Кадровик 4.0 (СИ) - Листратов Валерий - Страница 35

Дамочка после моих слов приходит в себя и тяжело садится на кресло. Больше она не пытается меня остановить.

Открываю вторую дверь и захожу в кабинет к ректору. Как я подозревал, он особо ничем не занят. Сидит себе спокойно и пьет чай, изредка посматривая в бумаги.

— Приветствую, Вадим Равильевич, — здороваюсь и подхожу к столу.

Ректор давится очередным глотком чая, но успевает справиться.

— А, Виктор! Заходи, заходи! — доброжелательно приветствует меня он.

Создается ощущение, будто он вообще не в курсе нашего разговора с его подчиненной в прихожей.

— С чем пожаловал? — спрашивает ректор как ни в чем ни бывало.

Подхожу к столу еще ближе. Фейка ректора сначала вылетает нас встречать, но тут же, возвращается на место.

Успеваю заметить резкий жест ректора в её сторону.

— Фиона! А я тебе подарок принес… — тихо лепечет сзади меня Феофан.

Фейка гордо задирает нос.

— Фи, что бы ты понимал в подарках, деревенщина! — с презрением отвечает Фиона.

Похоже, когда существа говорят на фейском, ректор вообще не считает должным на них реагировать.

Василиса хмурится, наблюдая за всей этой картиной. Фео расстраивается и прячется за мою спину. Вася подлетает к нему и без умолку подбирает слова утешения.

— У нас с вами одно дело не закончено, Вадим Равильевич, — сажусь напротив ректора. — Вы не подтвердили исполнение договора.

— Ты же сам понимаешь, что договор исполнен некорректно, — говорит ректор отрепетированную речь.

— Нет, не понимаю. Я вам фиал добыл? Добыл. Вы на баланс его приняли? Приняли. Размер договором не ограничивался? Не ограничивался, — перечисляю всем известные условия. — Значит, договор исполнен корректно. Магия его приняла? Приняла. Отсюда какой вывод?

Ректор кидает на меня непонимающий взгляд.

— Платите деньги и продлевайте основной договор с Академией, — озвучиваю. — Тем более, экзамены я сдал, — показываю академический жетон. — За два года экстерном, кстати говоря! Но это уже формальности.

Ректор морщится.

— Виктор, ты же прекрасно понимаешь, что нормальное распределение после Академии тебе уже не светит, — старается зацепить меня Вадим Равильевич.

— Это мне без разницы, — честно говорю. — То, что будет со мной после Академии вас не очень касается. Сейчас у меня нет никакого желания обсуждать этот вопрос.

— Наглый ты стал, Витя, после своей поездки, не по чину, — обескуражено заявляет ректор. — Мнение авторитетных людей теперь для тебя не указ.

— Если меня эти важные люди сначала посылают на смерть и потом хотят выкинуть из Академии, лишь бы денег не платить… — привожу недавний пример. — То я имею полное право их не уважать.

— Не буду с тобой спорить, но ты сейчас сильно не прав, — с неуверенной улыбкой разводит руками ректор. — Как ты считаешь, что тебе должна Академия?

Глава 18

Долги Академии

— Если мы правильно помним сумму договора, — продолжаю разговор. — Стоимость за доставку в три раза выше обычной, плюс неустойка. Вы обязаны её заплатить, так как договор исполнен вовремя. Долг Академия не гасила почти месяц. Получается, если сложить все обещанные платежи, около трехсот золотых.

— Еще и жадный, — добавляет ректор.

— Конечно, с волками жить — по-волчьи выть, — пожимаю плечами. — Я всего лишь хочу забрать свое.

— Ну да, я уже понял, — кивает Вадим Равильевич. — Не дам я тебе денег, Витя. Не дам.

Он кладет руки на стол и сцепляет пальцы в замок.

— Хоть весь день мне тут доказывай, — добавляет ректор.

— Заставлю исполнить обязательства через вашу вышестоящую организацию, — перехожу к более действенным мерам.

— А это ради бога, — без лишних пререканий соглашается Вадим Равильевич.

— То есть, вы хотите сказать, что вы нарушаете наш с вами договор? — уточняю.

Атмосфера в кабинете напряженная. Ректор изо всех сил пытается сделать спокойный вид. У него нервно подрагивают уголки рта и тем самым выдают его волнение.

— Нет. Нет, у нас с вами, Виктор, никакого договора, — улыбается Вадим Равильевич и откидывается на спинку кресла. — Все, что вы успели себе придумать — обычная сказка для детей. Если вы решили подавать жалобу на Академию, то будьте добры, предоставьте в бухгалтерию королевства заверенный мною договор.

— Вы же знаете, что он уничтожен в гоблинской пещере вместе с гоблинами, — напоминаю.

— Я ничего такого не знаю, ни про гоблинов, ни про договор, — спешно отмахивается ректор. — Всё предельно просто: у нас никакого договора нет. Если заглянуть в архивы, то там такого договора, я тебе честно скажу, тоже нет.

Фиона кивает в такт каждому слову.

— Может, королевство тебе и выдаст эти деньги, но уж точно не я, — почти шепотом произносит Вадим Равильевич.

— Хорошо! — также шепотом отвечаю ему. — Значит, вы отказываетесь выполнять свои договорные обязательства! Здорово, фиксируем.

— У нас нет никаких договорных обязательств! — взрывается ректор.

— Магия приняла договор, следовательно, магия вас и накажет, — усмехаюсь.

В глубине души точно знаю, что так оно и будет. И если до недавнего экзамена еще были сомнения, то теперь — никаких. Вопрос только в сроках. Если вспомнить тот самый договор с караванщиком, то при неисполнении у Ивана почернела рука. Быстро и доходчиво. Отличие только в том, что там мы заключали личный договор, а здесь идет речь о целой Академии.

Во мне просыпается интерес, и я внимательно наблюдаю за ректором.

Первую минуту ничего не происходит. Ректор сидит на своем месте и улыбается, предвкушая победу. Как только я собираюсь развернуться и уйти, слышу негромкий шлепок. Фиона падает на стол, скукоживается, поднимает руки и подносит их к горлу.

— Она задыхается! — вылетает из-за моей спины Феофан. — Сделайте что-нибудь!

— Мне не хватает магии! — в ужасе хрипит фейка.

Она пробует подняться на ноги, но тут же падает обратно на стол. Крылышки снова приподнимают её на пару сантиметров, но не выдерживают.

Ректор смотрит на свою фейку с явным беспокойством.

— Не понял, ты что с ней сделал? — спрашивает он. — Что случилось?

— Магии не хватает! — кричит фейка и быстро усыхает.

Фиона стареет так быстро, будто взяли кинопленку и поставили её на быструю перемотку. Впервые вижу старую дряхлую фейку.

Феофан дергается на помощь, но Василиса успевает его удержать.

— Это договор. Она тоже виновна! Ты не поможешь! — Выкрикивает Вася короткие предложения. — Ещё и тебя зацепит, не надо!

Фиона переворачивается на спину и хрипит. Так обычно выглядят рыбы выброшенные из воды.

Вадим Равильевич смотрит на меня с полным непониманием.

— Верни как было! — командует он. — Либо я тебе обещаю очень большие проблемы.

— Ей магии не хватает, — констатирую очевидный факт. — Ничем не могу помочь. Это всё договор.

Ректор делает над собой усилие и закрывает глаза. Видимо, решает проверить мои слова. Фиона практически неподвижно лежит на столе и еле-еле шевелит губами. Седые пряди обрамляют её испуганное морщинистое лицо. Выглядит она как уменьшенная копия восьмидесятилетней старушки.

— Я не чувствую свои силы, — шепчет Вадим Равильевич и сам себе не верит.

— А я говорил, что магия вас накажет, — поясняю. — Судя по всему, прямо сейчас вы лишаетесь всей своей магии. Вернется она или нет — без понятия, сразу говорю.

— Откуда ты знаешь⁈ — повышает голос ректор.

— Узнал в караване, в котором путешествовал, кстати, именно по вашей милости, — рассказываю. — Один торговец решил нарушить договор, и у него почернели руки. Как только он решил всё исправить, чернота ушла. Не поверите, очень быстро. Возможно, мы еще успеваем спасти и вашу магию, и фейку.

Ректор смотрит то на Фиону, то на свои руки. И правильно делает: я же не могу знать, какое еще наказание для него припасено.

— Витя! Нужно срочно что-то придумать! — громко заявляет ректор. — Я действительно не могу отдать тебе золотые! Не могу!