Рекрут (СИ) - Хай Алекс - Страница 21

Никаких воспоминаний. Но абсолютная уверенность в каждом движении.

— Возможно, я был воином, — тихо сказал я. — До того, как…

— До того, как тебя выбросили в Дикие земли, — закончила она за меня. — Да, возможно. Но и там ты выжил. А это… почти невозможно в одиночку.

Мы снова помолчали.

Я сжал ладони. Холод парапета проникал под плед, но внутри было жарче, чем должно.

— Не думаю, что я должен был выжить.

— О чем ты?

— Не думаю, что оказался в Диких землях просто так. Возможно, я должен был от кого-то избавиться. Или же хотели избавиться от меня.

— Не уверена, что понимаю тебя, — отозвалась Лия и отхлебнула чаю из фляги.

— Я пока что тоже не уверен. Просто предположение.

Мы долго смотрели на город внизу. Альбигор во тьме — это как разлитая тушь, по которой кто-то водит невидимым пером. Где-то вдалеке гудела магическая платформа, возвращавшаяся в квартал Солнцерожденных.

Я посмотрел на Лию.

— Мне нужно кое-что узнать. О Тень-Шали. О металле, из которого он сделан. О мастере, который его перековывал. И я думаю, что найти эту информацию можно только у Пламенников.

Лия хмыкнула.

— Конечно, ты хочешь к Пламенникам. А не в библиотеку, не к теургам, не к архивистам, а в сердце Огненного клана.

— Потому что Пламенники делают оружие. Они знают металл. И они ведут летописи ковки. У них должны были остаться сведения о прежнем владельце.

Она кивнула и, не спрашивая, сказала:

— У меня есть знакомый. Его зовут Аркис. Мастер по древнему железу. Он служит при Храме оружия. Это не музей, не кузница — а что-то между. И да, он ворчит, как сварливый дед, но знает больше любого библиотекаря.

Я сдержал благодарную улыбку.

— Завтра пойдём?

— Завтра у нас короткий день. Выйдем в город, успеем до заката. Получим временные пропуски. Я тебя проведу.

— Спасибо, — сказал я.

Она посмотрела на меня и чуть-чуть улыбнулась.

— Только попробуй потеряться. Я не хочу бегать за тобой по всему Альбигору.

Я ухмыльнулся.

— А жаль. Знаешь ли, приятно, когда за тобой бегают симпатичные девицы.

Город начинался с шума. Каждый квартал Альбигора звучал по-своему: где-то — шёпотом заклинаний лекарей, где-то — хрустом магического стекла в артефактных мастерских, где-то — шелестом бумаги и приказов.

Но квартал Пламенников не шептал. Он рычал, пел и гудел, как огромный зверь. Даже воздух здесь был другим — горячим, с медным привкусом, как будто из самих улиц испарялся металл.

Мы с Лией шли по центральной магистрали, ограждённой защитными барьерами. По обе стороны дороги пылали кузницы, фонтаны искр выбивались из артефактных труб, маги в защитных накидках управляли пламенем, словно приручённым зверем. Над головами медленно вращались вентильные купола — тяжёлые, дымные, будто крыши тоже дышали жаром.

— Добро пожаловать в Ковку, — сказала Лия, чуть приподняв ворот своей накидки. — Здесь не заблудишься. Просто иди на запах металла и гул мехов.

Мы прошли пост Пламенников, показав временные жетоны. Стражник в чёрно-красной броне и налобной повязке со знаком пламени нехотя кивнул, едва глянув на документы.

— Тебя тут не любят, — заметил я.

— Моя мать была из Пламенников, — отозвалась Лия. — Пока не перешла в Ночной клан. Такое не приветствуется. Кланы редко отпускают своих.

Храм Оружия возвышался посреди квартала. Здание было сложено из чёрного и красного камня, а фасад украшали барельефы: сцены ковки, силуэты бойцов, высекающих магию из раскалённых клинков.

Над входом пылал алыми буквами девиз: «ОРУЖИЕ ВСЁ ПОМНИТ».

Внутри храм напоминал одновременно выставку и святилище. Стены были уставлены артефактным оружием: копья, клинки, щиты, кастеты, кнуты с вплетёнными рунами. Многие — зачарованные. Некоторые — явно древние. Пространство гудело, будто каждое лезвие шептало свою историю.

Мастер Аркис встретил нас у центральной витрины. Он был высоким, сухощавым, с пепельной бородой и глазами, похожими на застывшие угли. Его одеяние тоже было странным. Не мантия, не броня, а сплетение кожаных ремней, тканевых нашивок и металлических знаков. На груди — знак Пламенников: три переплетённых языка пламени, образующих острие копья.

— Опять пришла глазеть на артефакты? — проворчал он, едва глянув на Лию. — Или притащила парня, в которого влюбилась, чтобы я тебя благословил?

Я усмехнулся. Что ж, Лия предупреждала, что этот Аркис — то еще сварливый старый хрен.

— Аркис, — спокойно сказала она. — Этот парень носит артефакт, который многие считали невозможным для использования.

Старик скользнул по мне взглядом, затем уставился на ножны, в которых покоился мой клинок.

— Покажи.

Я молча вытащил и протянул ему Тень-Шаль. Клинок, как всегда, чуть вспыхнул, когда я притронулся к нему. Но едва Аркис коснулся его пальцами в перчатках, металл дрогнул, сталь загудела, а воздух вокруг чуть затрепетал — словно вспомнил запах крови.

Аркиса отбросило на несколько шагов, и он едва удержал равновесие.

Мастер резко выдохнул.

— Ох и норовистый! Да это же… — Он поднял глаза на меня. — Глазам не верю! Он тебя слушается? Тебя⁈

— Он — часть меня, — сказал я. Его имя — Тень-Шаль.

— Хвала Жару, — прошептал Аркис. — Выходит, не зря один из ваших Герцогов его тогда купил… Что ж, Лия, в кои-то веки ты пришла с чем-то интересным.

Он жестом велел нам идти за ним. Мы прошли через зал рун, спустились по лестнице в архивы. Пахло гарью, чернилами и старым железом. В одном из залов стояли каталоги артефактного оружия. Бесконечные стеллажи с пронумерованными фолиантами.

Аркис долго рылся. Наконец достал тонкий свиток, перевязанный красной лентой.

— Вот. Записи ковки. Исходный материал был найден три сотни лет назад на развалинах старого форта. Мы нашли его обломанным. Магия внутри почти выгорела, но кое-что осталось. Здесь указано: перекован из фрагмента клинка мага или воина высокого ранга, найденного в развалинах Форта Белый Утёс. Металл редкий — он откликался на магию Тени. Имя хозяина не установлено. Меч упрямый. Тогда он никого не выбрал. В итоге его продали Лунорождённым, потому что была очевидна связь с магией Тени.

— Могу я взглянуть?

— Конечно. Раз Тень-Шаль тебя выбрал, ты должен знать о нем всё.

Я забрал свиток. На обратной стороне — затёртая эмблема, смутно напоминавшая полумесяц, пересечённый всполохом пламени. Я чувствовал, как в груди что-то загудело — отголосок. Память не пришла. Но… клинок что-то знал. Знал, да сказать не мог.

— Спасибо, — сказал я тихо, еще раз пробежавшись глазами по записям. — Это важно.

Аркис кивнул и вдруг добавил:

— Если он тебя выбрал, парень… не предай. У древнего оружия есть душа. Старые маги и воины ковали клинки, и вкладывали в них свою магию и кровь. Отдавали часть себя. Порой — лучшую часть. Если этот клинок решил тебе довериться, не подведи его.

Словно подтверждая слова старого мастера, Тень-Шаль тихо загудел у меня в ножнах.

Мы вышли из Храма, солнце уже клонилось к закату. Воздух всё ещё был горячим, но даже в кузнечном квартале начал дуть прохладный ветерок.

Лия молчала, пока мы не дошли до фонтана у границы квартала. Наконец, она не выдержала:

— Ничего не понимаю, Ром! Как такое возможно? Такое оружие должно реагировать только на владельца. Но ты не можешь им быть…

Я пожал плечами.

— Может, он принадлежал моему предку? Если дело в крови.

— Или в Тени, — тихо добавила Лия. — У тебя очень странная Тень…

Глава 8

Зал Наставников клана Лунорожденных

Потолок, высокий и темный, скрывал резные своды, от которых тянуло прохладой. Магические светильники горели приглушённо, не рассеивая тени, а лишь очерчивая фигуры тех, кто сидел за стеклянным столом.

Магистр Салине склонилась над чашей с дымящимся зельем — слабая синяя дымка поднималась вверх, меняя форму, словно отражая настроение происходящего.