Рубиновый рассвет. Том I (СИ) - Неволин Евгений - Страница 59

— За братьев! За павших!

Мелкие раны усеивают его тело — глубокие царапины от когтей, пузырящиеся ожоги от кислоты, укусы, которые уже гноятся, источая зловонный запах. Но Бернан не чувствует боли. Его глаза, налитые кровью, видят только Сайлоса, бросившего затравленный взгляд на выход.

— МЫ ВМЕСТЕ, БРАТ! — его рёв перекрывает даже вопли монстров, эхом отражаясь от каменных сводов. — МЫ ОХРАНЯЕМ ЭТОТ МИР ОТ ТЬМЫ, МЫ СТОИМ НА ЕГО СТРАЖЕ! ПЕРО РЕЖЕТ ПРАВДУ! ЛЁД НЕ ЛЖЁТ!

Он разворачивается всем корпусом, топор описывает кровавую дугу — и голова вампира летит в сторону, распадаясь в пепел ещё до удара о землю. Его глаза успевают расшириться в последнем удивлении.

Другие инквизиторы — последний рубеж. Молодой паренёк, ещё вчера красневший при рассказе о своём первом свидании, теперь лежит с разорванным животом, его пальцы судорожно сжимают окровавленный медальон с портретом той самой девушки. Над ним клубится что-то бесформенное, пожирающее его останки с мокрыми чавкающими звуками.

Мастер Тревис — его левая рука болтается, как плеть, кости раздроблены, правый глаз залит кровью. Но он всё ещё швыряет заклятья дрожащими пальцами, выжигая демонов священным пламенем.

— ЕЩЁ! ЕЩЁ ОДНОГО! — хрипит он, но голос уже слабеет, а ноги подкашиваются. Последнее заклинание вырывается с кровавым харканьем.

Луиза де Лис — её шпага мелькает, как серебряная молния, оставляя за собой сверкающий след в воздухе. Она танцует среди когтей и зубов, убивая с холодной грацией, будто на дуэли. Каждый выпад — смертельный, каждый укол — в глаз или горло.

— Подходите, твари! — её голос звенит, как сталь. — Я вас научу настоящей боли!

Но даже её мастерство не вечно — кровь стекает по многочисленным царапинам, а дыхание становится всё тяжелее. Одна ошибка — и коготь демона пронзает её бок, но она лишь стискивает зубы и вонзает шпагу в пасть чудовища.

Энтони — любовь, превращённая в ярость. Он видел, как огромный демон схватил Джен. Видел, как её хрупкое тело хрустнуло в могучих лапах. Видел её последний взгляд — голубые глаза, широко открытые, понимающие.

Она знала. Знала о его чувствах. И теперь Энтони — уже не человек. Он — живое воплощение мести.

— Я УБЬЮ ВСЕХ ВАС! ВСЕХ ДО ЕДИНОГО!!! — его крик разрывает глотку.

Его меч вспыхивает священным огнём, он рвётся вперёд, не думая о защите, принимая удары, но не чувствуя их. Демон, убивший Джен, поворачивается — но уже поздно. Энтони вонзает клинок ему в грудь, разрывает, рвёт, кромсает, пока от монстра не остаётся лишь лужа тёмной жижи.

Но даже этого мало. Никогда не будет достаточно. Он поворачивается к следующему, и следующему, и следующему... пока его меч не ломается о кость последнего демона. Тогда он бросается на него с голыми руками.

‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗

Гилен медленно поднимается по каменным ступеням на первый подземный этаж, каждый его шаг осторожен и выверен. Где-то впереди грохочут звуки ожесточенной битвы — перекрывающие друг друга крики, душераздирающие вопли, металлический лязг скрещивающихся клинков. Воздух пропитан гарью и медным привкусом крови.

Трупы начинают попадаться все чаще — и инквизиторов в потрепанных мундирах, и существ Тьмы с неестественно вывернутыми конечностями. Кровь смешалась в единые багровые лужи на каменном полу.

"Инквизиторов теснят... Значит, можно просто подождать. Ввязываться сейчас — глупо".

Его рубиновые глаза методично осматривают этаж. Первый подземный — не тюрьма, а место досмотра и допросов. Вдоль стен выстроились камеры для допросов с кожаными ремнями, намертво прикрученными к металлическим стульям. На некоторых еще видны свежие пятна крови. Здесь же и массивные столы с вещами пленников — потертая одежда, затупленное оружие, потускневшие украшения. Все аккуратно разложено и пронумеровано. Запертые шкафы из темного дерева с массивными замками — наверное, там хранится что-то действительно ценное.

Гилен поправляет плащ, взятый в каморке охраны — черный, просторный, с глубоким капюшоном, отбрасывающим тень на лицо. Отличная маскировка на будущее.

Он останавливается перед массивной дубовой дверью с коваными полосами — замок выглядит крепким, но петли покрыты толстым слоем ржавчины.

"Склад. Возможно, там вещи пленников... Или что-то полезнее".

Его пальцы скользят по поверхности двери, оценивая прочность конструкции. Вдали грохот битвы нарастает, но здесь, в этом коридоре, царит зловещая тишина, нарушаемая лишь каплями крови, падающими с потолка где-то выше. Через узкую щель едва просачивается густая, почти осязаемая темнота.

"Если всё рассчитать правильно... Должно сработать".

Гилен прижимает указательный палец к щели. Из-под ногтя медленно сочится алый туман, тонкой змеящейся струйкой проникая в щель. Он закрывает глаза, ощущая каждую молекулу кровавого тумана - где-то в темноте, примерно в тридцати сантиметрах от двери, туман начинает сгущаться, образуя небольшое кровавое облачко.

"Достаточно".

Туманный Сдвиг срабатывает мгновенно - пространство искривляется, и Гилен переносится сквозь дверь, его тело на миг растворяется в алой дымке, молекулы разрываются и вновь собираются.

Приземлившись на другую сторону, он шатается - в глазах темнеет, голова кружится, в висках стучит адская кузница.

"Вот же демонова рекурсия ада... Побочный эффект".

Он резко встряхивает головой, прогоняя слабость. Алый Взгляд бесполезен в этой абсолютной темноте - он протягивает руки перед собой, пальцы скользят по холодной каменной стене, пока не натыкаются на металлический светильник и шершавую верёвку фитиля.

Резкий рывок - и комната озаряется тусклым жёлтым светом, отбрасывающим дрожащие тени. Обнаруженное помещение оказывается не складом. Перед ним - явно архив или кабинет. Дубовые полки, доверху забитые книгами в потрёпанных кожаных переплётах, некоторые украшены серебряными застёжками. Груды пергаментных свитков, перевязанных выцветшими верёвками, покрытые слоем пыли. Аккуратные стопки документов с восковыми печатями Инквизиции, некоторые с кровавыми отпечатками пальцев.

В дальнем углу - квадратная решётка вентиляции, достаточно широкая для взрослого человека, но перекрытая массивной железной решёткой с висячим замком.

"Интересно... Куда она ведёт?"

Его пальцы непроизвольно сжимаются в кулак. Этот архив может содержать куда более ценные сокровища, чем просто оружие или золото. Здесь могут быть знания. А знания - это сила.

Гилен замер перед решеткой, его рубиновые глаза скользят по металлическим прутьям, оценивая каждый сантиметр.

"Пролезть можно, но щит придется оставить. Рюкзак будет мешать, если не снять его и не проталкивать перед собой".

Он прислушивается к отдаленным звукам битвы - крики уже стали реже, но яростнее.

"Если меня еще не ищут целенаправленно, то скоро начнут. Инквизиторы проиграют - это вопрос времени. Нужно уходить, пока не поздно".

Быстрыми движениями он просматривает документы на ближайших полках. Пальцы скользят по корешкам, пока не натыкаются на знакомое имя - его собственное.

"Отчеты о допросах, наблюдения, списки способностей... Как тщательно они за мной следили".

Он сворачивает пергаменты в плотный свиток и забрасывает в рюкзак. Взгляд скользит по полкам в поисках той самой книги о Зар'гуле, но ее нет.

"Сайлос, видимо, забрал ее с собой. Неважно. Главное - выбраться".

Гилен снимает рюкзак, берет его за лямки одной рукой. В последний раз оглядывает щит, оставленный у стены - металл тускло поблескивает в свете светильника. Он протягивает свободную руку к решетке. Из ладони сочится алый туман, заполняя вентиляционную шахту кровавой дымкой.

Туманный Сдвиг срабатывает с характерным хлопком - пространство искажается, и вот он уже внутри узкого тоннеля. Головокружение на этот раз сбивает с ног - он прислоняется к холодному металлу, чувствуя, как Исток Крови почти опустел.