Совсем не герой - Лен Ванесса - Страница 82

Ин слегка склонил голову, будто под весом тяжкого груза, и негромко сказал:

– Я знаю, почему вы здесь. Потому что общались с Астрид и теперь хотите предотвратить грядущую катастрофу.

32

Ин принес низкий столик и несколько деревянных стульев, которые стояли в крытом проходе. Джейми нырнул в чайный магазин и вернулся с подносом, нагрузив его керамическими чашками и бронзовым заварником в виде птицы. Из носика-клюва струился пар, а хвост сворачивался в ручку.

Опустив ношу на стол, Джейми поместил очаровательный чайник на подогреватель, под которым зажег свечку, чтобы поддерживать воду горячей. В черном металле имелись прорези, через которые проглядывало отражение пляшущего огня, оживляя существо. Это казалось символичным, ведь фениксы тоже появились из пламени.

Стульев на всех не хватило, поэтому Джоанна и Аарон устроились на скамье с видом на Темзу прямо над крутым спуском. Эта часть здания нависала над рекой, коричневатая мутная вода бурлила между деревянными опорами под ним. В соседнем строении к берегу прямо с балкона тянулась лестница – видимо, для путешествующих на лодках и доставки товаров, как предположила Джоанна.

Темза служила настоящим водным трактом для крытых брезентом барж, которые перевозили грузы в коробках и тюках, для весельных лодок с пассажирами, для маленьких суденышек с ржаво-красными парусами и для пароходов с цилиндрами труб, изрыгавших в воздух черный дым. В отдалении один огромный корабль как раз уходил за горизонт, скрываясь из виду.

Аарон проследил за направлением взгляда Джоанны и прокомментировал:

– Сейчас закат эпохи парусного флота. В течение десятилетия будет становиться все меньше управляемых ветром судов. Хотя баржи продержатся чуть дольше. – Он кивнул на одну из них.

На противоположном берегу реки в доках суетились толпы народа. Моряки, пассажиры и торговцы толкались возле множества кораблей и лодок. Мысль о том, что через полтора века там все будет застроено жилыми домами, казалась странной. Вытягивая шею, Джоанна наклонилась вперед в попытках высмотреть объект своего времени дальше к западу.

– Можешь поверить, что Тауэрский мост сейчас еще только строят? – тихо спросила она у Аарона, пока остальные придвигали стулья и рассаживались за столиком. – А Хрустальный дворец до сих пор стоит? – Ей всегда хотелось взглянуть на это чудо архитектуры собственными глазами.

– Нужно вернуться на несколько десятилетий назад, чтобы увидеть его во всем великолепии, – отозвался собеседник.

По привычке Джоанна вцепилась в колено, чтобы ощутить под пальцами грубую ткань юбки, предотвращая бесконтрольную попытку переместиться, как научил Аарон. И… ничего не почувствовала, так как больше не могла путешествовать во времени, вынужденная оставаться в нынешней эпохе из-за наруча.

Тяжело пыхтя и громко топая, к ним подковылял Фрэнки и с усилием запрыгнул на скамейку. Джоанна погладила мягкий мех и висячие уши пса, внезапно ощутив приступ меланхолии. Может, грусть навеял исчезнувший корабль исчезающей эры, а может – мысль, что эту хронологическую линию способна сменить другая, если они не справятся…

Бульдог перелез через Джоанну, чтобы обнюхать Аарона. Тот едва заметно улыбнулся, разглядывая пса, и заморгал, словно сам не ожидал от себя проявления дружелюбия.

Что странно, Фрэнки тоже не выказал ни малейшей враждебности к Оливеру, в отличие от хозяина и всех остальных. Неужели помнил отголоски эмоций из прежнего потока событий? Помнил, что раньше Аарон входил в круг друзей?

Ин занял место напротив них и, пока сын разливал чай, открыл крышку жестяного контейнера, который был так вычурно украшен, что внутри вполне могли храниться драгоценности.

– Оперные вафли, – благоговейно прошептала Рут, протягивая руку за тонким печеньем в палец длиной.

– Я тоже скучал по ним в более поздние периоды. – Морщинки Ина в уголках глаз углубились, обозначая полуулыбку. – Пожалуйста, угощайтесь, – пригласил он остальных взять чашку чая и историческую выпечку.

В животе у Джоанны забурчало. Она не сумела вспомнить, когда ела в последний раз. Поэтому сейчас потянулась за вафлей, откусила и восхитилась нежным вкусом шоколадной начинки. Чай тоже оказался отличным: зеленым, с изысканными цветочными нотками.

– Итак, – проронил Ин, подаваясь вперед и складывая пальцы домиком.

Одежда главы семьи Лю выглядела слегка анахроничной – ближе к тысяча девятьсот десятому году, чем к тысяча восемьсот девяносто первому: чернильно-черные пиджак с жилеткой, угольно-серые брюки и накрахмаленная белая рубашка без галстука, застегнутая на все пуговицы. Джоанна видела сходство между сидевшими рядом отцом и сыном, пусть не столько во внешности, сколько в манере поведения. Оба держались с вежливой официальностью.

Взгляд Ина снова и снова возвращался к Нику. Хозяин поместья явно знал, кого принимает в гостях. Джоанна отставила чашку, ощутив новую волну дежавю. В прежней хронологической линии они уже вели беседу с главой семьи Лю. Интересно, это он тоже помнил?

– Итак, – повторил Ин. – Вы разговаривали с Астрид, и она сообщила о грядущей катастрофе. – Его мелодичный, как у певца, голос звучал очень четко, каждое слово казалось тщательно выверенным.

– Значит, это правда? – спросила Джоанна.

Произнесенное внезапно придало возможному будущему веса. Она обвела взглядом остальных. Все сидели парами: Том с Джейми слева от Ина, Рут с Ником – справа, а сама Джоанна с Аароном – напротив.

Глава семьи Лю кивнул.

– Некоторые из нас обладают способностью помнить предыдущие линии времени. – Он встретил взгляд Джоанны, давая понять, что знает об их прежней встрече. – Однако дар Астрид еще более редкий: она помнит все события, в том числе еще не наступившие. И… – печальные морщинки на лице собеседника углубились, – …нас ждет ужасное будущее.

В сознании всплыли ее слова: «Рухнет все, что важно. Погибнут и люди, и монстры – в бесчисленных количествах. Намного, намного больше, чем тех, кого убил или спас Ник. Он бы остановил катастрофу. И уже находился на пути к цели. Но ты помешала».

Словно подслушав мысли Джоанны, бывший герой стиснул челюсти. Он выглядел таким целеустремленным, что ее сердце пропустило удар.

Астрид сказала, что теперь ничего не изменить. Но как это могло быть правдой? Раз Ник сумел бы предотвратить грядущее в прежней хронологической линии, то способен и сейчас. Особенно с их помощью. Они сделают это вместе.

Джоанна сосредоточила внимание на Ине и озвучила то, о чем думала:

– Должно же быть что-то, что мы можем предпринять. – Не получив ответа, она ощутила укол тревоги. – Нам известно, кто стоит за попытками изменить будущее. Элеонора из курии хочет создать мир, где правят монстры.

– Мир, где правят монстры? – озадаченно переспросил Ин. Его недоумение оказалось таким неожиданным, что Джоанна похолодела. – Воспоминания Астрид о будущем не так определенны.

– Но… – Она осеклась. Они собственными глазами видели тот мир, который хотела создать Элеонора, видели эмблему на полицейском фургоне. Видели, как гвардеец убил человека у всех на глазах. И потом блондинка подтвердила, что планирует воплотить все это. – А что тогда помнит Астрид?

– Множество смертей, – просто ответил Ин. – Конец этой хронологической линии.

Лучи солнца падали на них, согревая. Служа контрастом к леденящей реальности грядущего. Внезапно Джоанна почувствовала, что что-то упускает. Что в ее рассуждения закралась ошибка. Такое же ощущение возникло при проникновении во дворец Уайтхолл. Вот только понять, как и тогда, в чем именно заключалась неправильность, никак не удавалось.

– Вы хотите предотвратить катастрофу. – Слова Ина тяжело падали, как камни в озеро. Он наклонился вперед, чтобы вновь наполнить чашки гостей, и вздохнул. – Вас ждет поражение.

Сердце Джоанны оборвалось. Она надеялась, что глава семьи Лю поможет им в борьбе с Элеонорой. Однако его напряженная поза напомнила Астрид обреченным смирением.