срабатывали, но при этом ничего значимого не делали — в лучшем случае, слегка нагревали материал. А некоторые — сам видишь.

М-да. А я бы, интересно, догадался бы до такого, если бы у меня было время?.. Теперь уже не узнаешь. Я, считай, сразу после открытия эхолокации сразился с террористами, потом меня познакомили с Аркадием — и все, после этого я в основном отрабатывал готовенькое, а не экспериментировал. Нужно будет все же и самому попробовать, вдруг чего интересное нарою?

«Угу, вот он помрет, и другого варианта у тебя все равно не будет — разве что с риском для жизни читать этот самовоспламеняющийся учебник», — пришла несвоевременная мысль, но я ее подавил.

— Тогда давай на этом закончим. Грузики возьми с собой. У меня еще есть, а тебе пригодится отрабатывать.

Я кивнул, сгребая маленькие гирьки в карман плаща.

— Ну и последнее на сегодня: истинная природа Проклятья, — Аркадий сложил кончики пальцев на уровне груди. — У тебя за спиной на третьей полке сверху лежит ноутбук, будь любезен, сними его и открой. Там в браузере должна быть нужная вкладка… Только она будет долго подгружаться.

Заинтригованный, я сделал, как он просил. Ноутбук оказался совсем маленький, с тетрадку размером, незнакомой мне модели — и очень легкий. Для меня он буквально ничего не весил.

Вкладка в браузере — с каким-то видео — действительно еще не подгрузилась, и Аркадий продолжил говорить:

— Спасибо тебе за отчет о найденном Огнеящере, это было очень познавательно. Главным образом из-за того, что случилось с твоей глефой.

— Когда она вслед за драконьим фаршем провалилась в Междумирье?

— Именно. Это подтвердило то, что мы давно подозревали: Проклятье не только имеет распределенную архитектуру — в смысле, не локализовано в одной конкретной точке — но и его физические якоря, или узлы, если пользоваться более компьютерной терминологией, расположены за пределами этого мира. Иначе связь между тобой и глефой действительно оказалась бы разорвана.

— И что тогда случилось бы?

— А здесь мы вступаем в область чистых домыслов. У меня лично три варианта. Первый — ты исчез бы. Второй — снова стал бы обычным человеком. Третий — ты лишился бы предмета-компаньона, не смог бы пользоваться заключенными в нем заклятьями, но при этом остался бы ребенком-волшебником со всеми вытекающими.

— Пришлось бы топать везде пешком?

— Именно. И если бы Проклятье выбросило бы тебя на Тварь, драться с ней голыми руками.